Выпуск №5. Сентябрь, 2022

No5 СЕНТЯБРЬ 2022 новая рассказгазета «Хочу морду набить одному человеку» Алла Борисовна Пугачева в рубрике Славы Тарощиной «Перемена участи» СТР. 42–45 Петр САРУХАНОВ явления страницы 4 —11 уроки ощущения страницы 68—73 в номере: страницы 28—29 Слава ТАРОЩИНА Дмитрий ПРОКОФЬЕВ А также: Ирина ТУМАКОВА «ЕВРОПА ДОЛЖНА ПОСТАВИТЬ ПАМЯТНИК ПУТИНУ». Почему — объясняет нефтегазовый аналитик Михаил КРУТИХИН. страницы 12—17 Ирина ЛУКЬНОВА НЕДОБОР, ПЕРЕБОР И КОФЕЙНАЯ ГУЩА. Поступление в вузы зависит от интуиции абитуриента или требует сложного математического анализа. «Починить прием» пока не удалось. страницы 18—21 Павел ГУТИОНТОВ ПТИЦА ФЕЛИКС. Будем называть вещи своими именами: возвращение Дзержинского — это попытка восстановить памятник органам госбезопасности. страницы 22—27 А также: Елена БЕРДНИКОВА ГРАД ПОЛЗУЧИЙ. Где ищет и находит новых «врагов народа» Захар Прилепин и его «группа по расследованию антироссийской деятельности». страницы 74—77 Татьяна БРИЦКАЯ ЧАСЫ С КУКУХОЙ. Репрессивная машина в России начала возрождаться едва ли не сразу после крушения СССР. И возвращение памятника Дзержинскому — символ этого возрождения. страницы 86—89 Лариса МАЛЮКОВА ДАЙТЕ ВЫХОД! Фильмы морального беспокойства вновь в повестке. «Просточеловек», «Похожий человек» и «Здоровый человек». страницы 94—95 Наш сайт лишили статуса СМИ за исполнение решения суда. Как ни парадоксально это звучит, но именно буквальное следование вступившему в силу вердикту Санкт-Петербургского городского суда стоило нашему сайту статуса средства массовой информации. Такое решение вынес Верховный суд России. Иск о прекращении деятельности СМИ — электронного периодического издания «Новая газета» (novayagazeta.ru) — подал Роскомнадзор. Основание — наличие двух выписанных в течение года письменных предупреждений за отсутствие маркировки «иностранного агента» при упоминании двух НКО: «Гражданское содействие» (Минюст считает его иностранным агентом) и «Гуманитарное действие», которое на сегодня из этого реестра исключено. Речь о двух текстах, вышедших на нашем сайте 18 февраля и 10 марта. В первом — «Чеченское дело: продолжение следует», посвященном обстоятельствам уголовного дела в отношении бывшего прокурора Норильска Хаважа Гутаева, — мы действительно пропустили эту пометку, упоминая «Гражданское содействие». То, что ошибка была технической, очевидно хотя бы потому, что в другом опубликованном в тот же день тексте с упоминанием этой же организации, помогающей беженцам, пометка имеется. А еще — в 23 заметках, где упомянуто данное НКО, за последний год с небольшим — с момента, когда требование использовать это клеймо стало обязательным. Тем не менее свою оплошность мы признаем, но считаем меру наказания за нее несоразмерной. В самом деле: за прошлый год РКН вынес российским изданиям более семи тысяч штрафов за разные нарушения и лишь в девяти случаях использовал письменное предупреждение. Эта мера, хоть в суде представитель РКН и называла ее «самой мягкой» и «профилактической», в отличие от административных взысканий, единственная позволяет (в случае ее повторного применения) закрыть любое СМИ. Что и было использовано в нашем случае. Кто прав в оценке состояния и перспектив российской экономики? Министрыоптимисты и экономистыскептики Михаил ГОРБАЧЕВ Чтобы идти вперед, нужно изменить систему А также: Григорий ЯВЛИНСКИЙ ВЕКТОР ГОРБАЧЕВА. Он дал нам свободу, а мы не сумели ею воспользоваться. страницы 30—33 Дмитрий ПРОКОФЬЕВ МИХАИЛ ГОРБАЧЕВ, ОСВОБОДИТЕЛЬ ТРУДА. К восьмидесятым страна, отправлявшая спутники в космос, не могла заинтересовать своих граждан работой. Что было делать? страницы 34—37 Александр СОЛДАТОВ АТЕИСТ, КОТОРЫЙ ВОЗРОДИЛ ВЕРУ. Он не красовался со свечкой перед камерами и не кланялся лицемерно святым мощам. Но именно Горбачев дал реальную свободу РПЦ, с которой она не справилась. страницы 38—41 Господа разоблачители явно поспешили списывать в тираж Аллу Борисовну Пугачеву «Хочу морду набить одному человеку» люди А также: Марина ВИНОГРАДСКАЯ ЗДРАВСТВУЙТЕ, САДИТЕСЬ. В Украине пообещали тюремные сроки российским учителям за работу на подконтрольных ВС РФ территориях. страницы 46—49 Зоя СВЕТОВА, Вера ЧЕЛИЩЕВА ПИСЬМА СО ШКОНКИ. Премьра рубрики. Выпуск первый. «Политические», «шпионы», «бизнесмены из ОПС». страницы 50—55 Евгения ДИЛЛЕНДОРФ КОРОЛЕВСКОЕ ДЕЛО.Кем и чем была для Великобритании Елизавета II? Страна пытается осознать роль личности и масштаб потери. страницы 56—61страницы 42—45 Взгляд через полвека на Суперсерию-1972, изменившую не только хоккейный мир Владимир МОЗГОВОЙ Какая музыка была ОЙ 2 – 3 «НОВАЯ РАССКАЗ-ГАЗЕТА» No5 CЕНТЯБРЬ 2022 Профилактика убийством Верховный суд по требованию Роскомнадзора ликвидировал сайт «Новой газеты» как СМИ. Мотивировка — защита прав потребителя Что до второго предупреждения, оно просто вынесено незаконно. Дело в том, что как на момент публикации, 10 марта, так и в день вынесения предупреждения, 22-го числа, благотворительный фонд «Гуманитарное действие» (он помогает ВИЧ-инфицированным получить доступ к лекарствам) иностранным агентом не был. В феврале суд апелляционной инстанции (Санкт-Петербургский городской) признал решение Минюста о признании этого НКО «агентом» незаконным и постановил из реестра его исключить. Решение вступило в силу немедленно и было обязательным для всех — в том числе и для нас. Но клерки Минюста то ли не потрудились его исполнить, то ли просто забыли внести коррективы в реестр. Скриншот с сайта министерства оказался главным доказательством РКН. Таким образом, решение суда не исполнил Минюст, а наказали «Новую газету». Мы пытались оспорить полученные предупреждения в суде еще весной. Однако к их рассмотрению Таганский суд Москвы до сих пор не приступил. Что не помешало РКН, не дожидаясь разрешения спора, воспользоваться своим правом и подать иск о лишении нашего сайта статуса СМИ. Который судья Верховного суда Кириллов и удовлетворил. Представитель «Новой газеты» ходатайствовал в суде о привлечении к разбирательству Минюста, чтобы уточнить, в чем причина неисполнения ведомством решения суда, — отказ. Ходатайствовал об истребовании у Минюста письменных доказательств — снова отказ. У скульптурной Фемиды на здании Верховного суда глаза не завязаны... Любопытно и то, что у российского государства (а в широком смысле его интересы представлял в суде РКН) не было прав требовать уничтожения нашего сайта. Потому что на этот случай есть решение ЕСПЧ, вынесенное 8 марта 2022 года — в период, когда его юрисдикцию Россия еще признавала. Европейский суд тогда постановил: правительству РФ воздерживаться от действий, направленных на полное прекращение деятельности «Новой газеты». Это решение мы приобщили к материалам дела, равно как и самые разные награды, которые получила редакция за без малого 30 лет своей жизни. Зачем? Затем, что даже в уголовном процессе при вынесении решения учитываются характеристики личности обвиняемого. Газета — тоже личность. В суде наш представитель пытался выяснить, кто физически проводил проверки «Новой», обернувшиеся предупреждениями, были ли эти проверки оформлены процессуально. Но ни на один из этих вопросов ответа не последовало. Зато представитель истца Агаджанян заявила, что предупреждение вынесли нам из-за моратория на плановые проверки, вынесенного правительством РФ в марте для облегчения работы юрлиц. Получается, не можем оштрафовать — закроем? Спросили мы у г-жи Агаджанян и о том, для защиты каких прав и законных интересов РКН настаивает на ликвидации СМИ. Ведь эта самая ликвидация не вытекает автоматически из наличия двух предупреждений, просить об этом суд — право ведомства, но не обязанность. И получили неожиданный ответ: — Наш иск направлен на защиту прав потребителя. Служба сама определяет, какая мера адекватна, соразмерна и достаточна. Надо же, мы наивно думали, что это определяет суд... На вопрос о степени общественной опасности допущенных нами нарушений, даже если признать их имевшими место, и последствиях для потребителей ответа мы не услышали. — Вы, когда требуете закрытия СМИ, осознаете последствия, понимаете, что это необратимое решение и что газета будет уничтожена? — обратился к представителю РКН главред «Новой газеты» Дмитрий Муратов. — Последствия означают, что в реестр СМИ будет внесена запись, что деятельность СМИ прекращена, — механически и на редкость косноязычно ответила представитель истца. В прениях Дмитрий Муратов напомнил, как «Новая» собирала — и собрала — деньги на лечение пятерых детей, страдающих спинальной мышечной атрофией, как наши публикации способствовали решению проблемы с лекарственным обеспечением орфанных больных с помощью фонда «Круг добра». Как шестеро наших коллег погибли, защищая право людей знать. Как 174 пленных российских солдат освободили наши журналисты Вячеслав Измайлов и Юрий Щекочихин. — Вы профилактируете? Интересно, что профилактирует убийство? — воскликнул Муратов. — Вы уничтожаете издание, которому могло бы в следующем году исполниться 30 лет. Зачем уничтожать газету? Что вам это дает? 28 марта, после того, как в стране был введен ряд цензурных ограничений, мы приостановили ее выпуск, чтобы не быть недобросовестным сервисом для читателя. Этого мало, хотят выстрел в голову? Вы лишаете сотни людей работы и 27 миллионов читателей — столько было у нас в марте — права на информацию. И это у вас называется профилактикой. Представитель «Новой», говоря о несоразмерности требований РКН вменяемым нам грехам, напомнил классическую историю о старушке, укравшей чайник, которую защищал в суде присяжных великий юрист Федор Плевако. Помните? «Все вытерпела, все преодолела Россия, только крепла и росла от испытаний. Но теперь, теперь... Старушка украла старый чайник ценою в тридцать копеек. Этого Россия уж, конечно, не выдержит, от этого она погибнет безвозвратно». Но мы были не в суде присяжных. И судья Верховного суда Кириллов минут за двадцать вынес решение: сайт «Новой газеты» лишить статуса СМИ. К слову, ровно столько же понадобилось 10 днями раньше судье Басманного суда Липкиной, чтоб лишить жизни бумажную версию «Новой», а на следующий день — и журнал «Новая рассказгазета». Мы будем обжаловать все эти решения. И продолжим работу в интересах своих читателей. Татьяна БРИЦКАЯ, спецкор «Новой газеты» Министрыоптимисты и экономистыскептики Кто прав в оценке состояния и перспектив российской экономики? Василий ФЕДОСЕНКО / ТАСС 4 – 5 4 – 5 «НОВАЯ РАССКАЗ-ГАЗЕТА» No5 СЕНТЯБРЬ 2022 СТР. 6–7  Д м Д м и т р и й П Р О К О Ф Ь О Ф Ь Е В Официальная позиция правительства в отношении будущего экономики РФ остается неизменной — все хорошо, а будет еще лучше. В доказательство таких оценок власти могут предъявить данные статистики по итогам восемь месяцев — рекордное превышение экспорта над импортом (это правда), профицитный бюджет (тоже правда), снижение темпов инфляции — тоже правда, низкая безработица (да, все так), и главный козырь— «крепкий рубль». С этим не поспоришь. Но данные, на основе которых делаются оптимистичные комментарии, есть в открытом доступе — и если прочитать их внимательно, картина будет выглядеть несколько иначе и позволит сделать предположения о реальной ситуации в экономике. Министрыоптимисты... На пороге осени распорядители российской экономики сменили осторожную риторику на бравурную — сразу несколько ключевых ведомств значительно улучшили свои прогнозы экономической ситуации по сравнению с собственными оценками, сделанными в начале весны. Так, ЦБ РФ в документе «Основные направления единой государственной денежно-кредитной политики на 2023 год и период 2024 и 2025 годов» описал три сценария развития экономики: «Базовый» — «все будет хорошо», ВВП РФ вернется к росту в 1,5% в 2024 году;  сценарий «Ускоренной адаптации» — «все будет еще лучше», рост ВВП тоже возобновится в 2024 году, но только пойдет быстрее — на 2,5%;  ну и плохой сценарий, получивший название «Глобальный кризис» (то есть это не у нас будет плохо, а у всех), — роста в 2024 году не будет. «Согласно базовому сценарию Банка России, по итогам 2022 года сокращение ВВП составит 4–6%. В 2023 году экономика сократится на 1–4%, отражая эффект базы I квартала 2022 года и более растянутое снижение выпуска. При этом в IV квартале 2023 года экономика вырастет на 1,0–2,5%. В 2024 году восстановительный рост будет продолжаться, прирост в IV квартале составит 1,0–2,0% в годовом выражении. В 2025 году экономика вернется к потенциальным темпам роста». Министерство экономической политики также смотрит в будущее с растущим оптимизмом: если майский прогноз ведомства предполагал падение ВВП по итогам года на 7,8%, то обновленный, августовский прогноз обещает падение всего на 4,2%. Инфляция на конец года составит не 17,5%, а всего 13,4%; среднегодовой уровень безработицы вообще сохранится на отметке 2021 года — 4,8% (вместо прогнозируемых ранее 6,7%). Реальные располагаемые доходы населения, по расчетам Минэкономразвития, снизятся не на 6,8%, а всего на 2,8%. Здесь Минэкономразвития даже обгоняет в оптимизме Банк России — там предполагают, что конечное потребление домохозяйств в 2022 году сократится на 4,5–6,5%. «В годовом выражении умеренный рост потребления начнется в III квартале 2023 года, — пишут аналитики ЦБ в «Отчете об основных направлениях единой государственной денежно-кредитной политики на 2023 год», — но в целом по итогам 2023 года все еще будет зафиксирован спад до 3%». Все будет гораздо лучше, считает первый вице-премьер Андрей Белоусов, заявивший на правительственном совещании, что уже в 2023 году потребление может вырасти на 2,5–3%, а вовсе не упасть, как ожидает ЦБ РФ. Инфляция в России по итогам года, по мнению Белоусова, будет на уровне 12–13% (Минэк ожидает 13,4%, у ЦБ РФ — 12–15%). Ну и главное: «Спад ВВП будет меньше 3% — где-то два с небольшим процента, в следующем году есть все шансы ограничить спад 1% и получить минус 0,6–0,8%», — сказал вице-премьер. ...и экономистыпессимисты В то же время совершенно официозные академические экономисты настроены не так оптимистично. «На мой взгляд, за этот период кризис будет существенно глубже, чем в 1998–1999 годах, когда валовый внутренний продукт сократился на 5%, — говорит академик РАН экономист Абел Аганбегян. — <...> Падение нашей экономики <...> составит примерно 10% по валовому внутреннему продукту. И, возможно, близко к этому по промышленности. <...> Со второго квартала 2022 года реальные доходы, по нашим расчетам, сократятся еще на 10%. А в итоге они будут на 20% ниже уровня 2012 и 2013 годов. Соответственно, намного снизится и конечное потребление домашних хозяйств. Весенние тревоги в отношении будущего экономики Российской Федерации осенью сменились оптимизмом высоких чиновников. Начальники обещают рост и богатство. В то же время академические экономисты и официозные исследовательские центры оценивают ситуацию куда менее восторженно — там прогнозируют спад и бедность. Кто-то из них не прав, но кто именно? явления явления При этом раза в полтора, на мой взгляд, увеличится число бедных. И вдвое увеличится безработица, включая скрытую безработицу, которая у нас недостаточно учитывается». Авторы научного доклада Института народнохозяйственного прогнозирования РАН «Потенциальные возможности роста российской экономики: анализ и прогноз», опубликованного в июле 2022 года под редакцией члена-корреспондента РАН Александра Широва, вообще воздержались от краткосрочных прогнозов. Экономисты ИНП РАН ограничились аккуратным комментарием, что «для обеспечения в долгосрочной перспективе темпов роста экономики России на уровне 2,5–3% в год потребуется увеличение продуктивности по первичным ресурсам не менее чем на 2,5% в год. В то же время темпы роста продуктивности 2,5–3% в год требуют значительных инвестиционных усилий...». То есть будут инвестиции — будет и рост, а если нет, тогда... Зато в «Краткосрочном анализе динамики ВВП» эксперты РАН пишут так: «Анализ данных, доступных на середину августа, позволяет заключить, что по сравнению с ситуацией 2020 года текущий спад будет более затяжным, в том числе из-за обострившихся проблем в инвестиционной сфере и потреблении, носящих фундаментальный характер. Сложившаяся за последние десятилетия зависимость от зарубежного оборудования (поставки которого из стран Запада в настоящее время сильно затруднены) и отсутствие равноценных аналогов в РФ и дружественных странах будут сдерживать инвестиционную деятельность. Что касается потребления населения, то его восстановление также невозможно без нормализации импортных поставок». Ученые как бы намекают, что изоляция не способствует инвестициям, и без потребительского импорта стране не обойтись. В то же время, напоминают авторы доклада «Риски 2022: градообразующие организации и моногорода», подготовленного Центром стратегических разработок, «...в первом полугодии 2022 года в 16 моногородах проявились риски значительного ухудшения ситуации на градообразующих организациях, на которых работает в общей сложности 182 000 человек (4,7% от общей численности занятых в моногородах и 17,8% от занятых на градообразующих организациях моногородов). Среди них: крупные металлургические центры страны <...>; центры автомобилестроения <...>; моногорода — крупные производители лесопромышленного и деревообрабатывающего комплекса». В то же время, пишут аналитики ЦСР, «наиболее устойчивыми оказались градообразующие организации, где темпы модернизации Министрыоптимисты и экономистыскептики СТР. 4–5  Василий МАКСИМОВ / Коммерсантъ 6 – 7 6 – 7 «НОВАЯ РАССКАЗ-ГАЗЕТА» No5 СЕНТЯБРЬ 2022 производства и внедрения современных технологий невысоки, а также градообразующие организации, которые специализируются на выпуске продукции оборонно-промышленного комплекса, ориентированного на внутрироссийские производственные кооперационные цепочки». Получается, что чем меньше инноваций, тем устойчивее экономическая ситуация? «На данный момент, — особо отмечают авторы доклада ЦСР, — нельзя однозначно сказать, что косвенные санкции окажут меньшее негативное воздействие на градообразующие организации и социально-экономическую ситуацию в моногородах, чем риски, связанные с прямым попаданием компаний в санкционные списки». И вы хотите сказать, что правительство этого не знает? Много знаний... и ничего! Правительство все знает. «Две группы отраслей — автопром и те, кто связан с автопроизводителями и машиностроителями, а также химия, — составляют такую зону потенциального риска для высвобождения занятых во второй половине этого года», — сказал первый вице-премьер Белоусов на заседании президиума правительственной комиссии по повышению устойчивости российской экономики в условиях санкций. И что? А ничего! «Мы сейчас никаких существенных признаков ухудшения ситуации на рынке труда не видим. Тем не менее существуют риски высвобождения занятых и перевода их в разного рода промежуточные формы: неполная занятость, снижение заработной платы, принудительные отпуска и так далее. Максимальное количество — это где-то 200– 300 тысяч человек», — добавил вице-премьер. Вице-премьер называет те же самые цифры и говорит о тех же самых отраслях. Нет, правительственные чиновники, отвечающие за экономику, вполне информированы о происходящем. Они опираются на ту же статистику, что и академические экономисты, причем у правительства эта статистика наверняка лучше. И документы Счетной палаты это подтверждают — в ее «Отчетном докладе об исполнении бюджета в первом полугодии» говорится: «Несмотря на достигнутые высокие темпы поступления налоговых и неналоговых доходов в консолидированные бюджеты регионов, со второго полугодия отмечаются существенные бюджетные риски снижения поступления собственных доходов по итогам 2022 года, что уже продемонстрировали показатели июня по основным налоговым доходам консолидированных бюджетов регионов, а также данные Росстата. В наибольшей степени могут пострадать регионы, специализирующиеся на металлургии, машиностроении, добыче угля, отчасти на лесном комплексе из-за возможного уменьшения деловой активности в отдельных отраслях, в связи с проблемами поставок составляющих импортного производства вследствие разрыва цепочек импортных и экспортных поставок и ограничений логистики, а также ограничением рынков сбыта для предприятий. В меньшей степени пострадают регионы с недостаточно развитой экономикой и большой долей зависимости от федерального центра». Примерно то же самое говорят и аналитики ЦСР, и экономисты ИНП РАН: под угрозой самая «высокотехнологичная часть» российской экономики — металлургия, машиностроение, и никакого «импортозамещения» в ближайшее время ожидать там не приходится. Тогда почему же так оптимистичны министры? Неужели они не разбираются в экономической теории? С разных сторон А по-другому и быть не может, могла бы сказать Рэйчел Гленнерстер, профессор экономики Чикагского университета. У самой Гленнерстер большой опыт работы чиновником — она была экономическим советником министерства финансов Великобритании, главным экономистом британского министерства международного развития; кроме того, несколько лет работала в МВФ. В своей статье Policy versus academic jobs in economics («Экономическая политика против экономической науки») профессор Гленнерстер объяснила, почему министрыэкономисты думают совсем не так, как экономисты ученые. ,, В наибольшей степени могут пострадать регионы, специализирующиеся на металлургии, машиностроении, добыче угля, отчасти на лесном комплексе из-за возможного уменьшения деловой активности в отдельных отраслях... Кемеровская область. Ленинск-Кузнецкий. Сотрудники перед началом работы в шахте имени С.М. Кирова Сибирской угольной энергетической компании СТР. 8–9  Максим КИСЕЛЕВ / ТАСС Причина в данном случае заключается в различии приоритетов и ожиданий от их деятельности — если ученые экономисты ищут наилучшее решение той или иной экономической коллизии, то министрыэкономисты ищут решение, которое максимально соответствует текущей политической ситуации и в пользу правительства. Даже если министры «все знают и понимают» — они будут отвечать на вопросы сегодняшнего дня, а не завтрашнего, причем отвечать быстро. Например, известие о возможной потере работы тремястами тысячами рабочих заставит ученого экономиста задуматься о последствиях такого события для потребительского рынка и рынка труда в городах (спойлер — это негативные последствия). Но министр-экономист может рассуждать иначе: сократили триста тысяч — ничего, оставшиеся будут работать еще лучше и за меньшие деньги, а снижение цены труда всегда было надежным драйвером российской экономики. Меньше денег у людей — меньше спроса на импорт и претензий на нефтедоллары (или даже «нефтеюани»). Оптимизм — наш общий долг Ученый смотрит на экономическую статистику, а министру приносят еще и данные опросов. А согласно этим опросам, оценка текущей ситуации людьми находится в диапазоне от простого одобрения до полного восторга. По данным исследования «Инфляционные ожидания и потребительские настроения», опубликованного ЦБ РФ 24 августа 2022 года:  «индекс потребительских настроений» в августе повысился до 98,3 пункта (+0,6 пункта к июлю) — это максимум с мая 2018 года;  «индекс текущего состояния» в августе прибавил три пункта к июлю и достиг 79,7 пункта — средний уровень второй половины 2021 — начала 2022 года;  «индекс ожиданий» в августе снизился (впервые с апреля) и составил 110,7 пункта. Но, несмотря на снижение, значения индекса остаются вблизи максимума за последние четыре года. экономической коллизии, то миинистры экономисты ищут решение которооемакси «индекстекущего состоянния» в августе прибавилтрипунктакиюлюидостиг797экономисты ищут решение, котороое максимально соответствует текущей полиитической ситуации и в пользу правительстваа. Даже если министры «все знаюют и понимают» — они будут отвечать на воппросы сегодняшнего дня, а не завтрашнегоо, причем отвечать быстро. Например, известие о возможноой потере работы тремястами тысячами рабоччих заставит ученого экономиста задуматьсяя о последствиях такого события для потребительского рынка и рынка труда в городах (споййлер — это негативные последствия). прибавил три пункта к июлюи достиг 79,7 пункта — средний уровень вторрой половины 2021 — началаа 2022 года;  «индексожиданий» в авгуусте снизился (впервые с апрреля) и составил 110,7 пункта. Но, несмотряна снижение, знаачения индекса остаются вбблизи максимума за последние четыре года. Министрыоптимисты и экономистыскептики явления ,, Ослабление рубля будет способствовать консервации «закрытости рынков» и противодействовать снижению ценовой конкурентоспособности российских компаний. Это проявится в замедлении роста импорта, прежде всего в потребительской сфере СТР. 6–7  8 – 9 8 – 9 «НОВАЯ РАССКАЗ-ГАЗЕТА» No5 СЕНТЯБРЬ 2022 Снижение, впрочем, копеечное (на 0,9 пункта к июлю), но здесь интересный момент. «Индекс ожиданий» складывается из оценки перспектив личного материального положения на год вперед и перспектив изменения экономических условий в стране на год и на пять лет. Так вот, «оценка перспектив страны» чуть-чуть снизилась — а вот «оценка личных перспектив» у людей не изменилась! И действиями властей люди довольны не меньше, чем экономической ситуацией, — согласно данным ВЦИОМ, 54% жителей РФ убеждены, что нынешнее правительство «сможет в ближайшее время добиться улучшений», 20% заявили об этом с полной уверенностью (в 2012 году таких было 4%). В своем релизе ВЦИОМ даже удивляется — в 2012 году, несмотря на более благоприятную ситуацию, положительный ответ дали лишь 32%. Собственно, уровень жизни по сравнению с 2012 годом не вырос, однако только 27% респондентов не ждут от правительства улучшения положения дел в стране, 14% считают равновероятным позитивный и негативный сценарий, за 10 лет таковых стало в 2,7 раза меньше (2012 год — 39%). Таким образом, неопределенность в данном вопросе сменилась приверженностью благоприятному сценарию, заключает ВЦИОМ. Так чего же вы от меня хотите, мог бы сказать министр! Люди верят власти, власть верит в лучшее, и вообще, оптимизм — наш долг. Пока в бюджете есть деньги от нефти, беспокоиться рано. Только в августе текущего года федеральный бюджет РФ дополнительно получил 85,9 млрд рублей нефтегазовых доходов к прогнозируемому уровню, сообщает Минфин РФ. В сентябре бюджет РФ дополнительно получит 403,4 млрд рублей нефтегазовых доходов. Таким образом, отмечают в Минфине, совокупный объем средств дополнительных нефтегазовых доходов составляет плюс 489,3 млрд рублей. Сейчас моя задача — направить эти деньги туда, куда диктует политическая ситуация, а не заниматься экономическими штудиями, мог бы сказать начальник по экономике. Взгляд с другой стороны В 2005 году в академическом журнале РАН «Проблемы прогнозирования» был опубликован доклад «Сценарии экономического развития России на 15-летнюю перспективу». В этом докладе (в главе «Экономический изоляционизм») были описаны проблемы, с которыми столкнется экономика РФ в случае «закрытия» от мировой экономики: «Отставание в реализации стратегических проектов в энергетике, секторе высоких технологий, транспорте и сельском хозяйстве приведет к заметному замедлению роста экспорта. <...> Торможение экспорта будет стимулировать снижение торгового сальдо и в целом ослабление платежного баланса. Возникнут объективные основания для перехода к политике «слабого рубля». <...> Ослабление рубля будет способствовать консервации «закрытости рынков» и противодействовать снижению ценовой конкурентоспособности российских компаний. Это проявится в замедлении роста импорта, прежде всего — в потребительской сфере. Но одновременно будет нанесен удар по развертыванию сборочных производств на основе импортных комплектующих». При этом, оговаривается автор доклада, на этом этапе правительство может взять на себя обязательства по поддержанию социальной стабильности, однако «негативная сторона складывающегося в данном сценарии режима развития — вероятное технологическое отставание, маскируемое искусственной поддержкой ценовой конкурентоспособности российских производителей вследствие ослабления рубля. Такое развитие имеет жесткие пределы, которые исчерпаются за четыре-пять лет». Цитирую дальше: «Замедление роста по цепочке приведет к снижению динамики реальных доходов населения и потребительского спроса. С учетом сохраняющейся относительно высокой инфляции <...> вероятно замедление роста внутренних рынков. Ключевая проблема — вероятное запаздывание адаптации к новым технологиям, которые будут распространяться в мировой экономике. Это неизбежно приведет к дальнейшему снижению темпов экономического развития в последующий период. Другая ожидаемая проблема — исчерпание рентабельных эксплуатируемых запасов природных ресурсов в связи с отставанием в разработке новых месторождений. <...> Возникнет конфликт между высокими социальными притязаниями населения, связанными с достигнутыми стандартами потребления, и технологическими возможностями развития экономики. Этот конфликт разрешится, скорее всего, в росте эмиграционной активности среднего класса и, возможно, в усилении социальной напряженности в обществе». В общем, можно сделать вывод, что экономическая изоляция не принесет стране ни процветания, ни богатства. Автор этого доклада — доктор экономических наук Андрей Белоусов, нынешний вице-премьер. Просто в то время он смотрел на экономику как ученый, а сегодня — как министр. Деньги есть или денег нет? Самые что ни на есть официальные данные о положении дел в экономике дают простор для противоположных предположений. Можно начать их изучение с бюджета — оценка его исполнения в январе–августе 2022 года опубликована Министерством финансов. Да, бюджет остается профицитным. За восемь месяцев его доходы составили 17,607 трлн рублей, на 12% больше, чем за такой же период 2021-го (правда, реального роста доходов нет, его «съела» инфляция). СТР. 10–11  явления Министры-оптимисты и экономисты-скептики СТР.8–9  Виктория ОДИССОНОВА Но весь этот номинальный рост дали нефтегазовые доходы, выросшие до 7,818 трлн рублей на подорожавших к прошлому году нефти и газе на 43%. В то же время если по итогам января–мая общий профицит бюджета составлял 1,5 трлн рублей, то по итогам января-августа он сократился до 137 млрд рублей. Причина очевидна — со второй половины 2022 года нефтегазовые доходы начали снижаться. В июне–августе 2022-го совокупные доходы федерального бюджета снизились на 12,8% по номиналу относительно аналогичного периода 2021-го (без учета инфляции). В августе на нефти и газе бюджет заработал 672 млрд рублей. Это минимальная величина нефтегазовых доходов за последние 14 месяцев. Снижение к августу прошлого года составило 3,4%, в третьем квартале предполагается снижение на уровне 14,6%. Кстати, одна из главных причин сокращения доходов — неожиданно резкое укрепление рубля. В федеральном бюджете много статей, наполнение которых прямо пропорционально обменному курсу, — и это не только нефтегазовые доходы, но и НДС на импорт. А импорт сократился в условиях санкционных ограничений — соответственно, своих денег не получил и бюджет. Вообще, со всем «что не нефть» ситуация очень интересная. Ненефтегазовые доходы снизились за февраль–август на 13,7% (год к году). Если учесть уровень инфляции, то в реальном выражении сокращение ненефтегазовых доходов приблизилось к 30%. Почему это важно? Потому, что правительство, наученное опытом предыдущих кризисов, планирует доходную часть бюджета исходя из динамики и прогноза именно не10 – 11 «НОВАЯ РАССКАЗ-ГАЗЕТА» No5 СЕНТЯБРЬ 2022 Дмитрий ПРОКОФЬЕВ нефтегазовых доходов. Все, что приносит в казну экспорт углеводородов, исключительно важно, но нефтедоллары — дело такое, сегодня они есть, а завтра их может не быть. Поэтому негативная динамика ненефтегазовых доходов — это повод для Министерства финансов задуматься о сокращении бюджетных расходов. Но как раз сокращение расходов — это совсем не то, что нужно экономике. Нынешнее «замедление спада» — исключительно результат щедрости бюджета, обеспеченной удачным стечением обстоятельств — ростом цен на нефть весной 2022 года. Согласно статистике Минфина, федеральные расходы за январь– август выросли на 19,5%, в то время как при росте нефтегазовых доходов падение доходов от остальной части экономики составило — через сокращение платежей НДС, импортных налогов и ряда других налогов — также порядка 20%. В начале лета Минфин тратил деньги «как из пулемета» — благодаря этому экономика сократилась меньше, чем ожидалось. Но в июле дефицит бюджета приблизился к триллиону рублей, в августе министерство прикрутило денежный кран, и разница между расходами и доходами сразу уменьшилась почти втрое (дефицит бюджета составил 344 млрд рублей). Компенсация экономического спада требует бюджетных денег — но у кого их взять? Министру финансов трудно. «Я думаю, что бюджет на предстоящую трехлетку будет самый сложный в моей профессиональной карьере», — сказал Антон Силуанов в эфире телеканала «Россия-24» в фильме, посвященном 220-летию Минфина России. Производство растет или нет? Совсем не факт, что какие угодно денежные вливания могут помочь обеспечить то самое «импортозамещение» вместе с «технологическим суверенитетом». Почему — объясняют аналитики Центрального банка в сентябрьском выпуске бюллетеня «О чем говорят тренды». Импорт промежуточных и инвестиционных товаров восстанавливается медленнее, чем потребительский импорт, пишут эксперты ЦБ. Производство «не успевает». Что это значит для экономики? Два варианта: либо внутреннее производство «инвестиционных товаров» (станков и оборудования, а также сложных комплектующих), либо производство таких товаров уменьшится — как только исчерпаются ранее созданные запасы. Какой вариант более вероятен? В Центральном банке считают, что второй (сокращение производства). А как же импортозамещение? Скорее всего, пока никак. Относительно значимое импортозамещение в прямом смысле этого слова (одного товара на такой же аналог) в большинстве промышленных отраслей в ближайшей перспективе произойти не может, объясняют в ЦБ, иначе конкуренция с импортом наблюдалась бы значительно раньше. Дело не только в технологиях, но и в среде, в которой действуют компании, и выстроенных ими стратегиях. Плюс к этому — доля по-настоящему конкурентоспособных компаний невелика. Нет, не все так плохо, пишут аналитики ЦБ, ряд подотраслей производства машин и оборудования, резиновых и пластмассовых изделий, а также легкой и химической промышленности выступают исключением из этой закономерности. В этих отраслях отмечается конкуренция с импортом, что указывает на наличие перспектив для импортозамещения в данных отраслях. Но это всетаки не тот «технологический суверенитет», о котором говорят по телевизору, — российские товары могут появиться на полках вместо импортных, но, скорее всего, эти новые товары будут дороже, чем вы рассчитываете, подсказывает ЦБ РФ. Цены растут или падают? Да, Росстат фиксирует снижение индекса потребительских цен, но в это снижение «основной вклад вносит корректировка цен на товары, резко подорожавшие в марте– апреле вследствие резкого ослабления рубля и ажиотажного потребительского спроса. Снижение общего уровня цен было вызвано динамикой относительно небольшой группы товаров и услуг», отмечают в ЦБ РФ. А по большинству товаров и услуг экономисты наблюдали только замедление роста цен в мае–июле после его резкого ускорения в феврале–апреле. При этом главным фактором кажущейся дефляции стало снижение цен на плодоовощную продукцию — продукты занимают такую большую долю в потребительской корзине людей, что подешевевшие картошка и морковь потянули вниз индекс потребительских цен. При этом ситуация с доходами россиян тоже неоднозначна. Формально, по данным Росстата, количество людей, имеющих доходы ниже прожиточного минимума, во втором квартале составило 17,6 млн против 20,9 млн в первом и 18,2 млн во втором квартале 2021 года. Таким образом, доля бедных людей в стране сократилась до 12,1% против 14,3% в первом квартале и 12,5% год назад. И в то же время, согласно данным Росстата, во втором квартале 2022 года средний размер денежных доходов россиянина составил 44 374 рубля в месяц. В номинальном выражении рост доходов резко ускорился: 15,2% против 10,9% кварталом ранее. Но инфляция съела этот рост, в результате динамика реальных доходов во втором квартале даже ухудшилась: минус 1,9% против минус 1,0% в первом квартале. Получается, что реальные доходы снизились, а бедных стало меньше? Противоречивые сигналы, которые посылает экономика и которые с запозданием фиксирует статистика, должны подсказать нашим «оптимистам», что кризис не преодолен. Он только отложен. На время. С началом «газовой войны» страны Евросоюза ускоренно ищут и находят новых поставщиков энергоносителей, а переход к зеленой энергетике двинулся какими-то невиданными темпами Замерзнет ли Европа ближайшей зимой и пойдет ли на поклон к России, снимая все санкции, — или сама откажется от привычных закупок? Что будет в конце года, когда начнет вступать в силу эмбарго на российскую нефть, а потом и на нефтепродукты? Объясняет нефтегазовый аналитик, партнер консалтинговой компании RusEnergy Михаил КРУТИХИН. «Европа должна поставить памятник Путину» Михаил КРУТИХИН: Николай МИХАЛЬЧЕНКО / ТАСС 12 – 13 «НОВАЯ РАССКАЗ-ГАЗЕТА» No5 СЕНТЯБРЬ 2022 явления СТР. 14–15  * Автор внесена Минюстом в реестр иностранных агентов. —Кому будет хуже от «газовой войны» — России, которая теряет покупателей газа, или Европе, которая теряет газ? — Как раз от ответа на этот вопрос очень многое и зависит. Сейчас уже ясно, что в краткосрочной перспективе, может быть — полгода, может — чуть побольше, в выигрыше может быть Россия. Задача у нее довольно ограниченная: сокращая поставки газа в то время, когда они необходимы, перед отопительным сезоном в Европе, Россия рассчитывает либо на облегчение, либо на полное снятие санкций, вызванных ее действиями в Украине. Для этого Россия готова на очень большие жертвы. В частности, приносится в жертву статус «Газпрома» как экспортера в его главной рыночной нише — в Европе. Я думаю, что на какое-то время Россия может смириться с сокращением прибыли от экспорта газа. Тем более что часть государств Европы уже начинают понемногу призывать к тому, чтобы скорее закончить боевые действия путем переговоров, как это делает, например, Франция. Или вообще осуждают санкции, как это делала Венгрия. То есть гдето есть у Москвы расчет на то, что временно придется потерпеть, но в конце концов она победит. Что касается Европы, то здесь победа явно долгосрочная. Да — сейчас придется ужаться, особенно зимой, а дальше уже полегче будет. Но я думаю, что на протяжении двух лет или даже меньше в Европе фактически сформируют новую систему доступа к энергоносителям, независимую от России. — Вы сейчас сказали две взаимоисключающие вещи. Если Европе придется ужаться, это будет означать, что Россия уже не выиграла даже в краткосрочной перспективе, потому что на ее шантаж Европа не повелась. — Да, но дело в том, что логику Путина нельзя считать логикой. Он-то рассчитывает на то, что произойдет раскол Европы, которую он по-прежнему считает слабой и не единой. За счет этого он и хочет добиться каких-то результатов. Цены на газ уже значительно выросли. Видимо, кто-то докладывает Путину, что при таком росте цен Россия выигрывает даже при сокращении объемов экспорта. — По большому счету, для Европы это просто вопрос денег: газ для населения и промышленности подорожает, но Германия, например, уже вводит разного рода субсидии, чтобы смягчить удар. — Это так, но тут вопрос не только в деньгах. Высокая цена на электроэнергию, на газ порождает опасность социального напряжения для Европы. — При этом в странах Европы понимают, что стоит на кону. — Ну как же — понимают? Опросы общественного мнения показывают, что примерно 54% готовы пожертвовать чем-то лично, чтобы помочь Украине. Но 28–30% не готовы на такие жертвы. И если начнут закрываться предприятия, если и дальше будут серьезно расти цены на топливо, на электроэнергию, то не исключено, что в ближайшее время Путин будет потирать руки и говорить, что выигрывает. — В чем именно он может выиграть? Просто в том, что Европе станет плохо? Или Европа действительно вынуждена будет пойти на уступки из-за газового кризиса? — Он рассчитывает, что Европе будет настолько плохо, что она вынуждена будет пойти на уступки. — А вы как считаете? Европейцы действительно способны уступить — или они смогут пережить этот кризис? — Сейчас я уже вижу предпосылки к тому, что кризис они все-таки переживут. И самое главное тут, что страдает долгосрочная стратегия России. Она ведь заключалась в том, чтобы предотвратить зеленый переход, заставить Европу по-прежнему зависеть от ископаемых энергоносителей, от нефти, газа и угля как можно дольше. И краткосрочно, возможно, действительно зависимость повысится — от угля, от атомной энергетики, от газа. Но мы уже видим, что переход к зеленой энергетике двинулся какими-то невиданными темпами. — По каким признакам мы это видим? — Идут деньги, в том числе от правительств, от крупных корпораций, которые раньше были только нефтегазовыми. Сокращаются расходы на нефть, на газ, на разведку, на добычу, на переработку. Быстрейшими темпами растут инвестиции во что-то «зеленое». И представьте ситуацию: спецоперация закончилась, все устаканилось, Россия предлагает миру снова покупать ее энергоносители... — ...а ей отвечают: спасибо, не надо, мы с вами однажды связались, больше не хотим. — Именно это я и имею в виду, когда говорю о долгосрочной перспективе. И учитывая, как быстро все это сейчас делается в цивилизованном мире, это произойдет даже быстрее, чем мы можем себе представить. То есть очень скоро наступит время, когда привычный российский экспортный товар станет не нужен. — Но доходы от экспорта газа у России не такие уж большие. И сам экспорт в Европу относительно небольшой: из 700 добытых в прошлом году миллиардов кубометров 200 пошли на экспорт, из них европейцам — только 155. — Это действительно не так уж много для России, но без этого часть каких-то промыслов придется закрывать. В России есть районы с месторождениями, рассчитанными главным образом на экспорт. Это Ямальский полуостров — два больших месторождения, из которых одно, Бованенково, полностью разработано и дает вовсю газ, второе — Харасавэй. Есть еще Южно-Русское месторождение, которое тоже было рассчитано на Европу. — Это их придется закрывать? — Их-то, наверное, не закроют. Закроют, скорее всего, не самые эффективные. В Надым-Пур-Тазовском районе — Уренгой, Медвежье, Юбилейное, Ямбург. Когда-то это были легендарные месторождения, большие и передовые, фактически на них существует город Новый Уренгой. Но больше 70% резервов газа там исчерпано, там остался низконапорный газ, то есть теперь эти месторождения становятся малоэффективными. Придется, видимо, их и закрывать в первую очередь. И Р И Н А Т У М А К О В А * «Европа должна поставить памятник Путину» явления СТР. 12–13  Михаил КРУТИХИН: Кирилл КУХМАРЬ / ТАСС 14 – 15 «НОВАЯ РАССКАЗ-ГАЗЕТА» No5 СЕНТЯБРЬ 2022 —Может быть, их и собирались закрывать, если они почти исчерпаны и малоэффективны? — Не сразу. Они еще довольно долго могли работать. Низконапорный газ надо компрессорами поджимать, чтобы он мог идти на экспорт, но потихоньку «Газпром» начинал их сворачивать. У него была программа вывода из эксплуатации старых газопроводов. То есть фактически выкапывали из-под земли трубы и утилизировали. Особенно те трубы, которые шли к украинской границе. Это знаменитые «Братство», «Союз», «Уренгой — Помары — Ужгород», все эти большие трубы, которые шли раньше из района Ямбурга, из Приволжья, из Средней Азии. Но я все время возвращаюсь к одной фразе: посмотрим, что дальше будет. Сейчас лоб в лоб столкнулись амбиции Кремля, который готов пожертвовать экспортной ролью «Газпрома», частью этой большой интересной отрасли, и Европы, которая полна решимости избавиться от зависимости. — Какова вероятность того, что Германия вернется к атомной энергетике и разморозит остановленные АЭС? — В Германии хотят не разморозить остановленные, а просто на время продлить работу как минимум шести реакторов на двух электростанциях. Решения на этот счет уже готовы, остается подождать, утвердят их или нет. Но это вполне возможно. Немцы посмотрят, как пойдут дела зимой. Уже в декабреянваре там заработают первые два новых терминала по приему сжиженного газа. — Из тех шести, что Германия начала строить после начала российской спецоперации? — Да-да, из них самый первый должен заработать уже в декабре. Кроме того, уже на очень хорошем уровне заполнены подземные хранилища на зимний период. Ну и снова введены в эксплуатацию некоторые электростанции, работающие на угле. Немцы хотят посмотреть, какой будет от всего этого эффект. Не исключено, что под давлением зеленых они подождут с вводом в эксплуатацию каких-то уже остановленных атомных реакторов. — Известно, что подземные газовые хранилища заполнены на 85–95%. Что это значит? Как это можно перевести в месяцы работы, например? — Зимой газа потребляется больше: для электроэнергии, для отопления эти хранилища — добавочный объем, плюс к нормальному энергоснабжению. — То есть это не то чтобы заполнили хранилища — и три месяца, например, можем газ не покупать? — Нет, это не замена поставок условного «Газпрома», а тот прибавок, который позволяет пройти зиму без забот и потерь. Если этот прибавок уже есть, то дальше надо смотреть с точки зрения обычного баланса газа, как будет сокращаться участие России. Совсем без поставок от «Газпрома» этих запасов, возможно, хватит месяца на два – два с половиной. С учетом того, что появятся еще новые источники газа — плавучие СПГтерминалы, вкупе с запасами в хранилищах они, вероятно, позволят Европе спокойно продержаться. Эмманюэль Макрон сказал недавно, что раньше в Европе 50% газа было российским, а сейчас только 9%. Это он, конечно, переборщил, но в целом направление такое: да, потребление российского газа сокращается. — Что еще, кроме строительства СПГтерминалов, предпринимает Европа, чтобы снизить зависимость от «Газпрома»? — Первое — это сокращение потребления газа в промышленности. Не только потому, что где-то сократили производства, но и за счет экономии, в августе по сравнению со средними значениями за предыдущие четыре–пять лет на 21% сократилось потребление газа в германской промышленности. То есть первое — это экономия. Второе — это, конечно, то, что сжиженный газ «переманивают» из Азии. Средние цены в Европе в августе были вдвое выше, чем в Азии. Если считать, как это принято, на миллион британских тепловых единиц — BTU, в августе средняя цена в Азии была 32, а в Европе — 68. То есть газ идет в Европу. — Просто так ведь сжиженный газ не переманишь, для этого нужна довольно большая инфраструктура в Европе. Она есть? — СПГ-терминалов становится больше и больше. Шесть терминалов, которые, как вы сами сказали, есть в планах в Германии, еще один терминал работает в Польше, плюс протянули трубу с норвежского шельфа. Второй терминал планируют открывать в Гданьске. Мы видим, как хорошо работает терминал в Литве — в Клайпеде. Уже есть план построить терминал в Латвии. Эстония с Финляндией на двоих уже арендовали плавучий терминал на 10 лет, он уже подходит к причалу. Дальше смотрим — два новых плавучих терминала встали у берега в Нидерландах, они могут принимать восемь миллиардов кубометров газа в год. И на треть этого объема уже подписалась Чехия. Ее до сих пор со счетов списывали, считалось, что она слишком уж зависела от российского газа. А тут вдруг выясняется, что у нее есть и такой источник газа, а не только российский. В Греции принимается уже третий проект по СПГ-терминалу. Растут мощности и новые терминалы в Турции и Италии. Испания расконсервировала один из терминалов, который был остановлен. Мы видим, как работает терминал в Хорватии на острове Крк. Даже Албания хочет у себя поставить терминал. Если посмотреть на эти планы, то все побережья Европы утыканы звездочками и кружочками, где уже работают или должны встать новые терминалы по приему сжиженного газа. — И все это — заслуга президента Путина? Все они начали эти проекты после того, как Россия начала спецоперацию? — Да, потому что проснулись. Вообще-то это надо было делать раньше. — Вот я и удивляюсь: проблемы с поставками российского газа возникали в эти годы постоянно — в 2005, 2006, 2009, 2014–2015 годах. Почему европейцы раньше не спохватились? — Принимались за это время в Европе резолюции, составлялись планы действий, подписывались документы, в которых было сказано: для обеспечения энергетической безопасности Евросоюза надо сделать это, это и это. И шли перечисления мер. Диверсификация не маршрутов газа, как хотел «Газпром», а источников. Помимо России надо было искать и других поставщиков. Это — раз. Два — интенсификация строительства терминалов по приему сжиженного газа. Три — строительство интерконнекторов через границы государств — членов ЕС, чтобы можно было перебрасывать газ из одной страны в другую. Экономия газа и энергоэффективность. И, наконец, принятие программы на случай чрезвычайных ситуаций, например — когда Россия отключит поставки. Эти меры эксперты предлагали на протяжении нескольких лет. Теперь только последнего из названных мной пунктов не хватает, а все остальное — вдруг спохватились и стали лихорадочно реализовывать. Даже Германия пересмотрела свою позицию. В свое время Испания и Португалия предлагали бросить интерконнектор через границу с Францией, чтобы они могли перебрасывать в остальные страны Европы газ со своих терминалов, а терминалы у них хорошие и стоят давно, и газа у них много, только объема труб, идущих через Францию, недостаточно. Германия выступала против, но теперь она за. Торгуется сейчас Франция, что-то ее не устраивает пока в этом. Но в целом мы смотрим на все эти события и видим, как вдруг начали претворяться в жизнь решения, принятые в ЕС еще в 2012 году. СТР. 16–17  —Ладно — интерконнекторы и новые терминалы, это все-таки дополнительные траты. Но об экономии ресурсов в Европе говорят очень много лет. Почему потребовалась «газовая война» с Россией, чтобы начать экономить газ? — Вот и надо поставить памятник Путину. Прямо где-нибудь в Брюсселе. Это он своей спецоперацией заставил европейцев шевелиться. — У Европы были еще планы ограничить цену на российский газ 50 долларами за мегаватт-час... — После того как об этом заговорили, прошло совещание министров энергетики стран ЕС, и они ни к какому решению по этому поводу не пришли. Искусственное ограничение закупочных цен на газ означало бы, что вместо рыночных отношений в Евросоюзе возникает такой «госплан», возникает диктатура по образцу коммунистической, которая будет назначать цены. Я вам напомню, что Евросоюз когда-то назывался Общим рынком. Каким образом можно изменить контракт, в котором продавцом и покупателем оговорена цена? Как могут правительства вмешиваться в ценовые параметры в целом нормального делового контракта? Это трудно себе представить. Кстати, упомянутое совещание не затронуло один важнейший момент, который мог бы помочь в ограничении цен на газ. Когда мы сравниваем цены на газ в Европе и Азии, то мы видим, что они растут в Европе не потому, что надо было переманить поставщиков. Они растут в результате действий спекулянтов со всякими фьючерсами, опционами и прочими бумажками, которые торгуются с привязкой к газовым ценам. А эти цены, в свою очередь, привязаны к тому, как продается газ на хабах, на торговых платформах. И можно принять такое решение: ограничить объемы газа, который торгуется в виде фьючерсов, опционов и так далее. Такое решение было бы вполне легитимно. Но на этом рынке задействованы такие колоссальные инструменты игроков, что правительства, судя по всему, не решаются что-то делать. А это был бы шаг, который мгновенно снизил цены на газ в Европе. — Вы не могли бы перевести эти 50 долларов за мегаватт-час, которые фигурировали в качестве возможного «потолка», в более понятные единицы? Чтобы можно было представить приемлемость «потолка» для России. явления СТР. ХХ–ХХ  СТР. ХХ–ХХ  «Европа должна поставить памятник Путину» СТР. 14–15  Михаил КРУТИХИН: Александр РЮМИНРЮМИН / ТАСС / ТАСС 16 – 17 «НОВАЯ РАССКАЗ-ГАЗЕТА» No5 СЕНТЯБРЬ 2022 — Это очень сложная история, потому что существует масса единиц измерения в разных странах. Я смотрю, например, на торговлю на бирже TTF, и там идут суммы за мегаватт-час. В Британии есть «термы» и «пенсы за термы». Но вот, например, сейчас цена на бирже TTF — 194 доллара за мегаватт-час. — То есть России хотели предложить «потолок» примерно в четверть от биржевой цены? — Именно так, почти четверть. — Но это, видимо, уже не важно, ограничивать цену все равно не будут? — Нет, не будут, это невозможно технически, потому что есть контракты, есть рынок. — А как тогда могут быть реализованы планы России вообще прекратить поставлять газ в Европу? Разве «Газпрому» не придется за это платить неустойки? — Это значит, что в жертву идут не поставленные по контрактам объемы газа. Уже слышатся угрозы из Финляндии, из Италии, там обещают, что пойдут в Арбитраж, потому что эти страны не получают столько газа от «Газпрома», сколько должны получать по контракту. Арбитраж признает, что «Газпром» виноват, с него причитается. После Арбитража начнется суд, который назначит, какие именно неустойки должен будет платить «Газпром» по условиям контрактов. Это будут, видимо, миллиарды евро, которые тоже будут принесены в жертву политическим амбициям российского руководства. «Газпром» заранее пытается оправдаться. Говорит, что у него форс-мажорные обстоятельства, «Северный поток» закрыли потому, что турбин не хватает. В Европе прекрасно понимают, что это туфта. Непонятно, что происходит и на украинском направлении, там поток газа идет — 20–25% от того, что «Газпром» обязался прокачивать. Маршрут через Беларусь и Польшу вообще закрыли под предлогом российских контрсанкций против оператора польского участка. Но я думаю, в итоге «Газпрому» платить придется. Или пойдут аресты российского имущества по всему миру. — Как же «Газпром» в суде докажет, что это обстоятельства непреодолимой силы не позволяют выполнять контракт, если им уже говорят: вот она — ваша турбина, на фото рядом с канцлером Шольцем, приезжайте и забирайте? — Никак не докажет, потому что компания Siemens уже заявила, что все эти разговоры о турбинах не соответствуют действительности. Но вы хотите поискать логику в действиях России? — Если вернуться к началу нашего разговора, то получается, что не будет все-таки у ЕС особенно ужасного периода этой зимой, выкрутятся они. И России никто не пойдет навстречу, никаких уступок со стороны ЕС не будет. Так? — У меня именно в этом в последнее время накапливается уверенность, я же вижу сегодняшних европейцев. Да — могут быть вспышки недовольства, как прошедшая в Праге демонстрация на 70 тысяч человек. Но пока мы видим, что решимость в Европе не снижается. — Как вы оцениваете потери российского бюджета, если прекратятся поставки газа в Европу? — Bloomberg приводил какие-то расчеты и называл сумму, которая уже потеряна, это примерно 40 миллиардов долларов. Я не знаю, откуда они это взяли. Пока непонятно, надо подождать, как это будет развиваться. — Россию с декабря ждет нефтяное эмбарго, и некоторые ваши коллеги считают, что это более серьезная потеря для Москвы, чем прекращение поставок газа. — Безусловно, эта потеря будет гораздо серьезнее, если нефтяное эмбарго будут проводить полностью с декабря. Временные исключения там предусмотрены, но посмотрите, каких стран они касаются. — Тех, у которых нет выхода к морю и которые могут получать нефть только по трубопроводу из России. — И это очень мало, такое исключение не сыграет никакой роли. В целом Россия может с декабря потерять из-за этого эмбарго примерно 51% экспорта сырой нефти. А с марта — еще и 57% экспорта нефтепродуктов. Так показывают наши расчеты. Это гораздо серьезнее, чем с газом. В России есть нефтеперерабатывающие заводы, рассчитанные в основном на выпуск нефтепродуктов, шедших до эмбарго почти полностью на экспорт. России не нужно столько дизельного топлива, примитивного мазута, прямогонного бензина — все это раньше отправляли за границу. Заводы, заточенные на выпуск такой продукции, не будут иметь рынок сбыта, а значит, они должны просигналить поставщикам нефти: мы у вас больше нефть не покупаем, мы не можем работать. В итоге добыча нефти в России будет сокращаться. Пока она сократилась только на 2% за месяц. — Это еще «нефтяные» санкции не начались. Дальше, видимо, станут закрываться предприятия? — А куда девать нефть? На Восток она не пойдет, потому что там — одна большая труба уже работает на полную мощность, качая нефть в Китай. — В Китай же Россия продает нефть? И в Индию? — Китай России не поможет, Китай — не замена Европе. Сколько он может получать нефти от России, столько и получает. В Индии господин Моди (Нарендра Моди, премьер-министр Индии. — И.Т.) делает красивые заявления о том, что они с Россией навеки, что будут сотрудничать в энергосфере и так далее. Но они натыкаются на реакцию тех, кто уже продает нефть Индии. Главный их поставщик нефти — Ирак, и недавно Багдад заявил, что такая перемена партнеров ему не нравится. И предложил дополнительно к той скидке, которую предлагает Россия, давать еще 10 долларов с барреля. А Россия торгует на 20 долларов дешевле стандартной цены. Терять этот рынок Ирак не хочет, и Индия сейчас резко сокращает закупку российской нефти. То есть объемы взлетели быстро, но под давлением старых поставщиков и политическим давлением США Индия их снижает. Поэтому я не думаю, что Индия заменит Европу как покупатель российской нефти. — Но есть же еще схемы с перегрузкой нефти в чужие танкеры где-нибудь возле Островов Зеленого Мыса, чтобы она смешалась с нефтью другой «национальности» и не считалась российской. — Сколько можно провести таких операций? Это отдельные какие-то случаи. В коммерческих масштабах это делать невозможно. То есть Иран так делает, они даже не перегружают из танкера в танкер, а отключают на какое-то время транспондеры, потом везут это как неизвестно чью нефть. А потом выясняется, что Китай импортирует рекордные объемы нефти из Малайзии, где ее и быть столько не может. России на тот рынок, где Иран давно застолбил все схемы, просто не влезть. Во всех обманных схемах уже все отработано у Ирана. Были предположения, что он и России так поможет, но этого не будет, он там для России — главный конкурент. Давайте дождемся декабря и посмотрим, как будет меняться ситуация на нефтяном рынке, а потом — начала следующего года, как все будет решаться с нефтепродуктами. Пока Европа запасается российской нефтью. Ирина ТУМАКОВА* * Автор внесена Минюстом в реестр иностранных агентов. Недобор, перебор и кофейная гуща Поступление в вузы зависит от интуиции абитуриента или требует сложного математического анализа. «Починить прием» пока не удалось Александр МИРИДОНОВ / Коммерсантъ 18 – 19 18 – 19 «НОВАЯ РАССКАЗ-ГАЗЕТА» No5 СЕНТЯБРЬ 2022 СТР. 20–21  И р и н а Л У К Ь Я Н О Я Н О В А явления Приемная кампания в вузы этого года — вторая после отмены так называемой «второй волны» поступления, и проблемы почти полностью повторяют прошлогодние: проходной балл проседает, бюджетные места в вузах не заполняются, приходится объявлять добор. Абитуриенты и их родители жалуются на невозможность просчитать вероятность поступления и непрозрачность, на технические трудности и нервотрепку. Удалось ли «починить прием»? Если коротко — не удалось. Ну или удалось в малом, а в целом — нет. Пока существовала вторая волна приема в вузы, абитуриенты знали: если их баллов не хватит для поступления в «вуз мечты», они могут спокойно отнести документы туда, где их баллов вполне хватит. Вторую волну отменили в прошлом году, объяснив это тем, что она создает слишком много хаоса и бюрократии. Бюрократии, может быть, стало меньше, но хаоса — неизмеримо больше. В этом году изменения, конечно, были, но небольшие, и справиться с возникшими проблемами они не помогли. Не изменилось с прошлого года В прошлом году вузам оставили право объявлять дополнительный набор, если бюджетные места остались незанятыми, а абитуриентам разрешили подавать документы в пять вузов, как и прежде, но не на три, а уже на десять направлений. И подавать их не только очно, но и через Госуслуги и по почте. Абитуриентам пришлось осваивать сложную науку прогнозирования: теперь в вуз приходится поступать не столько по результатам ЕГЭ, сколько исходя из самостоятельного анализа множества факторов, среди которых статистика баллов по интересующим специальностям за прошлые годы, правила приема и их изменения, предсказания намерений конкурентов и так далее. Труднее всего абитуриентам приходится в ключевые моменты — в день, когда заканчивается основной прием документов в вузы (в этом году это было 25 июля), и в день, когда абитуриенты принимают окончательное решение и относят в вузы оригиналы документов (в этом году — 3 августа). Арсений Филин, математик и блогер, ведущий паблика во ВКонтакте «Все о ЕГЭ и поступлении | Grand Exam», уже несколько лет отслеживает особенности приема, чтобы помогать абитуриентам сориентироваться в этом головоломном процессе. Он говорит: «Как ребенок должен понять: нести ему свои документы в этот вуз или нет? Он может отнести документы в пять вузов до десяти направлений в каждом, это условно 50 конкурсов. На что ребенок должен опираться? На средние баллы прошлых лет? На статистику средних баллов за много-много лет? Откуда ему знать 25 июля, сколько олимпиадников вуз зачислит с 28-го по 30-е? Какое количество человек придет по квоте?» В некоторых вузах победители и призеры олимпиад и «целевики» — то есть абитуриенты, пришедшие по целевой квоте, — занимают почти все бюджетные места, на общий конкурс остается всего несколько мест — иногда одно-два. А иногда, наоборот, целевые места по квоте выделяются, но не заполняются. Скажем, в этом году вузы держали 10-процентную квоту для детей участников спецоперации, но она почти нигде не заполнилась целиком. Предсказать все это невозможно — а значит, хоть сколько-то точно оценить свои шансы. «Самая нервная дата — это 3 августа, — говорит Арсений Филин. — В этот момент можно принять решение, в какой конкретно вуз и на какой конкретно конкурс из тех пятидесяти, на которые ты подал документы, ты действительно будешь поступать, куда принесешь свое согласие на зачисление и оригинал аттестата. 3 августа дети видят огромные списки, в которых есть 20 бюджетных мест, а ты на каком-то сотом. У тебя могут быть реальные шансы пройти, потому что из 99 человек над тобой только каждый 50-й хочет именно в твой вуз. И вот чтобы получше понять намерения конкурентов, все ждут до последнего момента, поближе к 18.00, и в этот момент возникает вся основная суматоха». Так поступление работало и в прошлом году, и в этом, тут практически ничего не изменилось. Часть согласий на зачисление приходит в приемную комиссию вуза через Госуслуги и почту — и может обрабатываться еще день, два, а то и три. Сколько их придет и куда все это сдвинет абитуриента с его места, предугадать почти невозможно. «Угадайка», «казино», «русская рулетка», «чехарда» — так определяют характер приемной кампании абитуриенты и их родители. Некоторые вузы добавили ада еще и тем, что воспользовались правом продлить прием документов после 18.00, чтобы перетянуть к себе сильных поступающих, — в результате одни вузы закрыли прием в 18 часов, другие принимали до 23. Кто-то успел прыгнуть в такси и отвезти аттестат в другой вуз, а кому-то не повезло, и он остался за бортом. В выигрыше — самые хладнокровные абитуриенты с баллами похуже. Те, у кого баллы повыше, но нервы не железные, сразу уходили в вузы попроще, где могли рассчитывать на поступление в любом случае. В ведущих вузах проходной балл упал, в вузах послабее — вырос. На бюджетных местах получился недобор, вузы объявили добор, который оказался куда менее прозрачным и понятным, чем вторая волна. «Вторая волна у нас до ее отмены имела четко регламентированное количество мест, — объясняет Арсений Филин. — То есть дети могли рассчитывать свои шансы, понимали, где будет вторая волна, а где нет. Знали, что если рискнули, пытаясь попасть в престижный вуз, и не попали, то смогут во вторую волну попасть в вуз поскромнее. 20% бюджетных мест железно оставалось на вторую волну. А про дополнительный набор никто не понимает, будет он или не будет. И как вуз о нем оповестит. И как узнать, где есть допнаборы, где их нет. И начинается паника — и у детей, которые бегают, лишь бы куда-то зачислиться, и в вузах, которым нужно закрыть контрольные цифры приема, так что они ищут откуданибудь детей, чтобы не было недобора, чтобы в итоге заполнить бюджетные места. Иэто уже совершенно неупорядоченный процесс. Вузы искали по знакомым и незнакомым, среди тех, кто уже приносил сюда документы, брали всех подряд. Были случаи, когда вузы неофициально, но через личные сообщения говорили: мы готовы взять любого, у кого баллы выше пороговых, кого мы в принципе по закону имеем право брать в вуз на высшее образование. И это, конечно, влияет на понижение проходного балла». Изменилось в этом году Главное новшество этого года — появление суперсервиса «Поступи онлайн». Он берет на себя множество разных функций, сгруппированных вокруг определенной жизненной ситуации: рождение ребенка, переезд, оформление ДТП по европротоколу и прочее. Суперсервис анонсировали еще в прошлом году, но постановление правительства об этом вышло только в мае, и основной функционал, кажется, стали запускать уже впопыхах. Как только суперсервис «Поступи онлайн» на Госуслугах заработал, на него стали поступать жалобы; к концу приемной кампании ругались уже все — от абитуриентов до ректоров вузов. Все жаловались, что сервис виснет, как только на него устремляются сотни тысяч абитуриентов. Выпускники говорили, что заявления надолго зависают в системе и не отправляются в вузы, так что приходится связываться с приемными комиссиями и решать вопросы в частном порядке; встречались случаи, когда абитуриент узнавал от сервиса, что, оказывается, он подал заявление в какой-то вуз, куда и не думал его подавать. Некоторые не могли выставить отметку о подаче оригинала аттестата. Сотрудники вузов тоже жаловались: на суперсервисе не оказалось возможности автоматически верифицировать документы о победе на олимпиадах и о подлинности аттестатов, приходилось все проверять вручную. Ректор Балтийского федерального университета имени Иммануила Канта Алексей Федоров сказал, что «проект в этом году не состоялся». Ректор ГИТИСа Григорий Заславский и ректор Высшего театрального училища имени Щепкина заявили, что суперсервис не учитывает особенностей творческих вузов, где прослушивания начинаются еще в апреле. Жаловались на работу суперсервиса и ректоры МГТУ, МГИМО и ВШЭ. «Уже на этапе подачи документов до 25 июля были сбои, о которых мне сообщали мои подписчики, — делится Арсений Филин. — Первое — очень долгая обработка заявления: две-три недели со дня подачи. Второе — странная работа службы поддержки. Подписчица сообщила, что написала о своей проблеме в техподдержку, та ей ответила через два с половиной месяца — уже после того, как уже были изданы приказы о зачислении. Третье — проблема с оригиналом аттестата и согласием о зачислении, которые предоставляют в вуз 3 августа. Это два разных документа. Но на сайте Госуслуг была реализована только одна кнопка — подать согласие на зачисление. Многие вузы говорили: вы молодцы, вы дистанционно подали согласие на зачисление, но оригинал аттестата принесите нам, пожалуйста, ногами. После этого министерство опубликовало рекомендацию засчитывать эту кнопку и за оригинал, и за согласие». Вузы пошли навстречу, но могли ведь и не пойти: письмо министерства — это действительно только рекомендация, а ее можно не учитывать. В прошлом году документы через Госуслуги подавала не особенно большая часть абитуриентов. В этом — очень большая: в некоторых вузах — больше половины. При этом сервис работал медленно и со сбоями; некоторые сотрудники приемных комиссий пишут, что на сайте не было автоматической выгрузки данных абитуриентов, так что их приходилось вручную переносить в вузовскую систему. Обработка данных с Госуслуг могла занимать в вузах несколько дней, которые для ожидающих решения своей участи абитуриентов казались бесконечными. явления СТР. 18–19  Недобор, перебор и кофейная гуща 20 – 21 20 – 21 В остальном изменений по сравнению с прошлым годом мало. Проходной балл, уже просевший в прошлом году, в этом упал во многих вузах еще ниже, особенно на медицинских, инженерных и технических специальностях. В ведущих вузах, в том числе Москвы и Петербурга, обнаружился недобор на бюджетные места. В топовых вузах Москвы и Питера проходной балл почти не изменился, а в столичных вузах попроще и региональных — даже вырос за счет абитуриентов, опасающихся рисковать. Сильные абитуриенты из регионов в большинстве своем не попали в столичные вузы: загодя риски оценить сложно, а привезти аттестат в приемную комиссию вечером 3 августа, когда хоть что-то станет понятно, из другого города невозможно. Валерий Фальков, министр образования и науки, считает, что это хорошо: «Мы уже второй год зачисляем, что называется, с первого раза. И это очень хороший способ создать равные, открытые условия для всех без исключения абитуриентов по всей стране. Опыт в прошлом году по-разному оценивался, но мы видим, что это позволило, в том числе, многим способным и талантливым абитуриентам принять решение в пользу обучения в регионах». Похоже, в этом году удалось решить только одну проблему — с множественными согласиями на зачисление, которые недобросовестные абитуриенты подавали в несколько вузов сразу. В прошлом году они могли в разных вузах поставить галочку «хочу подать сюда оригинал и согласие». Делать этого было по правилам нельзя, но технически возможно, и выловить такие случаи было трудно. В этом году техническую возможность исключили, оставив только одну галочку, и стало нельзя ни принести два оригинала аттестата в разные вузы, ни отправить два согласия в них. Единичные случаи остались, но за счет ошибок системы. Еще в прошлом году эксперты говорили, что справиться с этой ситуацией поможет сервис, подобный тому, который существует в других странах, — он позволял бы ранжировать всех абитуриентов страны в зависимости не только от набранной ими суммы баллов, но и от их собственных предпочтений. Тогда выпускники автоматически распределялись бы по бюджетным местам в зависимости от того, кто на что может и хочет претендовать, и им не надо было бы судорожно метаться с оригиналом аттестата из города в город. Министерство образования и науки создало рабочую группу по доработке суперсервиса. Заместитель руководителя этой комиссии, ректор Финансового университета при правительстве РФ Станислав Прокофьев сообщил, что в планах на 2024 год — создание возможности для абитуриента отслеживать свою позицию в ранжированных списках по всем направлениям во всех вузах. Но... Никаких глобальных изменений в приемной кампании на лето 2023 года пока не обещано, так что запасайтесь хрустальными шарами, кофейной гущей и валерьянкой. ,, «Угадайка», «казино», «русская рулетка», «чехарда» — так определяют характер приемной кампании абитуриенты и их родители «НОВАЯ РАССКАЗ-ГАЗЕТА» No5 СЕНТЯБРЬ 2022 Ирина ЛУКЬЯНОВА Евгений ГУРКО / Коммерсантъ Птица Феликс Будем называть вещи своими именами: возвращение Дзержинского — это попытка восстановить памятник органам госбезопасности 22 августа 1991 года. Снос памятника Дзержинскому ASSOCIATED PRESS / East News 22 – 23 22 – 23 «НОВАЯ РАССКАЗ-ГАЗЕТА» No5 СЕНТЯБРЬ 2022 СТР. 24–25  ,, Мне нравится идея, что памятники ставят не тому, кто, собственно, изображен, а тем, кто их ставит. Посмотрите вокруг себя — в окружении каких персонажей вы вдруг оказались? Вновь заговорили о возвращении памятника Дзержинскому — того самого, что снесли с Лубянской площади 22 августа 1991 года. Правда, сейчас его решено установить не напротив здания ФСБ, а «всего лишь» напротив стадиона «Динамо». Утверждают, что уже подписан соответствующий указ. Сейчас Дзержинский по-прежнему в «Музеоне», в парке, куда в свое время свезли со всей Москвы ставшие ненужными (смешными, обидными) памятники — два десятка Лениных, Сталина, Брежнева, деятелей масштабом поменьше. Содержатся они хорошо, и это, я считаю, правильно. Кто хочет возложить цветы — пожалуйста. Остальные могут прийти, чтобы ужаснуться прожитому. Но — Дзержинский! Какой многострадальный памятник! По всей Москве его таскают, места не найдут... Памятник первому председателю ВЧК был вычеркнут (казалось) из нашей жизни навсегда — вместе со скульптурными изображениями первого «президента» РСФСР Свердлова, сменившего его Калинина, еще дюжины первостепенных деятелей Октябрьской революции. Ни слова о них с тех пор — как не было. Чего ж о Дзержинском копья ломаются с середины 90-х? Даже пару лет назад референдум запланировали в Москве провести: кого вы, дескать, хотите видеть на Лубянской площади, дорогие жители столицы? Дзержинского или, например, Александра Невского? Кстати, чем Александр Невский был связан с Москвой, кто-нибудь подскажет? В общем, мысль была ясна и проста: не мытьем, так катаньем протащить Феликса Эдмундовича на прежнее место. Чтобы, так сказать, флаг продемонстрировать, чтобы основоположник органов всегда перед глазами наследников был, чтоб в окно выглянешь — стоит. Хорошо!.. Но с референдумом не получилось. В смысле — никак; ни того, ни другого москвичи не захотели, а все было так подготовлено, референдум на несколько дней растянули, чтоб уж наверняка. И все равно. Пришлось кампанию срочно свернуть: мол, мнения резко разошлись, а памятники должны не раскалывать общество, а, наоборот, объединять его; неглупая мысль, кстати. Поэтому референдум и был «прерван» — на самом интересном месте. И никто не возмутился, никто с протестами вроде бы не выступал. Хотя «они» памятник, скорее всего, все равно, увы, вернут, хотим мы этого или нет. Но ни о чем это уже свидетельствовать не будет. Единственная группа населения, настойчиво его пробивающая, — это сотрудники ФСБ, и возведение на прежнем месте памятника Дзержинскому будет говорить только о росте их влияния на жизнь страны. Но это и так, к сожалению, вполне заметно. Даже хорошо, честнее: отказались притворяться, будто восстановление памятника Дзержинскому — лишь выполнение воли одумавшихся сограждан, наворотивших незнамо чего в годы упадка гражданского чувства. И наплевать, что все, кто способен, видят: НИКОМУ, кроме разросшейся до предела армии госбезопасности, этот памятник НЕ НУЖЕН, оскорбителен. Пусть! Все равно — поставим! И пионерам у его подножия будем галстуки повязывать, и присягу воинов принимать перед отправкой куда-нибудь, и героев чествовать будем, и «уроки мужества» для школьников всех классов проводить... Но тут есть, мне кажется, повод для некоторых сопутствующих размышлений. Мне нравится идея, что памятники ставят не тому, кто, собственно, изображен, а тем, кто их ставит. Посмотрите вокруг себя — в окружении каких персонажей вы вдруг оказались? И уже как-то смолкли разговоры о непреходящей художественной и исторической ценности возводимого. Так что — почему Дзержинский? Я уже, в основном, ответил на этот вопрос, но раз уж повод выдался, грех не сказать больше; тема позволяет, к сожалению. Прежде всего, на этапе обострения борьбы за подлинную историю, которую знать должен каждый гражданин, хорошо бы определиться, наконец, с Октябрьским переворотом, важнейшим, как мы недавно учили, событием века. Послужил ли он на благо страны — или? И не слишком ли высокую цену за эту великую победу заплатила Россия, и материальную, и демографическую, и какую угодно? И последствия этой победы — каковы? Исходя из ответа на этот важнейший вопрос, перейдем и ко второму: к роли тех, кто внес в победу Октября наиболее весомый вклад. И от ответа на этот вопрос будет зависеть еще один, в сущности, второстепенный: кто из них заслужил памятника за содеянное? И уж потом вызывать Церетели или Салавата Щербакова. Или Вучетича воскрешать, если возвращаться к монументу на Лубянской площади. Есть у меня замечательная книжка — «Чекисты. История в лицах» — шикарно, на мелованной бумаге отпечатанная «Союзом ветеранов госбезопасности» в 2008 году (без указания тиража). «Издание основано на материалах альбомов, подаренных Ф.Э. Дзержинскому сотрудниками центрального аппарата ГПУ в день 5-й годовщины Всероссийской чрезвычайной комиссии при СНК РСФСР». явления П а в е л Г У Т И О Н Т О В «Полученный опыт противоборства, — пишет в предисловии президент Союза В. Тимофеев, — привычно подсказывал им упрощенное решение вопроса, «революционным путем», крайней мерой по отношению к противникам: шпионам, террористам, диверсантам, «малосознательным» рабочим, «несознательным крестьянам» и, конечно, к членам «антисоветских» партий... Вглядитесь внимательно в их лица. Они нам говорят о гордости за принадлежность к ведомству безопасности, о вере в правоту дела, которому они служили...» Вглядимся же в лица. Молодые, двадцать — двадцать пять лет, сорок — уже старик... А вот — первоначальная коллегия, утвержденная Лениным и впоследствии практически неизменная. Дзержинский, Аванесов, Зимин, Кедров, Корнев, Ксенофонтов, Лацис, Манцев, Медведь, Менжинский, Мессинг, Петерс, Ягода. Самому председателю и сменившему его Менжинскому «повезло» — умерли сами. А остальные? А эти все — с молодыми лицами? С чувством гордости за принадлежность? В большинстве своем — расстреляны! При случае нынешние руководители органов бьют себя в грудь: дескать, сами пострадали. И не раз! Каждая смена большого начальника (Ягоды ли, Ежова ли, Берии, Меркулова, Абакумова...) вызывала цепную реакцию — головы начальников поменьше летели без счета. Хочется только успокоить: явления Птица Феликс пррососа,,рервоолюлцицонныным пуутем, кркайненй йслужилли...летеели без счета. Хочется тоолько усппокоить: СТР. 22–23  Демонтаж памятника Дзержинскому в Москве. 22 августа 1991 года Андрей СОЛОВЬЕВ, Геннадий ХАМЕЛЬЯНИН / Фотохроника ТАСС 24 – 25 из каждой кадровой передряги «органы» выходили только окрепшими, готовыми выполнить любой новый приказ «партии и правительства». Правда, историк Алексей Тепляков пишет: «Большое влияние на историографию репрессий оказала дезинформация руководителей КГБ СССР Бобкова и Чебрикова, заявивших, что в годы террора было репрессировано якобы больше 20 тысяч самих чекистов. На самом деле эта цифра завышена почти на порядок... Многие опубликованные мемуары чекистов представляют собой скорее, выражаясь языком спецслужб, так называемые «активные мероприятия» с целью дезинформации общества. В двухтомнике «Личное дело» бывшего председателя КГБ Крючкова сочинена целая легенда о героических омских чекистах, которые якобы поплатились жизнью за сопротивление сталинским репрессиям: «В 1937 году, например, был расстрелян практически весь состав Омского управления НКВД за отказ участвовать в репрессиях. Состоялся скорый суд, и судьба сотрудников управления была решена»... На деле расстреляли только начальника управления Э. Салыня, который со своей командой успел до лета 1937 года подвергнуть репрессиям тысячи людей. Всего же было арестовано по обвинению в заговорщической деятельности 11 омских чекистов — из 320. Их изощренно пытали, но в 1939 году освободили»... Оговорюсь по поводу термина «чекисты». Как вы лодку назовете, так она и поплывет. И то, что вплоть до сегодняшнего дня «наследники Дзержинского» так сами себя с гордостью называют, говорит о многом. Компартия когда-то учила: все сделанное надо оценивать по конечному результату. Результат — налицо. Сотни тысяч расстрелянных, миллионы отсидевших по тюрьмам да лагерям. Не с кем на земле сравнивать, в Китае одном, говорят, больше жертв, да в Камбодже (здесь в процентном ко всему населению отношении, правда). Других примеров нет, что бы ни говорили о репрессиях в отношении к «нашим единомышленникам» на Западе, о «маккартизме» и других неприятных вещах. Все это имеет прямое отношение к вопросу о памятнике Дзержинскому. Создатель, хочешь не хочешь, а отвечает за то, что наделали им созданные. Следует еще и учитывать, что и при нем «органы» вели себя как в завоеванной стране. С нетерпением жду, когда сделается возможным проведение пешеходной экскурсии по центру Москвы — «Здания ВЧК (ОГПУНКВД-КГБ-ФСБ) как символ страны, поднявшейся с колен». Целый город, растекшийся по улицам и переулкам вокруг «Детского мира». И чтобы экскурсовод назвал даты, чтоб стало ясно, как росли наши «внутренние органы», как мужали, как обустраивались. Как все больше не хватало им места для неусыпной деятельности — на благо народа, конечно. А страна, нищая, голодная, напрягаясь из последних сил, все отдавала им — самое последнее. А «чекистов» при этом окружала неизменной любовью... И сейчас пытаются одеть их в одежды героев. Для этого и секретят каждый их шаг начиная с самого начала. В обстановке секретности любого Дзержинского легко ангелом представить. Посмотрите, все меньше и меньше документов мы можем получить в архивах ФСБ. Совсем недавно можно было взять необходимое в бывших братских странах: Грузии, Молдове, в странах Балтии... В Украине... Теперь и там ничего не получишь. Так, до сих пор не обнародованы даже регламентирующие инструкции, согласно которым в СССР осуществлялись казни. Только в недавно опубликованных документах МВД Грузии указан официальный способ: «путем выстрела в правый висок»... «НОВАЯ РАССКАЗ-ГАЗЕТА» No5 СЕНТЯБРЬ 2022 ,, СССР гордился всеми годами своей истории, в том числе, и тем, от чего человечество содрогается в ужасе... Что во всем мире считается преступлениями, у нас до сих пор в лучшем случае именуют «отдельными ошибками» СТР. 26–27  Москва. Май 1990 г. Площадь Дзержинского Андрей СОЛОВЬЕВ / ТАСС явления ВМинусинске казнимых добивали ломом... Одного пьяные палачи пытались взорвать с помощью электродетонатора... Осужденный в 1939 году начальник оперсектора Алексеев в жалобах на необоснованность приговора указывал, что им лично арестованы 2300 «троцкистов», из которых 1500 расстреляны. Власти этим весомым аргументам вняли, в январе 1941 года Алексеев был освобожден из заключения и остался работать в системе ГУЛАГа... Обращаюсь к Евгению Савостьянову, человеку удивительной судьбы, горному инженеру, на волне демократических преобразований неожиданно ставшему после августа 1991-го на три года заместителем директора ФСК, начальником Московской службы, генералу ФСБ: — По поводу агентов, стукачей, сотрудников, имена которых надо, оказывается, до сих пор сохранять в тайне — всех... Справедливо ли это? — Ответ прост. Закон предписывает — всех. Давайте сначала поменяем законы... Еще раз повторю: очищение органов, спецслужб не может опережать очищения государства, особенно его верхних слоев. Если общество проявит волю и заставит государство открыть архивы, если государство — под настоянием общества, повторю, — заявит: мы больше не наследники СССР, мы не имеем с ним и его преступлениями ничего общего, тогда — другое дело... Пока же... Чего вы хотите? СССР гордился всеми годами своей истории, в том числе, и тем, от чего человечество содрогается в ужасе... Что во всем мире считается преступлениями, у нас до сих пор в лучшем случае именуют «отдельными ошибками». Даже сейчас мы — гордимся. И даже соответствующую статью в новую Конституцию вносим... Разговор, обращаю внимание, трехлетней давности. Сейчас говорить об этом просто нелепо. «...Еще 2 октября 2006 года руководитель Федерального архивного агентства В. Козлов заявил, что до 2010 года рассекретят документы Птица Феликс СТР. 24–25  WOJTEK LASKI / EAST NEWS 26 – 27 «НОВАЯ РАССКАЗ-ГАЗЕТА» No5 СЕНТЯБРЬ 2022 советского периода. В 2015 году председатель Совета при президенте по содействию развития институтов гражданского общества и прав человека М. Федотов утверждал, что достаточно соблюдения законов, чтобы иметь доступ к документам КГБ уже сегодня. ...Карьеристы и чиновники, начальники и начальнички сверхбдительны, когда речь идет об агентурном аппарате, силах и средствах органов безопасности. В общем, как правило, засекречивают то, что секретным быть не должно и уже не является. Так, межведомственная комиссия по засекречиванию государственной тайны 12 марта 2014 г., не являясь юридическим лицом, выдала заключение No 2-с, продлившее еще на 30 лет сроки засекречивания сведений относительно органов госбезопасности за период с 1917 по 1991 год, как бы составляющих государственную тайну. Был оставлен на секретном хранении ряд приказов ВЧК 1919 года, даже тех, которые не имеют грифа «секретно»... Кто же это понаписал? Иностранные агенты, это-то ясно, но давно пора сорвать маски с их, с позволения сказать, лиц... Оказывается, нет. Не агенты. Вот она, книга, — «Расстрелянная коллегия Феликса Дзержинского», вполне лояльная к «чекистам», стр. 408. Авторы — А.М. Плеханов и А.А. Плеханов. 2019. Тир. 500 экз.  Первый:доктор исторических наук, профессор, полковник в отставке. Служил в военно-учебных заведениях МВД-КГБ СССР, ФСБ и ФПС России. Один из учредителей Общества изучения истории отечественных спецслужб. Почетный член Союза ветеранов госбезопасности... Имеет 17 правительственных и ведомственных наград, знак «За службу в контрразведке» II степени, лауреат премий ФСБ и «Золотой венец границы».  Второй: кандидат исторических наук. Работал на различных должностях в учебных и научно-исследовательских учреждениях МВД СССР, ФСБ и ФПС России. Ответственный секретарь Общества изучения истории отечественных спецслужб и член Союза ветеранов госбезопасности. Лауреат премий ФСБ и «Золотой венец границы». Люди то есть проверенные. И даже для них ясно: насколько нелепы, абсурдны, вредны (добавлю от себя) запреты «тайн» более чем столетней давности. Что же произошло за минувшие три года? Почему и тогда (вполне очевидное) «несекретное» вдруг стало — еще более секретным? Почему, несмотря на ясно высказанную волю москвичей, на улицы их города вновь тащат поверженного истукана? Да, не на Лубянскую площадь, к этому и сегодня они не готовы... Но ведь тащат! Замечательный историк Олег Будницкий, когда я несколько лет назад обратился к нему по поводу установления очередного памятника Сталину (в Новосибирске), обращал мое внимание, что вектор-то движения обозначен ясно, ссылался на памятник Жертвам репрессий, только что наконец открытый в Москве... Президент его открывал, памятник... Что сейчас скажете, Олег Витальевич? Про вектор? За минувшие годы со всей торжественностью, с участием официальных лиц открыты десятки памятников Сталину и его соратникам, таким как кровавый прокурор Роман Руденко, чья подпись стоит под ДЕСЯТКАМИ ТЫСЯЧ расстрельных приговоров «тройки» в Донбассе (да нет, не под «десятками тысяч» приговоров, СПИСКАМИ осуждала «тройка»). И после Донбасса славно поработал на благо страны Роман Руденко — согласно постоянно меняющейся воле партии. Так что медаль, специально учрежденную, имени Героя Социалистического Труда Руденко, Генеральная прокуратура России вручает именно теперь лучшим своим сотрудникам. Сколько уничижительных слов с самых высоких трибун прозвучало в адрес В.И. Ленина, одарившего несуществующую Украину не принадлежащими ей «исконно русскими территориями»! Тем удивительнее кажется, что первое, что делают освободители, это восстанавливают порушенные украинцами памятники «вождю мирового пролетариата». Не возникает ни у кого робкого вопроса: почему? В 1996 году на Волге я увидел круизный теплоход, арендованный для своего мероприятия Российским дворянским собранием. Никогда не догадаетесь, как теплоход назывался — «Феликс Дзержинский»! С каждым годом мне все больше кажется, что это — символ. Куда должен звать Дзержинский Феликс Эдмундович, чему учить? Понимаю, что вопросы задаю — риторические. Но ответов хотелось бы — конкретных. А не ссылаться на советские учебники и рассказы «о чекистах» в детских книжках. Будем называть вещи своими именами. Нам пытаются восстановить памятник органам госбезопасности. Павел ГУТИОНТОВ На фото, которое я сделал в начале 90-х в московском «Музеоне», Сталин (с отбитым носом) еще лежит. Позднее его поставят Павел ГУТИОНТОВ Продолжение темы — СТР. 86–89  уроки Михаил Горбачев: Михаил Горбачев: Чтобы идти вперед, нужно изменить систему Фото из архива «Горбачев-Фонда» 28 – 29 «НОВАЯ РАССКАЗ-ГАЗЕТА» No5 СЕНТЯБРЬ 2022«НОВАЯ РАСС Чем больше я встречаюсь с людьми, читаю, наблюдаю за разворачивающимися событиями и общественными настроениями, тем больше ощущаю растущее беспокойство людей. Признание деградации государства и деморализации общества становится общепринятым диагнозом. Все очевиднее, что сложившаяся в России система отношений власти и общества не обеспечивает ни личную безопасность граждан, ни их достойную жизнь, ни настоящее (а не притворное) уважение к России в мире. Около половины российских респондентов считают, что Россия идет «в неправильном направлении». Понимание тупиковости ситуации ощущается и среди политического класса. Трудно избежать впечатления, что у российской власти недостает политической воли и готовности искать реальный выход. Она ограничивается косметическими мерами, а чаще — имитацией реформ и звонкими декларациями. Видимо, мощные личные и корпоративные интересы завязаны на сохранении статус-кво. Даже многие из тех, кто признает необходимость перемен, уповают на реформы сверху, ожидая их от Кремля. Неужели мы до сих пор полагаемся на «царя-реформатора», а не на собственные силы? Неужели мы до сих пор считаем народ быдлом? Другие призывают к «постепенным и эволюционным» переменам. Я сам противник «великих потрясений». Но есть перемены, которые просто не могут быть постепенными. Как постепенно, шаг за шагом вводить верховенство права? Значит ли это, что действие закона вначале будет распространяться лишь на отдельные категории населения? Тогда какие именно? А что остальные — будут находиться в «серой зоне»? Или в положении людей второго сорта? А как, скажем, «эволюционно» вводить принцип политической конкуренции? И кто будет определять, на кого она распространяется, а на кого нет? Нежелание начинать реформы или стремление ограничиться частичными изменениями часто объясняют не страхом потерять власть, а стремлением избежать нового распада России. Но именно отсутствие перемен — вот что грозит спровоцировать нестабильность и поставить под вопрос будущее страны. Развернувшаяся и уже ставшая шумной и скандальной избирательная кампания выглядит как очередная «потемкинская деревня». Власти даже не скрывают стремление оградить себя от честной конкуренции и гарантировать свое самосохранение. Неужели пожизненно? Все это напоминает мне 80-е годы прошлого века. Но мы тогда все же нашли в себе силы снять с общества «железный обруч» несвободы. И начался невиданный политический подъем. Люди все решительнее шли со своими требованиями, суть которых: «Так дальше жить нельзя!» Руководство СССР признало, что советская система неэффективна и блокирует развитие. Мы решились на кардинальные реформы — несмотря на все опасности и риски. Мы начали демонтировать монополию КПСС на власть и пошли на первые в советской истории настоящие выборы. Словом, перестройка стала ответом на тогдашний тупик. Впервые в российской истории люди обрели возможность собственного волеизъявления. На фоне нынешней безжизненности политической сцены и молчаливого общества то время выглядит настоящим триумфом демократии. Но, увы, нам — тогдашней власти и всему обществу — не удалось довести перестройку до конца и создать систему, которая бы основывалась на политической конкуренции и обеспечивала свободу и гласность. Перестройка была прервана. В 90-е годы власть оказалась в руках людей, которые под прикрытием демократических лозунгов осуществляли антидемократический выбор. Более того, новое всевластие было дополнено олигархическим капитализмом с криминальным оттенком. Нулевые годы, создав иллюзию стабильности и благополучия, стали периодом проедания сырьевых ресурсов. Россия оказалась уникальным явлением — в мире еще не было ядерной сырьевой державы. Власть заперлась в «бункере» и оградила себя непробиваемым щитом из всяческих уловок, «административного ресурса» и лицемерного законодательства, которое делает смену власти невозможной. Россия возвращается в брежневскую эпоху, забыв, чем эта эпоха кончилась. Люди все меньше верят власти, теряют надежду на будущее, их унижают бедность и углубляющиеся социальные разрывы на фоне жирующей гламурной тусовки. Еще пять-шесть лет по этому пути — и велика вероятность того, что страна уже не сможет выйти из тупикового состояния. Как России выбраться из тупика? Наивно было бы надеяться, что для этого достаточно экономической реформы. Да ее и не будет без системной трансформации: без избавления нашей избирательной системы от искусственных ограничений, не оправданных ничем, кроме стремления нынешней «элиты» увековечить свое правление, без создания независимых институтов представительной и судебной власти, местного самоуправления, без раскрепощения средств массовой информации, без гражданского общества. Эти перемены невозможны без реформы нынешней Конституции, которая закрепляет президентское всевластие, превращая президента в нового российского монарха. Сегодня в России исполнительная власть возвышается над обществом и никому не подконтрольна. Президент имеет возможность назначать своего преемника, продлить либо восстановить свою власть за счет управляемых выборов. При таком президентстве нет оснований надеяться на нормальное функционирование других ветвей власти и сохранение гражданских свобод. Назначенчество заменило выборность. Те, кто ответствен за нынешнюю ситуацию в стране, не смогут начать реальные перемены, боясь, что будет поколеблена их власть. В истории не было прецедента, когда изжившую систему реформировали бы те, кто был ответственным за ее создание. России как воздух нужны честные и свободные выборы, политическая конкуренция. Выборность, сменяемость власти являются необходимым условием нормального развития современного общества. Но они возможны только при коренном обновлении нынешней системы и ее несущих конституционных и государственных опор. Смена власти при сохранении прежней системы и старых правил игры приведет лишь к тому, что на место одних придут другие, а караван продолжит свой путь к обрыву. Реформировать страну придется в сложной внутренней и международной среде. Но иного пути нет: общество нуждается в трансформации всех сфер жизни. Нужно заложить основы государства и системы, которые будут служить обществу, а не наоборот. По существу такая задача будет решаться впервые в российской истории, и сегодня ни у кого нет готовых рецептов — как это сделать. Поэтому нужна широкая общественная дискуссия о путях строительства новой России. «Новая газета», 21 сентября 2011 года Сегодня в России исполнительная власть возвышается над обществом и никому не подконтрольна уроки «Но как нам быть с эпохами упадка, когда пора развития и цветения миновала и место исчезнувших преданности и веры заняла лживая фразеология, когда торжества сменили пышные спектакли, а принцип доверия к власти превратился в тупое равнодушие или же макиавеллизм? Увы! Такие эпохи не представляют для мировой истории интереса, в анналах человечества записи о них будут все короче и короче, пока не будут вычеркнуты совсем, как лживые и ненужные. Какое же несчастье родиться в такую эпоху! Родиться только для того, чтобы на собственном примере узнать, что миром правит не Бог, а ложь и Сатана и что наверху общественной лестницы сидит Верховный Шарлатан! Вы только представьте себе, как безотрадно-мрачно мировоззрение нескольких (двух, иногда трех) живущих в такую эпоху поколений, с их точки зрения живущих, на самом же деле, в сущности, уничтожающих себя и при этом сознающих, что второй жизни для них не будет»*. Вот от чего избавил нас, своих современников, Михаил Сергеевич Горбачев. Он освободил нас. И сделал это сам, по своей воле, мы и не просили. За свободу тогда боролись единицы, еще меньше было тех, кто верил в то, что такое возможно. Он дал свободу всем нам, а уж что мы с ней сделали, не его вина и даже не его забота. Это наша ответственность. Собственно, на этом можно и остановиться. В истории мирно такое произошло лишь однажды и благодаря ему. * * * Немногим более шести лет Михаил Горбачев обладал реальной властью на посту главы государства. Можно долго и подробно анализировать, что за это время ему удалось сделать, а что нет. Но, как ни парадоксально, главное достижение Горбачева как раз в том, чего он не сделал. А не сделал он того, с чем до него прекрасно справлялись все советские руководители: Горбачев не стал держать людей в страхе. И несмотря на то, что с момента отставки первого и последнего президента СССР прошло три десятилетия, фигура Михаила Сергеевича остается крайне важной для современности и для любого разговора о будущем страны. 1989 год — очевидная поворотная точка новейшей истории. 30-летней годовщине тех событий за последнее время было посвящено много статей, исследований и даже книг. Общая тональность этих публикаций — неоправдавшиеся надежды, нереализованные возможности, недостигнутые цели, в общем, the light that failed, угасший свет (название романа Редьярда Киплинга «Свет погас» использовали недавно для своей книги о надеждах и реалиях последних трех десятилетий в Восточной Европе Иван Крастев и Стивен Холмс**). Однако едва ли кто-то ставит под сомнение критическую важность и эпохальный масштаб падения Берлинской стены, освобождения Восточной Европы от коммунизма и демократизации СССР. И ключевую роль в этих событиях сыграл именно Горбачев. За время своего правления Горбачеву удалось положить начало новой эпохе. И причины сегодняшних глобальных проблем и кризисов во многом обусловлены как раз тем, что начатая Горбачевым более 30 лет назад эпоха закончилась: на смену новому, основанному на ценностях мышлению пришла архаика, распахнутые когда-то окна возможностей захлопнулись, и теперь необходимо открывать, а иногда и прорубать новые. Но для этого нужно осмыслить и понять, что было сделано и не сделано за три десятилетия. Не проклинать Горбачева, а взглянуть в первую очередь на себя и попытаться ответить на вопрос, как и почему открытые для всех нас в конце 1980-х возможности были упущены. В основе этих возможностей лежала свобода. Свобода, которую России подарил Горбачев. Свобода, которой мы не сумели воспользоваться. Горбачев дал возможность советским гражданам, десятилетиями боявшимся открыть рот, свободно говорить то, что они думают, не опасаясь расстрела, тюрьмы, увольнения с работы и даже исключения из партии. И это не просто свобода слова как одна из демократических свобод, но экзистенциальное освобождение от страха — того самого, который в России иногда с презрением, иногда с оправданием называют генетическим. Он дал нам свободу, а мы не сумели ею воспользоваться *Карлейль Т. История Французской революции. Ч. I. М.: Мысль, 1991. С. 14. **The Light that Failed: A Reckoning, by Ivan Krastev and Stephen Holmes, Allen Lane, 2019. Вектор Го р б а ч е в а Г р и г о р и й р и й Я В Л И Н С К И Й 30 – 31 За эту подаренную свободу абсолютному большинству не пришлось бороться — жертвовали собой единицы. Полное осознание достигнутого так и не пришло. Россия не справилась с этой свободой: не научилась жить без страха, не воспользовалась свободой для творчества, не сохранила, не защитила, не приумножила и в итоге потеряла ее. Сегодня многие в нашей стране считают случившееся во второй половине 1980-х не благословением, а проклятием. Однако тогда, более 30 лет назад, десятки миллионов граждан СССР с готовностью восприняли буквально обрушившуюся на них свободу слова. Критика власти без боязни репрессий, открытие запретных тем, от «белых пятен» истории до проблемных «слепых зон» повседневной жизни советского общества, — все это было как дождь, упавший на иссохшую почву. Новая информация мгновенно впитывалась, и требовалось еще. Страна, народ, общественное сознание хотели свободы (по крайней мере, свободы говорить, слушать, читать, обсуждать) и правды. И то, что произошло с Россией за последние 30 лет, не вина Горбачева. Эпоха постсоветских реформ с точки зрения свободы и уважения к человеку закончилась полным крахом, и ответственность за этот провал лежит на всех, кто жил и работал в эту эпоху. Это касается не только политиков, принимавших решения, но и рядовых граждан, имевших возможность говорить и действовать, выбирать и голосовать так, как они считали нужным, без страха репрессий. Поэтому все те, кто позволил загнать себя вновь в политическое стойло несменяемой коррумпированной лживой власти, несут ответственность за обратную трансформацию страны наравне с теми, кому позволили принимать такие решения. Кстати, на стыке 1980-х и 1990-х свободу получили не только народы СССР. Европа освободилась от разделенности и военно-блокового противостояния, а весь мир — от перманентного страха ядерной войны. Как Европа и мир этой свободой воспользовались — уже другой вопрос. * * * Как-то Путин, отвечая на вопрос, должен ли глава государства скрывать от общественности своих детей и внуков, сказал: «...такая западная политическая культура связана с представительством как бы членов семьи. Но мне кажется, что мы не в таком состоянии находимся, чтобы заниматься этим театром. У нас должно быть все по-взрослому. Серьезно»***. На самом деле путинский подход — это совсем не «по-взрослому», это просто подражание большевистским моделям и практикам. У Горбачева даже в этом пункте было все принципиально иначе. 30 – 31 ***См.: 20 вопросов Владимиру Путину, 18-я серия, ТАСС. Фото из архива «Горбачев-Фонда» СТР. 32–33  уроки Появление Раисы Максимовны рядом с генсеком было не «копированием западной традиции», а разрывом большевистского шаблона, в котором человек есть функция, щепка, и любое человеческое проявление воспринимается как слабость (об искренней любви и теплоте в отношениях супругов Горбачевых свидетельствуют последние дни первой и единственной леди Советского Союза — когда угасающую от рака жену муж буквально носил на руках). Именно в возвращении российского государства к большевистским стандартам политического мышления и поведения — корни текущих процессов в нашей стране. Это и слом Конституции, и преследования политических оппонентов, и трактовка государственного суверенитета в духе «что хочу, то и ворочу», и основанная на этом понимании концепция «многополярного мира», и попытка возродить политику «ограниченного суверенитета» в отношении соседей. Это сознательный разворот назад, возвращение в догорбачевскую эпоху. За отказ от достижений демократии позднего советского периода, за перечеркивание всего, что успел сделать Горбачев, России придется дорого заплатить. Одного примера с разрушением договоров по сдерживанию вооружений достаточно, чтобы понять масштаб цены этого разворота. В последние месяцы на посту главы государства и уже после отставки Горбачеву пришлось многое пережить: унижения, оскорбления, травлю. Но это не сломило Михаила Сергеевича. Ему удалось сохранить достоинство и остаться Человеком, может быть, еще более ярким и более авторитетным, чем он был, находясь у руля державы. Имея все возможности, Горбачев никуда не уехал, остался в России. По большому счету, остался он и в политике. Его мнением время от времени интересовались в Кремле. Слова Горбачева — это, вероятно, последнее, что готовы были услышать в мире от страны с отрицательной репутацией. Кстати, если бы он уехал за границу, то все, что он сделал когда-то, все перемены, которым способствовал, имели бы совершенно иной смысл. И лично я бесконечно благодарен Михаилу Сергеевичу за то, что он остался в России, со своим народом. А еще Горбачев доказал, что с властью можно расстаться, сохранив при этом уважение и достоинство. Да, в нашей стране многие не любят Горбачева, даже не пытаются понять и оценить его вклад в будущее. И это, безусловно, несправедливое отношение. Ведь Горбачев дал людям свободу выбора, позволил народам СССР — украинцам, казахам, латышам, литовцам, эстонцам, молдаванам и многим другим, кого он выпустил из «казармы», — наконец жить так, СТР. 30–31  Фото из архива «Горбачев-Фонда» Вектор Го р б а ч е в а 32 – 33 «НОВАЯ РАССКАЗ-ГАЗЕТА» No5 СЕНТЯБРЬ 2022 как им хочется. Потом сами россияне в 1991 году безоговорочно поддержали Беловежскую Пущу, Ельцина и катастрофические реформы, которые уже к концу следующего года привели к полному и всеобщему обнищанию. Горбачев здесь совершенно ни при чем. Так же и сейчас россияне сами голосуют заПутина, за отсутствие экономической политики, за падение реальных доходов, за продление пенсионного возраста, за судебные и внесудебные расправы, за авторитарную конституцию, за несменяемость власти, за уничтожение «Мемориала»* и за специальную военную операцию. После Горбачева прошло 30 лет. За это время россияне одиннадцать раз голосовали на федеральных выборах, когда, несмотря ни на что, выбор был. Одиннадцать раз у людей была возможность изменить ход событий и начать двигаться в сторону свободы, правды и справедливости, идти по пути, который открыл стране Горбачев. Но большинство сделало другой выбор. Что ж, это право народа. Но если кого-то что-то не устраивает в современной России, то обижаться надо на себя, а не на Горбачева. * * * Историческая роль Горбачева, его вклад в представление о политике чрезвычайно важны и ценны, и даже не столько для текущего момента (к сожалению, этот момент уже проигран), сколько для будущего. Фигура Горбачева, его жизнь и политическое наследие сегодня как никогда актуальны для всего современного мира. Это одна из составляющих новой надежды. Сегодняшнее состояние мира по всем позициям гораздо менее стабильно и куда более опасно для человечества, чем то, в котором оставил нам мир Горбачев. Посмотрите: · он создавал глобальную систему ядерной безопасности, а сейчас эта система практически разрушена; · он многое сделал для международного единства при решении глобальных проблем, а нынешний мир все больше раскалывается, демонстрируя отсутствие воли к выработке совместных решений; · он задал вектор для преодоления разрыва между восточной и западной частями евроазиатского континента с потенциалом создания единого ценностного и экономического пространства от Лиссабона до Владивостока, а сегодня Россия движется в противоположном от европейских ценностей направлении, тогда как саму Европу разрывают на части национализм и популизм; · он способствовал мирному демонтажу советской тоталитарной системы, а сейчас всерьез обсуждается авторитарное будущее США. В последние годы на Западе крайне популярна тема вмешательства России в выборы и политику в других государствах, причастности Москвы к развалу западных демократических институтов. Может, и вмешивается, может, и причастна. Но если Запад реально разваливается из-за махинаций каких-то кремлевских поваров в интернете, то проблемы — в состоянии западного общества, а не в российских хакерах. Все это очень похоже на разговоры о роли ЦРУ в развале СССР. Как и Запад сегодня, СССР тогда разваливался изнутри, проблема была в самой советской системе. Вообще, сегодня важно помнить, что у СССР была вторая по мощи армия в мире, огромный ядерный арсенал, а государство рухнуло по своим внутренним причинам, которые никаким образом не были связаны с обороноспособностью — просто стала непреодолимой пропасть между обществом и государством. Но мог ли Горбачев предотвратить такое развитие событий? Руководствовался ли последний генсек при принятии судьбоносных решений некоей стратегией или сиюминутными соображениями? Насколько сознательно и продуманно он действовал? Скорее всего, Михаил Сергеевич просто не предполагал такого стремительного развития событий, такого решительного отказа от советской системы. Он дал людям свободу слова, а все остальное было уже следствием, все произошло почти мгновенно. Да, Горбачев действительно верил в возможность обновления социализма, считал, что в уже безжизненное тело советской системы можно вдохнуть жизнь. Да, были ошибочные решения, случалось ошибаться в людях, в понимании и оценке ситуации в конкретный момент времени. Все это было. Еще можно упрекнуть Горбачева за то, что он так и не сформулировал глубоко и убедительно, в чем должно заключаться новое политическое мышление для нашей страны и всего мира. Однако все это не меняет главного. А главное заключается в том, что трансформация, случившаяся в годы правления Горбачева с нашей страной и миром, была на самом деле ценностной революцией. С дистанции в десятилетия хорошо видно, что Горбачев начал воплощать новое политическое мышление, новую философию. Да, не было создано институтов, основанных на ценностях. Горбачев этого не сделал — слишком короткий отрезок времени у власти был ему отмерен, да и, возможно, он вообще не видел такой задачи. Однако и за три последующих десятилетия новые институты, основанные на общих ценностях, не были созданы. Напротив, победила концепция «конца истории», торжества модели западной демократии последних лет XX века как застывшей институциональной формы. Тем временем ценности, лежащие в основе этой демократической модели, в отсутствие жесткого оппонирования со стороны советского тоталитарного социализма стали восприниматься как формальность, общее место, красивые слова, по-настоящему с «реальной политикой» не связанные. Однако источник проблем современного мира в принципиально иных явлениях — в циничном прагматизме реалполитик и реалэкономик. Именно эти явления, к сожалению, сегодня определяют нашу жизнь и современный мир. Но к историческим векторам Горбачева, к ценностям, к которым они направлены, неизбежно придется вернуться. И чем раньше, тем лучше. * * * В августе 1995 года Горбачев единственный раз был в моем офисе (а не я в его). И я задал ему вопрос: — Михаил Сергеевич, я правильно понимаю, что самое главное, что вы сделали, — это подарили людям возможность говорить громко и вслух то, что они думают? За это их перестали сажать в тюрьму, увольнять с работы и даже исключать из партии. И этого оказалось достаточно, чтобы коммунистическая тоталитарная система, построенная на лжи, развалилась? — Правильно, — подтвердил Горбачев. — А тогда, — сказал я, — объясните мне, пожалуйста, как вам, генеральному секретарю ЦК КПСС, такое могло прийти в голову? Как вам могло прийти в голову, что люди могут быть свободны? Горбачев улыбнулся и ответил: — Гриша, а разве ты не знаешь, что Раиса Максимовна у меня философ? * * * Горбачев дал нам свободу. Он дал свободу миллионам людей в России и вокруг нее, а еще и половине Европы. Как мы в России воспользовались подаренной нам свободой, этой великой возможностью — это уже наша ответственность. Немногие лидеры в истории оказали такое решающее влияние на свое время. За шесть лет у власти Михаил Горбачев изменил мир. Горбачев не уехал из России. Его приняли бы с восторгом в любой стране, а он остался на родине, где ему было чрезвычайно нелегко от массового непонимания и неприятия. И еще. Горбачев, обладавший неограниченной властью, ничего у своей страны и своего народа не украл. Когда нужны были деньги для его благотворительного фонда, президент СССР снимался в рекламе. Пройдя испытание властью, Горбачеву удалось сохранить достоинство и остаться Человеком. * * * Спасибо вам, Михаил Сергеевич, за свободу, за шанс, за возможность увидеть перспективу по-настоящему свободной России! Григорий ЯВЛИНСКИЙ *Был признан иноагентом, а затем ликвидирован по решению суда. уроки Ставропольский край. 24 сентября 1984 г. Генсек ЦК КПСС Горбачев на предприятии по откорму скота в Изобильненском районе Константин ТАРУСОВ / Фотохроника ТАСС К восьмидесятым страна, отправлявшая спутники в космос, не могла заинтересовать своих граждан работой. Что было делать? Михаил Горбачев, освободитель труда 34 – 35 «НОВАЯ РАССКАЗ-ГАЗЕТА» No5 СЕНТЯБРЬ 2022 Д м и т р и й П Р О К О Ф Ь Е В СТР. 36–37  Нам до сих пор трудно осознать, какого уровня задачи стояли перед Михаилом Горбачевым и насколько сложные решения приходилось ему принимать. А о важнейшем его достижении — освобождении труда в России — люди почти не знают. Неразрешимая задача В 1985 году Михаил Горбачев пришел к власти в стране, которую в наши дни принято изображать могущественной сверхдержавой. По объему ВВП советская экономика занимала второе или третье место в мире (в зависимости от величины исчисленного паритета покупательной способности рубля). СССР обладал крупнейшими природными ресурсами. При взгляде «извне» Советский Союз по множеству признаков мог считаться развитой страной, «догоняющей и перегоняющей» США, с которыми он себя и сравнивал. Однако изнутри ситуация выглядела совсем не так, причем власти понимали это уже давно. Система, отправлявшая в космос ракеты, не могла сделать так, чтобы люди могли без проблем купить еду. Еще в декабре 1969 года генеральный секретарь ЦК КПСС Леонид Брежнев, выступая на пленуме ЦК, возмущался «трудностями в снабжении населения, особенно в крупных промышленных центрах», подчеркивая, что это «явления, которые не оправдаешь никакими объективными обстоятельствами». Собственно, преодолению трудностей в снабжении населения советская власть посвятила все 70-е годы, но что-то шло не так. 21 мая 1980 года писатель Игорь Дедков, ответственный секретарь Костромского отделения Союза журналистов, сделал в дневнике такую запись: «У нас в городе опять нет масла, нет муки, крахмала, творога нет... Вез в Красное (36 км от Костромы) спички, потому что со спичками перебои... масла и сыра в Красном нет, молоко бывает, но лучше всего снабжают водкой...» Весной того же 1980 года высокопоставленный работник аппарата ЦК КПСС Анатолий Черняев писал уже в своем дневнике: «Нормы доведены до смешного: на 1981 г. Ростову-наДону планируется мяса на душу населения... 2 кг в год». Что же это такое? И журналист в Костроме, и работник ЦК КПСС в Москве пишут о дефиците продовольствия в научно организованном плановом социалистическом хозяйстве. Притом что всего за 20 лет до ситуации с нехваткой мяса и спичек партия и правительство обещали построить в СССР коммунизм — как раз к 1980 году. В том же 1980 году Анатолий Черняев зафиксировал в дневнике главную проблему, тревожившую высшее руководство СССР: что надо сделать, чтобы «накормить народ и повысить интерес к труду». Когда хотели как лучше Идеи для «повышения интереса к труду» предлагались самые разные — от возвращения к методам командной экономики (без сталинских лагерей, но с карточками на масло и займами на развитие народного хозяйства) до «рыночного социализма», который представлялся чем-то вроде ленинского НЭПа. В качестве образца «социализма без дефицита» сторонники такого пути кивали на экономики Восточной Европы, где рядом с гигантами социалистической индустрии существовали кустари-одиночки и даже самодеятельные предприятия, а ассортимент в магазинах был явно шире, чем в СССР. Возвращение к «капитализму» в тот момент всерьез не рассматривалось, потому что не было ответа на вопрос, а кто, собственно, должен стать этими «капиталистами», владельцами «заводов, газет, пароходов», созданных трудом нескольких поколений советских людей. И в то же время почти никто из официальных советских экономистов не мог дать ответа на вопрос, что же случилось с этими советскими людьми, которые вплоть до конца 1960-х годов «работали хорошо», а потом у них словно опустились руки. Производительность сельского хозяйства снижалась, а производительность промышленности не росла. В результате деньги у людей были, а купить на них было нечего — с 1970 по 1980 год неудовлетворенный спрос на товары вырос на 45%, достигнув 4,7% ВВП СССР. Правда, бюджет в любом случае формально балансировался — как денежной эмиссией, так и вкладами населения в сберкассах (эти вклады официально считались «доходами бюджета»). При этом они зачастую оказывались «вынужденными» — из-за невозможности потратить зарплату на нужные вещи. К концу 70-х годов на растущий дефицит потребительских товаров советскому руководству пришлось ответить фактической девальвацией рубля. С 1 июля 1979 года были повышены государственные розничные цены в секторе дорогих товаров: • на золото — на 50% • на ковры и шубы — на 50% • на автомобили — на 18% • на импортную мебель — на 30% Расценки в ресторанах и кафе были увеличены вдвое. Такой рост цен в условиях жестко регулируемых доходов людей означал снижение товарного наполнения зарплаты. Теперь, казалось бы, товары должны были появиться в избытке, пусть и по более высокой цене. Но экономика повела себя не так, как ожидали власти. Товаров стало меньше, потому что начал сокращаться их выпуск. При взгляде «извне» Советский Союз по множеству признаков мог считаться развитой страной. Однако изнутри ситуация выглядела совсем не так. Система, отправлявшая в космос ракеты, не могла сделать так, чтобы люди могли без проблем купить еду уроки 16 мая 1985 г. Горбачев на объединении «Электросила» им. С.М. Кирова Юрий ЛИЗУНОВ, Эдуард ПЕСОВ / Фотохроника ТАСС «Вы делаете вид, что вы нам платите, а мы будем делать вид, что мы работаем» Ответ на вопрос, что же могло пойти не так, можно найти в исследованиях социолога Сергея Белановского. В начале 1980-х он провел серию интервью с рабочими московских предприятий. И вот что рассказали социологу рабочие завода, на котором производились электронные устройства для ЭВМ и другой аппаратуры — одного из лучших заводов в СССР по техническому оснащению, на котором отлаживались самые передовые методы производства и передовая технология. «В наших условиях рост производства и величина зарплаты друг с другом практически не связаны. Величина зарплаты сильно колеблется во времени, причем причины этих колебаний никак не связаны с трудовыми усилиями рабочих. <...> Это порождает полное отсутствие заинтересованности рабочих в увеличении производства. Надо сказать, что заинтересовать рабочих пытались. Создавались сложнейшие системы оплаты, которые теоретически должны были стимулировать рабочих. Трудно сказать, в какой мере они действительно создавались, для того чтобы стимулировать работу, и в какой — для того, чтобы запутать порядок расчетов Михаил Горбачев, освободитель труда СТР. 34–35  36 – 37 «НОВАЯ РАССКАЗ-ГАЗЕТА» No5 СЕНТЯБРЬ 2022 и благодаря этому экономить фонд заработной платы. Этот вопрос обсуждался среди рабочих, и мнения разделились примерно поровну. Короче, попытки создать систему материального стимулирования без роста зарплаты вряд ли могут дать какой-то эффект, а все наши системы стимулирования именно этим и отличаются. Они напоминают историю с осликом, которому перед носом вешают клочок сена, и он вечно должен бежать за этим сеном. Но это в теории, а на практике упрямая скотина не хочет за ним бежать». Все так, мог бы добавить выдающийся советский исследователь экономики труда Арон Каценелинбойген, объяснявший в свое время, что, поскольку «в СССР нет легальных механизмов борьбы за увеличение зарплаты», борьба за справедливую оплату труда неизбежно должна будет принять какую-то другую форму — например, снижения производительности. Как говорили в СССР, «вы делаете вид, что вы нам платите, а мы будем делать вид, что мы работаем». И все усилия власти по повышению производительности труда без повышения зарплаты разбивались о железную рациональность советского труженика. За «просто так» человек работать категорически не хотел. Освободитель труда В то же время все без исключения «официальные» идеи реформирования советской экономики продолжали опираться на фундамент монопольного права власти устанавливать цену на труд во всех отраслях народного хозяйства. Именно эта монополия была приводным ремнем «плановой» экономики СССР. Превратив в начале всего существования всех «работников по вольному найму» в «служащих государства», советская власть получила универсальный рычаг давления на рынок труда — человек мог «заработать больше» только там, где это было нужно власти. Но власть вовсе не хотела «больше платить»: она могла снизить зарплату в одном месте — и заставить людей искать приложения своим силам в другом. Или человек должен был искать бесконечные подработки, либо работать сверхурочно. Но на такие подработки власть смотрела крайне напряженно. Любая попытка человека заработать «мимо государственной кассы» вызывала болезненную реакцию: если человек будет работать на себя, кто же тогда будет работать на государство? Гений Михаила Горбачева, без преувеличения, и заключался в том, что все реформы, предпринятые им в экономике, постепенно демонтировали тот самый фундамент властной монополии на установление цены труда. Законы об индивидуальной трудовой деятельности и о кооперативах принесли неожиданный макроэкономический эффект, который заключался даже не в том, что зарплаты в «коммерческих компаниях» были заметно выше, чем на «государственных предприятиях». Дело было в том, что риски поисков дополнительного заработка значительно снизились. Государство дало понять, что труд принадлежит человеку, а не власти, и человек волен продавать его кому хочет и по такой цене, как хочет. И в этой ситуации руководителям «социалистических предприятий» впервые пришлось конкурировать за труд людей. То есть «платить больше». Результаты такой конкуренции можно оценивать двояко. Право предприятий назначать зарплату работникам в условиях отсутствия бюджетных ограничений привело к резкому росту номинальных доходов, которые оказались не обеспечены потребительскими товарами. Это стало причиной и очередного витка дефицита, и роста цен — следствия опережающего роста зарплаты. Решение этой проблемы пришлось искать уже преемникам Михаила Горбачева. Но одновременно рост доходов дал людям возможность активно участвовать в политической жизни того времени. Вся политическая активность конца 1980-х не была бы возможна, если бы на короткий период люди не почувствовали, что они избавлены от бесконечной гонки за «нормой выработки» и «дополнительной выплатой». Люди ощутили, что власть делает им шаг навстречу и подкрепляет свои шаги не словами, а делами. В экономической истории России реформы Горбачева могут быть поставлены выше, чем отмена крепостного права. Решая задачу о том, как «повысить интерес людей к труду», Михаил Горбачев освободил труд и этим сделал нечто большее — он вернул людям интерес к жизни. Дмитрий ПРОКОФЬЕВ Владимир МУСАЭЛЬЯН, Эдуард ПЕСОВ / Фотохроника ТАСС Превратив в начале всех «работников по вольному найму» в «служащих государства», советская власть получила универсальный рычаг давления на рынок труда — человек мог «заработать больше» только там, где это было нужно власти Михаил Горбачев во время беседы в одном из цехов завода имени И.А. Лихачева Он не красовался со свечкой перед камерами и не кланялся лицемерно святым мощам. Но именно Горбачев дал реальную свободу РПЦ, с которой она не справилась А л А л е к с а н д р С О Л Д А Т О Д А Т О В * 1-е послание к Коринфянам, 7:14 Атеист, который возродил веру Образованная в 1943 году, нынешняя структура Московской патриархии признавала «своими» даже Сталина, Брежнева, Андропова и Черненко, по которым патриархи Алексий I и Пимен служили торжественные панихиды. По случаю же кончины первого и последнего президента СССР, нобелевского лауреата, уникального в российской истории лидера, который снял все ограничения в сфере религиозной жизни страны, нынешний патриарх Кирилл не счел нужным издать даже краткое соболезнование. Так же поступили прокремлевские лидеры российских мусульман и буддистов, которые не меньше обязаны Горбачеву. Лишь Федерация еврейских общин России поблагодарила покойного «за возрождение религиозных свобод в нашей стране», ведь «именно благодаря его преобразованиям произошел настоящий подъем и расцвет духовной жизни». Ценности Горбачева близки западным христианам; нередко на самых разных уровнях звучало предположение, что такой подвиг, какой совершил Михаил Сергеевич, подразумевает религиозную мотивацию. Сам Горбачев — в прошлом убежденный коммунист и специалист по агитации и пропаганде — упорно опровергал подобные слухи. В марте 2008 года он заявил «Интерфаксу», что был крещен в детстве и признает «огромную роль религии в человеческом обществе и истории». Но при этом честно признал: «Я был и остаюсь атеистом». «Я всегда относился с уважением к людям с религиозным мировоззрением, — отметил при этом Горбачев. — Именно по моей инициативе в Советском Союзе были приняты законы, вернувшие людям свободу совести и религиозных убеждений». «Неверующий муж освящается женою верующею»* Семья, в которой 91 год назад родился президент СССР, была традиционно крестьянской и по меньшей мере наполовину украинской. Его мать — в девичестве Мария Гопкало — происходила из крестьян Черниговской губернии (между прочим, оттуда же были родители Раисы Максимовны Титаренко, ставшей в 1953 году Горбачевой). Знакомство Михаила (тогда студента юрфака МГУ) и Раисы (студентки философского факультета) произошло на танцевальном вечере в помещении бывшего храма Святой Татианы при МГУ. Как вспоминают однокурсники, Миша в начале учебы в университете «говорил на суржике и выглядел голодранцем» — его приняли без экзаменов, по квоте КПСС, куда он вступил в 19-летнем возрасте. Юный философ Раиса была гораздо более продвинутой. «Это была выдающаяся женщина, — вспоминает Гавриил Попов. — Окончить на отлично философский факультет МГУ и получить рекомендацию в аспирантуру девушке без связей — это дорогого стоит. Скажем прямо, в культурном отношении она превосходила мужа». Несмотря на рекомендацию в аспирантуру, диссертацию кандидата философских наук на тему «Формирование новых черт быта колхозного крестьянства» Раиса Максимовна защитила только в 1967 году, спустя более чем 10 лет после окончания университета. Сказались замужество, рождение дочери и переезды вслед за мужем, делавшим более чем успешную партийную карьеру. Именно Раиса Максимовна, со своим философским образованием и тягой к духовному, стала, если так можно выразиться, очагом религиозности в семье Горбачевых. Еще в советское время, по свидетельству Зои Афанасьевны уроки По случаю кончины первого и последнего президента СССР, нобелевского лауреата, уникального в российской истории лидера, который снял все ограничения в сфере религиозной жизни страны, нынешний патриарх Кирилл не счел нужным издать даже краткое соболезнование. Так же поступили прокремлевские лидеры российских мусульман и буддистов, которые не меньше обязаны Го р б а ч е в у 38 – 39 «НОВАЯ РАССКАЗ-ГАЗЕТА» No5 СЕНТЯБРЬ 2022 Маслениковой, редактировавшей рукописи о. Александра Меня, Раиса Горбачева прочитала книги священника, циркулировавшие в самиздате. Как только ее муж стал генсеком ЦК КПСС, она вместе с глубоким знатоком русского православия академиком Дмитрием Лихачевым организовала Советский фонд культуры, тесно взаимодействовавший с РПЦ в рамках празднования 1000-летия Крещения Руси в 1988 году. В те же годы в московской церковной среде распространился слух, что духовником Раисы Максимовны стал, пожалуй, самый интеллигентный архиерей Московской патриархии той поры, председатель ее Издательского отдела митрополит Питирим (Нечаев). Встреча М.С. Горбачева с патриархом Пименом. 20.04.1988 г. СТР. 40–41  Александр ЧУМИЧЕВ, Юрий ЛИЗУНОВ / ТАСС Митрополит Волоколамский и Юрьевский Питирим Юрий ЛИЗУНОВ, Владимир МУСАЭЛЬЯН / ТАСС Николай МАЛЫШЕВ / Фотохроника ТАСС По протекции Раисы Горбачевой еще в атеистическом 1986 году Питирим стал членом правления Советского фонда культуры, а спустя три года — народным депутатом СССР Трудно достоверно сказать, исповедовалась ли ему жена генсека, но их встречи происходили по крайней мере раз в месяц. По протекции Раисы Горбачевой еще в атеистическом 1986 году Питирим стал членом правления Советского фонда культуры, а спустя три года — народным депутатом СССР. В конце 80-х митрополита стали включать в состав официальных делегаций, сопровождавших генсека в ходе зарубежных визитов. После смерти патриарха Пимена Раиса Максимовна на Поместном соборе 7 июня 1990 года пыталась даже лоббировать кандидатуру Питирима в патриархи, но тот собор слабо контролировался партийно-номенклатурными структурами, а большинству иерархов из регионов столичный рафинированный стиль Питирима был чужд и непонятен. Он не набрал необходимой половины голосов соборян для включения в итоговый бюллетень для голосования. Спустя год с небольшим члены комиссии Верховного Совета России, работавшие с архивами КГБ, выявили агентурный псевдоним Питирима — Аббат, под которым он был завербован еще в конце 1950-х. Спустя два с половиной года после отставки Горбачева закончилось и церковное служение Питирима — Алексий II откровенно не переносил своего бывшего конкурента по патриаршим выборам. Последние девять лет жизни Питирим провел на покое и скончался в Центральном военном (sic!) госпитале. «Не будем обижать Церковь» Алексий II не вызывал доверия и у самого Горбачева — как иерарх, слишком тесно связанный с КГБ, тормозивший перестройку. Когда в 1986 году тогда еще управляющий делами патриархии митрополит Алексий (Ридигер) написал письмо Горбачеву с предложением позволить РПЦ участвовать в патриотическом воспитании молодежи, как бы страхуя слабеющие партийно-комсомольские структуры, генсек был разгневан, и Алексий лишился московской должности, отправившись митрополитом в Ленинград. Свою «новую религиозную политику» Горбачев спланировал сам (конечно, не без участия супруги, консультировавшейся по этим вопросам с митрополитом Питиримом), без участия синода РПЦ, и проанонсировал ее на январском 1987 года Пленуме ЦК КПСС. Если до этого партийно-советские органы настраивались на дискредитацию юбилея «1000-летия введения христианства в Киевской Руси» и даже успели издать тонны атеистической макулатуры о «реакционности» этого исторического акта, то Горбачев предложил сделать юбилей общенародным культурно-просветительским событием. В анналы вошла фраза из выступления генсека: «Не будем обижать Церковь, она у нас патриотическая». Либерально настроенный председатель Совета по делам религий при Совете министров тех лет Константин Харчев рассказывал автору этих строк, как ему удалось скрестить этот новый курс с тогда еще официально не отмененным госатеизмом. Совет издал аналитическую записку, главная идея которой заключалась в том, что «не всякая религия плохая». Совет предлагал отделить «экстремистски настроенные» группы и отдельных верующих от «конструктивно настроенных» и лояльных. По отношению к первым атеистическая пропаганда и вообще репрессивная политика должны быть усилены, в то время как вторые должны поуроки СТР. 38–39  Атеист, который возродил веру Встреча М.С. Горбачева и патриарха Алексия Александр СЕНЦОВ / Фотохроника ТАСС 40 – 41 «НОВАЯ РАССКАЗ-ГАЗЕТА» No5 СЕНТЯБРЬ 2022 Спустя два с половиной года после отставки Горбачева закончилось и церковное служение Питирима — Алексий II откровенно не переносил своего бывшего конкурента лучать всяческую господдержку, вплоть до возвращения им статуса юрлица, отнятого у религиозных общин еще в 1929 году. Вторая половина 1987-го и начало 1988-го прошли под эгидой широкомасштабной подготовки к торжествам 1000-летия Крещения Руси. В качестве символического «жеста доброй воли» летом 1987 года правительство передало патриархии Оптину пустынь под Козельском и Толгский монастырь под Ярославлем, где планировалось создать приют для одиноких престарелых священнослужителей (не создан до сих пор). Из московского Данилова монастыря, объявленного центром торжеств, сделали просто конфетку — туда потянулись не только многочисленные паломники, но и иностранные телекомпании, жадно снимавшие торжественные службы и молящихся, среди которых появлялось все больше молодых лиц. С начала 1988 года потихоньку началась передача РПЦ оскверненных храмов: первой ласточкой в Москве стал храм Святого Архангела Михаила в Тропарево, на который смотрели окна элитных квартир членов Священного синода РПЦ. Дабы облегчить процесс возвращения, Совмин принял особое постановление «О фактах нарушения установленного порядка рассмотрения заявлений о регистрации религиозных объединений». К концу правления Горбачева РПЦ было передано уже несколько тысяч ранее оскверненных храмов. РПЦ не успевала за Горбачевым Если ночная встреча в Кремле Сталина с тремя иерархами 4 сентября 1943 года ознаменовала собой начало периода порабощения РПЦ в «золотой клетке» и слияния ее клира с органами ГБ, то дневная встреча в том же Кремле Горбачева с членами синода 29 апреля 1988 года знаменовала завершение противоестественного союза церкви и госатеизма и провозглашение полной религиозной свободы. Генсек, занявший к тому времени также должность председателя президиума Верховного Совета СССР, пообещал синодалам отменить все законодательные акты, хоть как-то ограничивающие права религиозных организаций и верующих. Со своей стороны патриарх Пимен получил согласие высшей государственной власти на массовое открытие монастырей, духовных школ и свободное издание церковной литературы. Сопротивления старой атеистической номенклатуры и ГБ хватило ненадолго, и уже 1989-й стал годом торжества религиозной свободы — в киосках свободно продавалась газета «Московский церковный вестник», по улицам городов и сел стали ходить крестные ходы, открылись православные кинофестивали и радиостанции, ранее запрещенные конфессии стали выходить из подполья, клирики стали рукополагаться и назначаться без всякого согласия Совета по делам религий, который превратился в номинальный орган. Вернулись из лагерей практически все религиозные диссиденты — например, о. Глеб Якунин организовал движение «Церковь за перестройку» и вскоре стал народным депутатом России. В современной РФ, где сидят уже сотни свидетелей Иеговы**, реабилитированных при Горбачеве, и последователей исламского движения «Хизб ут-Тахрир»*** (а теперь уже арестовывают и православных священников за пацифистские высказывания), такой разгул религиозной свободы кажется какой-то фантазией, прекрасным несбыточным сном... Руководство РПЦ, возглавляемой тогда престарелым и глубоко больным патриархом Пименом, явно не поспевало за реформаторскими темпами Горбачева. Лишь осенью 1989 года оно решилось на канонизацию первых святых, пострадавших от советских атеистических гонений, — петроградского митрополита Владимира и киевского митрополита Вениамина. Хотя в стране вовсю шел процесс полной реабилитации жертв репрессий и осуждения ужасов сталинизма. Это катастрофическое отставание, очевидно, стало одной из причин популярности в последние годы СССР как «альтернативных» течений православия, так и всевозможных протестантских и синкретических тоталитарных религиозных течений типа «Белого братства»** или «АУМ Синрикё»***. По большому счету, перестройка дошла до РПЦ лишь с избранием нового патриарха в июне 1990 года. Но и Алексий II был плотью от плоти партийно-чекистской системы и при всем старании не успевал за бурным потоком истории. Например, в октябре 1990-го он даровал самостоятельность и независимость Украинской церкви — после того как тысячи приходов РПЦ в Украине уже перешли в УГКЦ или УАПЦ. Решение вопроса о канонизации новомучеников, прославленных РПЦЗ еще в 1981 году, растянулось вообще до 2000 года. Это был лишь сон? Так или иначе, но к концу истории СССР в обществе наметилась «мода на религию» — называть себя атеистом стало даже несколько неприлично. Новые российские власти по-своему распорядились этим наследием горбачевской демократии. На место идеалов и ценностей пришли пиар и политический инструментализм. Среди конфессий вновь выделились привилегированные и гонимые (у общин, перешедших из Московского патриархата в РПЦЗ, храмы начали систематически отбирать с 1992 года), усилился контроль спецслужб над религиозной жизнью, началась тотальная коммерциализация РПЦ, ее трансформация в идеологическую обслугу власти. О том, какие уродливые формы обрели эти тенденции в России XXI века, написано уже немало, повторяться не будем. Достаточно сказать, что самоидентификация «атеист» опять стала модной, от нее веет даже неким духом политического протеста, а тысячи храмов, переданных РПЦ, стоят полупустыми — массовый приток прихожан туда давно прекратился. Новые храмы строятся по инициативе властей и все чаще являются «ведомственными». Пожалуй, из всего утраченного наследия горбачевской эпохи утрата свободы духовной — явление самое трагическое. Именно оно, по выражению одного священникаэмигранта, ослабило колени народа. ** Организации признаны экстремистскими и запрещены в РФ. *** Организации признаны террористическими и запрещены в РФ. Александр СОЛДАТОВ «Хочу морду набить одному человеку» перемена участи 42 – 43 Т А Р О Щ С л а в а О Щ И Н А Господа разоблачители явно поспешили списывать в тираж Аллу Борисовну Пугачеву Кажется, Пугачевой повезло, хотя и не сразу. Поначалу ее возвращение на родину вызвало гневную отповедь возбужденной общественности. Активистка Мария Арбатова настроена решительно. «На хрен нам такая Примадонна? — молвила она, кокетливым жестом поправляя кудри. — Уже другие подросли». Пока пытались разобраться, это лично Арбатова подросла или еще кто-то, во мраке забрезжил свет. Депутат Госдумы Милонов озвучил план спасения Аллы Борисовны. Он настоятельно советует певице развестись с Галкиным*, что автоматически гарантирует ей прощение. Очистительные публичные практики — эмблема новой реальности. Но история с Пугачевой выламывается даже из этого сурового канона, демонстрируя масштаб моральной катастрофы. Путь от героя до изгоя сегодня короче воробьиного клюва. Перемещения Примадонны в пространстве обрамлены высокими образцами наскальной живописи. В роли пещеры — «Останкино». На фасаде телецентра с помощью видеопроекции гигантскими буквами сверкают матерные надписи в адрес певицы. В переводе на русский их смысл примерно таков: Алла, хорошо, что ты убежала, ты давно нас всех забодала (ода на отъезд); Алла, где мужа потеряла? (ода на возвращение). Место действия выбрано идеально. Если за Гомера сражались семь городов, то за Пугачеву — все останкинские многочисленные каналы. Ее участие, пусть даже мимолетное, в любой программе означало подлинный успех. А сегодня она — почти физическое воплощение пресловутого переобувания в воздухе тех, кто пел ей дифирамбы последние лет пятьдесят. Нецензурная брань в адрес еще недавно первой и единственной на стенах телевизионного храма словно парит в горних высях. * * * Новая эпоха стремительно формирует свой язык. Один из самых выразительных неологизмов — турбопатриот. Речь идет об агрессивном патриотизме, перетекающем в абсурд. Любое смутное время в нашем отечестве, щедром на смутные времена, сопровождалось подъемом патриотических настроений. Музыка русской души в периоды слома — громкая, грозная, набатная. Но никогда прежде даже самые видные ура-патриоты, даже в самые горячие времена вроде Первой мировой или кануна революции не позволяли себе нынешнего градуса агрессии. Уж на что была остра на язык (ее называли «сатанессой») Зинаида Гиппиус, но и та, разорвав отношения с Блоком после «Двенадцати», не позволила себе выйти из берегов. Встретившись с поэтом в трамвае, она молвила: лично вам я руку подам. Но только лично. Общественно — «между нами взорваны мосты». Сегодня, когда все мосты тоже взорваны, личное переплелось с общественным до степени неотличимости. Со скоростью опары взошла новая порода людей — спецназ по обнаружению врагов народа. Порода относительно новая, а люди бывалые — циничные, с гибким позвоночником, сервильные, легко принимающие форму любой власти. Им кажется, что их личное всегда совпадает с общественным, такие уж они счастливчики, но иногда они ошибаются. Нижеследующий поучительный рассказ — о Тигране Кеосаяне. Он теперь один из главных чистильщиков. Твердо знает, кого, как и зачем следует прорабатывать. В сентябре под прицелом оказалась Пугачева. Репертуар Кеосаяна на редкость устойчив, как и амплуа разоблачителя. Он вещает от имени тех, кто в окопах. Былые заслуги, в этом месте его голос обычно крепнет, в счет не идут. Отдельная вставная новелла — ножки Примадонны, которыми она по возвращении открыла дверцы своего «Роллс-Ройса». Впрочем, как и Милонов, Кеосаян оставляет Пугачевой шанс спасения — поехать в составе бригады на фронт и просить прощения у солдат. С этой пластинкой он побывал на нескольких передачах, пока не добрался до Евгения Попова, который один, без Скабеевой отбывал свои «60 минут». Режиссер-пропагандист выдал привычный текст (окопы, ножки, молчаливые предатели), но чуть видоизменил финал: ребята, наденьте гимнастерки и станьте рядом с солдатами и офицерами. ,, Жаль Володю. Так ведь и лопнуть можно от злости и хамства «НОВАЯ РАССКАЗ-ГАЗЕТА» No5 CЕНТЯБРЬ 2022 СТР. 44–45  * Эта статья была написана за день до того, как Галкин был внесен Минюстом в реестр физлициноагентов. люди СТР. 42–43  «Хочу морду набить одному человеку» 44 – 45 Янапряглась, пытаясь разглядеть гимнастерку самого Кеосаяна. Не получилось. Посмотрела внимательно на мрачного Попова. Показалось, что он подумал о том же. Ответ его был резким: «Я глубоко уважаю Аллу Борисовну. Ее нельзя судить за то, что она ногой открывает дверцу «РоллсРойса». Нет такого закона». Кульминация превзошла все ожидания. Записной смельчак Кеосаян втянул голову в плечи, сильно уменьшился в размере и замолчал. Браво, Попов. По нынешним временам — отважный поступок. * * * Сквозь словесный шлак, сквозь бессмысленное вранье, сквозь животную злобу к тем, кто не «свои» и не «наши», прорастает мощный сюжет. Мыши, атакующие гору, забыли в своем разоблачительном раже, кто такая Алла Борисовна. Певице, плоть от плоти семидесятых, удалось невозможное: оторваться от исторического контекста и стать отдельным культурным — вневременным — феноменом. Только ее в нашем отечестве еще совсем недавно именовали так, как Красную армию времен Гражданской войны — «легендарная» и «непобедимая». Ей также не было (и нет) равных в более актуальном сегодня даре — тонкости игры. Любое явление Примадонны народу начиная с «Рождественских встреч» — целая система знаков, кодов, шифров. Она не случайно все делает сама, от освещения до монтажа. Так что лейтмотив ее песни «Я все расставлю на свои места» отнюдь не случаен. Полагаю, что она и теперь, если захочет, может многое расставить по своим местам. * * * Собственно, первый шаг уже сделан. Алла Борисовна, молчавшая полгода, ответила Соловьеву. Главный, как он сам полагает, ЛОМ (лидер общественного мнения) превзошел себя. Ибо знает точно: «некто Пугачева» приехала потому, что «деньги кончились». Посему он просит, нет, требует, чтобы Алла Борисовна раскрыла свои доходы в девяностых годах, так как она зарабатывала на поддержке «разнообразных политических кандидатов». ЛОМа стала подводить память. Я сейчас даже не о структуре его капиталов, чистой, разумеется, как слеза комсомолки. Он забыл, как тщательно десятилетиями его коллеги пытались найти подтверждения меркантильным интересам Пугачевой. Но тут оказались бессильны даже крупнейшие специалисты компроматного дела с НТВ. Их развесистая клюква под названием «Алла, дай миллион» и прочие аналогичные сочинения уже давно покоятся в утиле. Лукавый царедворец лучше других знает: главный феномен Пугачевой кроется в ее внутренней свободе. Она единственная из всех выдающихся деятелей искусств никогда не присягала на верность никакой власти. Никакой! В чем же корни такой жгучей ненависти Соловьева к женщине, которая поет? Хотя нет, он Примадонну даже пощадил. Вон как строго он обошелся с Борисом Гребенщиковым: велел ему забыть русский язык, перестать на нем разговаривать. В отношении Пугачевой пока таких запретов, к счастью, нет. Правда, у Аллы Борисовны тоже есть некоторые мысли относительно Владимира Рудольфовича. Ответ на вопрос журналистов о ближайших планах был краток: «Хочу морду набить одному человеку». А позже добавила: «Жаль Володю. Так ведь и лопнуть можно от злости и хамства». Не лопнет, он закаленный. * * * У Аллы Борисовна феноменальная интуиция. Она говорит мало и редко, но каждое ее слово — на вес золота. Так что господа разоблачители явно поспешили списывать ее в тираж. Пугачева — гениальный мифотворец. Она первая сотворила мощное оружие масскульта не только из своей песни, но и из своей судьбы. Стоит по Руси пройти слуху, что Пугачева кончилась, как она снова появляется. Потому что она — наш Одиссей, который уходит, чтобы вернуться. По юбилеям Аллы Борисовны можно изучать динамику общественных настроений. 50-летие певицы благодарные соплеменники отмечали как общенациональный праздник. Ее одарили всевозможными почестями и наградами. Ее причислили к рангу выдающихся деятелей ХХ века. Ей отвели роль впередсмотрящего, который «поменял колесо русской истории». 55-летие общественность почти не заметила. К 2004 году выяснилось, что в великой державе может существовать лишь один человек, чей рейтинг стремится к бесконечности, и фамилия этого человека не Пугачева. На 60-летии знаки снова поменялись. Основной мотив торжеств — не горечь расставания, а, напротив, триумф победы: над возрастом, над обстоятельствами, над судьбой. Примадонна образца кремлевского концерта «Сны о любви» — молодая красавица, уверенно приглашающая зрителей (в числе которых и восторженная Светлана Медведева) на свой столетний юбилей. 70-летие праздновала в Кремле — и снова триумф. Стоимость билетов доходила до миллиона. То был не концерт народной артистки на закате, а феерическое современнейшее шоу, которого Кремль еще не видел. * * * К Пугачевой во все времена в обществе относились по-разному. Мне, например, ее человеческий масштаб был всегда интересней творческого. Ее возвращение лишь подтверждает этот масштаб. То, с каким царственным достоинством она переносит перемену участи в родной стране, достойно восхищения. Раньше у телевизионщиков была любимая забава — наказывать несговорчивую Пугачеву пугающим видеорядом. В ход шли неприлично крупные планы, тяжелое лицо в боевом макияже, грузная походка. Алла Борисовна образца осени 2022-го лишила их этого счастья. Ее нынешний расцвет невозможно не заметить. Пугачева легка, стройна, молода, у нее сияют глаза. Так может выглядеть только счастливая женщина, а это уже совсем невыносимо для сеятелей ненависти. Кстати, хочу им дать совет: тщательнее нужно работать. Тут ведь вот какой пассаж возможен. А вдруг Пугачева в то самое время, пока Милонов с Арбатовой и Кеосаян с Соловьевым обустраивают ее судьбу, снова меняет колесо русской истории? люди «НОВАЯ РАССКАЗ-ГАЗЕТА» No5 CЕНТЯБРЬ 2022 Слава ТАРОЩИНА «Прошу зачислить меня в ряды иноагентов моей любимой страны, — написала Алла Пугачева в обращении в Минюст РФ, — ибо я солидарна со своим мужем, честным, порядочным и искренним человеком, настоящим и неподкупным патриотом России, желающим Родине процветания, мирной жизни, свободы слова и прекращения гибели наших ребят за иллюзорные цели». Это обращение появилось сразу после того, как Максим Галкин оказался в реестре физлициноагентов. P. S . люди Здравствуйте, садитесь В Украине пообещали тюремные сроки российским учителям за работу на подконтрольных ВС РФ территориях Соцсети 46 – 47 46 – 47 «НОВАЯ РАССКАЗ-ГАЗЕТА» No5 СЕНТЯБРЬ 2022 М а р и н а В И Н О Г Р А Д С К А Я 10 сентября в СМИ появились сообщения о якобы задержании российских учителей на территории Украины, взятой под контроль ВСУ. 12 сентября об этом сказала и вице-премьер Украины Ирина Верещук, которая сообщила, что учителей будут судить по статье 438 УКУ («Нарушение законов и обычаев войны»). Потом появилось опровержение из офиса президента Украины: никого не задерживали. что оучииттелейбудутсудить постатье438 УКУ («НаННарушение езаконов иобычаев воойныы»). ПооПоттоттотм мм появилось ь опровеввержениеиз зофиса прееззидииденетааУкрраианы: нинкогоне ее езаззадеддержживали. Их-там-нет или их-там-есть? Пока еще нет никакой ясности, что произошло с российскими учителями и происходило ли вообще, были ли они там, или нет. Впрочем, председатель Следственного комитета России Александр Бастрыкин уже дал поручение расследовать их задержание. Однако пресс-служба Министерства просвещения отрицает сам факт присутствия российских учителей в Харьковской области: «Все они находятся там, где ситуацию контролируют российские военные и военные Донецкой и Луганской народных республик». Министр просвещения Сергей Кравцов добавил, что учителя, пожелавшие уехать из Харьковской области, получили такую возможность. Тем временем в обществе разгорелись споры о статусе российских педагогов, приехавших «помогать школам на востоке и юге Украины начать учебный год». Позиции жестко поляризованы. Украинская сторона называет российских учителей, работающих в этих регионах, преступниками, а украинских, согласившихся учить детей по российским программам, — коллаборантами. И тем и другим обещают уголовную ответственность и долгие тюремные сроки: скажем, россиянам — от 8 до 12 лет лишения свободы, украинцам — до 15 лет (статья 11 УКУ «Государственная измена). Значительная часть российского общества полагает, что учителя выполняют свой профессиональный долг: они помогают вовремя открыть школы там, где они закрылись, восполнить нехватку педагогов. Дети сядут за парты и будут учиться, их нормальная жизнь и право на получение образования не будут разрушены. Это нормально для учителя, полагают многие, — рвануть туда, где дети не могут пойти в школу. Учителя нельзя судить за гуманистические побуждения и желание помочь людям. Ведь учителя и врачи — это те, кто учит и лечит всегда, в любых условиях. Но здесь встает вопрос: чему учат? Единое пространство План огромный: включить признанные Россией «ЛНР» и «ДНР», а также подконтрольные России области Украины (в официальных источниках они называются «освобожденными»), на которых планируется провести референдумы, в единое образовательное пространство России. Это значит, что школы этих регионов должны работать по российским образовательным стандартам, российским программам, российским учебникам. Кроме того, становятся такими же обязательными, как и для российских школ в этом учебном году, подъем российского флага, прослушивание гимна и пресловутые «разговоры о важном». Украинский язык остается — но в той мере, в какой остаются в программах российских школ другие национальные языки: кружок, факультатив, может быть, часы, отведенные на изучение «родного языка». Пресса рассказывает о каких-то специальных уроках истории. Но даже если основываться исключительно на новостях российского Минпроса, который все лето рапортовал о том, что украинские школы на «исторических» и «освобожденных» территориях проходят российскую аккредитацию, выпускникам выдаются аттестаты российского образца, а в школы завозятся российские учебники, то все это означает, что вся система государственных школ нескольких крупных областей выводится из сферы образования Украины и интегрируется в образовательную систему России. Сами эти территории в состав России пока не включены никакими документами, референдумы только ожидаются, сроки их не установлены. Да и официальное провозглашение Россией присоединения еще нескольких регионов на основании референдумов вряд ли безоговорочно будет принято в мире и может вызвать серьезные международные последствия. СТР. 48–49  Александр РЮМИН / ТАСС люди ВРоссии правовой основой для включения украинских школ в «единое образовательное пространство России», по-видимому, служат договоры о сотрудничестве, которые Минпрос подписал летом с руководством признанных Россией «ДНР» и «ЛНР», а также других территорий. Именно в рамках этого сотрудничества российские учителя отправляются преподавать в украинских школах, а Россия обучает украинских учителей своим стандартам, проводит курсы повышения квалификации (без них нельзя приступить к работе), привозит в школы российские учебники. «Там безопасно» Зачем вообще понадобился десант российских учителей? Во-первых, многие украинские учителя просто покинули эти территории; во-вторых, значительная часть оставшихся отказалась сотрудничать с местными военно-гражданскими администрациями. Оставшиеся дома украинские учителя продолжали получать на свои банковские карты зарплату от Украины; по плану украинского Министерства просвещения, учебный год на этих территориях должен был начаться в дистанционном режиме. Вместе с тем учителя стали жаловаться, что зарплаты доходят не всем, жить не на что. Местные ВГА стали требовать, чтобы они вышли на работу, — с одной стороны, грозя кнутом (судимостью), а с другой — заманивая пряником (повышенной зарплатой). Украинские власти тоже пообещали судимость, но уже за коллаборационизм. Школ мало, многие повреждены, ученики разъехались, выходить на работу страшно, не выходить — тоже. Украина еще с июля устами той же Ирины Верещук обещала контрнаступление украинской армии и советовала мирным жителям как можно скорее покинуть контролируемые российскими войсками и вооруженными формированиями «ЛНР» и «ДНР» территории. Кнут и пряник пообещали кое-где и родителям: с одной стороны, штраф за отказ приводить ребенка в школу, а потом лишение родительских прав за нарушение прав ребенка на образование, с другой — пособие в 10 тысяч российских рублей каждой семье ребенка старше шести лет, который пойдет в школу. А российским учителям, которые собрались ехать туда работать, обещали не сравнимые с тем, что они имели, зарплаты, и говорили, что все под контролем и безопасно. Здравствуйте, садитесь СТР. 46–47  Херсонская область. Село Александровка. Мозаика на здании бывшей школы, разрушенной в результате обстрела Сергей БОБЫЛЕВ / ТАСС 48 – 49 «НОВАЯ РАССКАЗ-ГАЗЕТА» No5 СЕНТЯБРЬ 2022 Чьих граждан растим? Трудно сказать, проверяли ли учителя самостоятельно степень безопасности и получали ли какие-то ее гарантии. Одна из этих учителей ответила «Медиазоне» (признана иноагентом. —Ред.) на вопрос о безопасности: «А что, два раза умирают?» Ее мотивация: «Там просто маленькие дети, им хочется помочь». Другой опрошенный учитель откровенно сказал, что его привлекла высокая зарплата (учителям обычно предлагали 7–8 тысяч рублей в день, некоторым — 8600; это в 2–10 раз больше, чем средняя учительская зарплата в разных регионах России). Третий сообщил, что испытывает личную неприязнь к государству Украина, «которое тридцать лет промывает мозги своим гражданам», и надеется на дом с садом в Запорожье, которое как историк считает российской территорией. Четвертый пообещал вести среди детей «внеклассную патриотическую работу». Теперь, когда часть районов снова перешла под контроль Украины, остро встал вопрос о судьбах учителей, которые пошли работать в открытые Россией школы по российским программам. Исполняют ли они свой педагогический долг в тяжелых условиях, или им можно предъявлять претензии уголовного свойства? Можно ли сравнить их работу с работой врачей, которые помогают больным и раненым при любой власти? Российские учителя, которые «помогают начать учебный год», — погнались за длинным рублем или поехали «денацифицировать» украинские школы по убеждению? Помогают детям или внушают им идеологию современной российской власти? Украина обещает им суд за нарушение правил ведения войны: с точки зрения украинских властей, участие в переводе школ на систему образования другой страны — это преступление против государственности. На фотографиях и видео, публикуемых в соцсетях, якобы с первосентябрьских линеек в Мелитополе, Бердянске, Мариуполе, Херсоне и в других городах, легко разглядеть российскую государственную символику, на одном из видео можно расслышать фрагмент «разговоров о важном» на тему «Наша Родина — Россия». Ведали, что творят? Нет, конечно, математика, физика, биология — интернациональны. Но преподавание родного языка, литературы, истории, обществознания — в каждом государстве свое. Любая страна хочет растить школьников своими гражданами. Россия хочет вырастить своими гражданами жителей другого государства — не только выдавая желающим российские паспорта и аттестаты российского образца, но и переводя детей на свою систему обучения. Жалко ли учителей, которым, вероятно, светят суд и годы тюрьмы? (Ну если допустить, что все-таки «их-там-есть»?) В этом вопросе соотечественники, даже если они солидарны в своем отношении к спецоперации, радикально расходятся. Одним совсем не жалко: они первым делом заявляют, что вообще все российские учителя без исключения всегда фальсифицируют выборы, это раз, и два — они передовой идеологический отряд российского государства. Другим, безусловно, жалко. Учитель никого не убивал и не грабил. Он просто приехал в другую страну со своим флагом и учебником, с желанием «землю в Гренаде крестьянам отдать». Что же тут плохого? Ведь в каждой цивилизованной стране есть школы, где можно получить образование по зарубежной программе и аттестат другой страны. За что же наказывать учителей, если их местные власти позвали, и они приехали? А если их заставили? Если они не ведали, что делают, или поехали туда из наивного идеализма? Из-за неинформированности, нищеты, доверчивости? Остается сказать, пожалуй, что учителя — взрослые люди с высшим образованием. Такие люди обычно в состоянии самостоятельно нагуглить, что происходит там, куда они решили поехать. Взрослый человек, который собирается учить других, должен быть сам в состоянии понять, на что подписывается, и принять информированное и взвешенное решение. И наконец, просчитать риски — ведь не в Сочи пригласили. Учителя оказались между двумя странами, у каждой из которых — свое представление о праве и свое представление о том, что должно происходить в школах. Для России они — герои, альтруисты, гуманисты, которые помчались в минуту опасности на передний край налаживать детям нормальную жизнь, восстанавливать историческую справедливость, обучать на родном для многих школьников русском языке. Для Киева — оккупанты, которые покушаются на культурную и языковую память народа, разрушают государственную систему образования и воспитывают украинских детей в чуждой идеологии. Посередине — учителя: часто одинокие, иногда идейные, иногда просто бедные, умные, глупые, молодые, старые, зомбированные, добрые, циничные... Ктото хочет помочь детям. Кто-то — послужить своей стране, так как понимает это служение. Кто-то — заработать денег. Кто-то — не умеет отказывать начальству. Что у них впереди, сейчас не скажет никто. Но легко им точно не будет. Вице-премьер правительства Украины Ирина Верещук заявила, что российских учителей, якобы задержанных в Харьковской области, куда они приехали этим летом учить детей по российским программам, будут судить по статье 438 УК Украины, предусматривающей сроки наказания до 12 лет лишения свободы. Впрочем, потом появилось опровержение этих слов из офиса президента: не задерживали. Но — был ли это вброс, или нет — развернулась дискуссия. Диспозиция статьи 438 УК Украины («Нарушение законов и обычаев войны») сформулирована следующим образом: «Жестокое обращение с военнопленными или гражданским населением, изгнание гражданского населения для принудительных работ, разграбление национальных ценностей на оккупированной территории, применение средств ведения войны, запрещенных международным правом, другие нарушения законов и обычаев войны <...> а также отдача приказа о совершении таких действий». Таким образом, к счастью и для самих учителей, и для будущей демократической Украины, статья 438 к данному случаю неприменима. Более того, и задерживать этих людей, поверивших российской пропаганде и, вероятно, польстившихся на обещания высокой зарплаты, тоже нет оснований. Мы пока не знаем, сколько учителей из России согласилось поехать в те регионы соседней страны, на которых планировалось провести референдумы. Но давая оценку их действиям, стоит тем не менее заметить, что разница между коллаборантами и теми россиянами, которые, возможно, были обмануты пропагандой и своим начальством, очевидна. Как и четкая граница между уголовными преступлениями и просто безнравственными, например, или глупыми, или вынужденными, или какими еще поступками. По-видимому, таких вопросов в ближайшем будущем возникнет еще много, и большинство из них логичнее отнести к ведению международных, а не национальных органов юстиции. Марина ВИНОГРАДСКАЯЛеонид НИКИТИНСКИЙ комментарий То, что делали российские учителя в Харьковской области, можно не принимать, но их нельзя посадить даже на 15 суток Письма со шконки Выпуск первый. «Политические», «шпионы», «бизнесмены из ОПС» Премьера рубрики На воле каждый из них шел своей дорогой, жил своей жизнью, работой, интересами и увлечениями. Ученые, предприниматели, топ-менеджеры, оппозиционеры, адвокаты, сотрудники ФСИН... Сегодня всех их объединяет казенное словосочетание: «изоляция от общества» и локация — СИЗО или колония. Кто-то уже осужден, иногда на огромные сроки, комуто еще предстоит выслушать приговор... Представляем рубрику «Письма со шконки». Это попытка понять: чем все эти люди живут сегодня, в этой своей другой реальности, что читают, на что надеются, о чем думают, чего ждут и каков их быт. Переписка журналистов «Новой» с сидельцами заняла два месяца. Кто-то оказался предельно общителен, кто-то, наоборот, — крайне немногословен, кто-то и вовсе отказался отвечать, извинившись, как Никита Белых. А кто-то, как, например, недавно осужденный на 22 года Иван Сафронов, еще не успел прислать ответ. Сергей Сергей ШАХИДЖАНЯН / Коммерсантъ 50 – 51 «НОВАЯ РАССКАЗ-ГАЗЕТА» No5 СЕНТЯБРЬ 2022 люди * Объявлены властями РФ иноагентами. Зоя СВЕТОВА, Вера ЧЕЛИЩЕВА Илья ЯШИН*,политик, 39 лет. В СИЗО «Бутырка» (Москва) сидит уже два месяца по делу «о фейках о Вооруженных силах РФ». Грозит до 10 лет. Вину не признает. Идет следствие. Из письма «Новой»: «Воспринимаю происходящее со мной как интересный жизненный опыт. Бутырская тюрьма — легендарное место. Здесь сидели еще Степан Разин и Емельян Пугачев. Здесь стены пропитаны историей. Здесь много котов. Первые две недели сидел один в четырехместной камере. Но меня все устраивало: никто не отвлекает, есть возможность спокойно читать и писать. Был уверен, что мне создают привилегированные условия. И лишь спустя время выяснилось, что это было психологическое давление. Администрация, оказывается, таким образом «воспитывает» проблемных арестантов. И когда гражданин начальник догадался, что такое психологическое давление я воспринимаю как привилегию, меня перевели в общую камеру. Я загружаю себя работой, чтобы не было ощущения, что жизнь тратится впустую. Много читаю (Стругацких, Довлатова в частности), много пишу. У меня уже вышло несколько «тюремных» интервью. Записываю наблюдения, делаю заметки. Возможно, в итоге из этих материалов получится книга. Ну и физическую форму поддерживаю: каждое утро хожу в прогулочный двор, где есть турник. Упражнения и подтягивания держат в тонусе. Если кто-то выдергивает тебя из рутины, это воспринимается как событие — баня, визит правозащитников или следственные действия. Но самое большое событие в тюрьме — это свидания. В обычной жизни ты можешь общаться с родителями, когда захочешь. А за решеткой это настоящая роскошь. Впервые после ареста ко мне пустили маму и отца. Узкий и тесный стакан, в котором вас запирают на замок. Напротив в таком же стакане — близкие люди. Вас разделяют два грязных стекла и решетка, разговор идет через телефонные трубки. Очень странные ощущения, но клянусь: это лучшее, что случилось со мной за прошедшие два месяца... Конечно, у меня есть мечты. Например, чтобы политика в моей стране стала скучной. Чтобы не было апокалиптического настроя, бесконечной истерии на ТВ и конфронтации со всем миром. Чтобы в парламенте спорили о статьях бюджета, а власть спокойно и мирно менялась на выборах. Чтобы единственной великой идеей России стало благосостояние граждан здесь и сейчас, а не когда-нибудь. И еще мечтаю в море искупаться». Владимир КАРА-МУРЗА-младший*, политик, журналист, правозащитник, 41 год. В СИЗО «Водник» (Москва) уже 5 месяцев по делам «о фейках» и сотрудничестве с нежелательной организацией. Стадия: следствие. Из письма «Новой»: «Сейчас читаю «Архипелаг ГУЛАГ». Поразительно (и страшно), насколько он актуален сегодня. Ранее прочитал Эдельмана — «Твой восемнадцатый век», очень интересно. Вообще читаю тут много. Друзья и родные присылают книги, так что стараюсь использовать время в тюрьме с пользой. В тюремной камере не так много поводов для смеха. Кто-то вспомнит «бородатый» анекдот, кто-то зачитает забавный момент из книги, кто-то поделится веселым воспоминанием — пожалуй, и все. Поэтому предъявленное мне в августе Главным следственным управлением СКР обвинение в окончательной редакции — убористый печатный текст на девяти страницах — сразу стало настоящим хитом. По очереди всей камерой читали мы вслух чеканные абзацы постановления, а я, грешным делом (как человек, не чуждый пишущей профессии), еще и завидовал про себя авторскому слогу. «Создал реальную угрозу вмешательства во внутренние дела Российской Федерации, дискредитации руководства страны и проводимой им внутренней политики»; «систематически выступал... перед членами органов различных ветвей власти иностранных государств и международных организаций»; «публично отрица[л] явную необходимость обеспечения безопасности Российской Федерации от внешних угроз»; «причинил существенный вред охраняемым законом интересам общества и государства»... И, наконец, самое страшное: «употребил высказывания, содержащие негативную оценку и выражающие враждебное отношение к группе лиц, представляющих государственную власть, высшие органы управления в Российской Федерации, включая Президента Российской Федерации». Все это — дословные цитаты из постановления о привлечении меня в качестве обвиняемого по двум статьям Уголовного кодекса РФ (ч. 2 ст. 207.3 и ч. 1 ст. 284.1; в совокупности до 14 лет лишения свободы), подписанного следователем по особо важным делам майором юстиции Андреем Задачиным. Пока я знакомился с этим документом в следственном кабинете СИЗО No 5, не удержался и спросил следователя Задачина: «Скажите, а настоящие преступники у вас тоже есть в производстве?» — Конечно, есть, — не задумываясь и даже с некоторой обидой в голосе ответил майор юстиции. ...В остальном очень болит душа за семью — за Женю (жену. — Ред.), за детей, что им приходится проходить через все это. Я знаю, что жена со всем справится, но чувство моей ответственности от этого не меньше. И дико скучаю». Илья ЯшинВладимир Кара-Мурза AP / TASSАнтон Новодережкин / ТАСС СТР. 52–52  люди Письма со шконки Дмитрий ТАЛАНТОВ,президент адвокатской палаты Удмуртии, 62 года. Оказался первым российским адвокатом, против которого возбудили уголовное дело «о фейках» (ст. 207.3 УК) про российскую армию. На момент задержания являлся одним из защитников бывшего журналиста «Коммерсанта» Ивана Сафронова, которого недавно приговорили к 22 годам за «госизмену». Местонахождение: СИЗО-4 «Медведь» (Москва). Стадия: следствие. Из письма «Новой»: «Я из тех людей, которые больше не читают, а перечитывают. Вот в третий раз перечитываю «Иосиф и его братья» Томаса Манна. Эта грандиозная и по замыслу, и по объему книга входит в число нескольких самых моих любимых. Известный библейский сюжет, развернутый в гигантских театральных декорациях... Прочесть такую книгу — огромный труд. Но можно получить настоящее удовольствие. Меня с юности не оставляла мысль, что не только Бог сотворил и продолжает творить человека, но и Человек неустанно творит, совершенствует и улучшает своего Бога. Параллельно читаю комментированный двухтомник Бродского и еще трагедии Софокла. Тем и живу. А еще Анастасия Костанова (адвокат Талантова. — Ред.) принесла две книги Виктора Франкла. Первую — про обретение этим великим человеком силы и смысла жизни в концлагере «Скажи жизни — да!» — я, прочитав до половины, вернул. Эта нравственная нагрузка в тюрьме оказалась мне не по силам. Но я начал ее читать на второй день попадания в клетку. Был несколько напуган, и чудились аналогии. Теперь слегка обнаглел: возможно, попрошу назад. Мешает чтение или помогает? Ну выбора нет. Если не занять голову, сойдешь с ума. Но в качестве средства от шума книги конкурируют с берушами. Ибо тут работает телевизор, и я теперь четко понимаю две вещи: если я продолжу все это слушать, я сойду с ума. Вероятно, в тяжелой форме — со вступлением в какую-нибудь патриотическую организацию известного милитаристского толка... «Эти бедные люди, что нас окружают, ни в чем не виноваты. Против этой жизни противостоять может только какой-нибудь вышеназванный Манн или Бродский». Какая тут библиотека — не знаю. Но вот в чем как человек, сидевший уже в четырех «хатах», поручусь: в каждой очень много удивительно хороших, высшего уровня книг! И их читают! Как это сочетается с телевизором — я не понимаю. Но это факт. Правда, нужно напомнить, что я в камерах БС (бывших сотрудников). Это все-таки особые люди. Попадаются даже прокуроры субъекта Федерации, «генеральные» и прочая экзотика. Вчера уговорил сокамерников разрешить посмотреть мне на «Культуре» «Зеркало» СТР. 50–51  Сергей МИХЕЕВ / Коммерсантъ 52 – 53 Тарковского. Потрясен! Я его смотрел на воле. Не то. Вчера Тарковский был особенно гениален!» Валерий МАКСИМЕНКО, 56 лет, бывший заместитель начальника ФСИН, генерал-лейтенант. С осени 2020 года — под стражей по обвинению в злоупотреблении должностными полномочиями с причинением тяжких последствий и получении взятки в особо крупном размере. За годы своей службы во ФСИН Максименко запомнился журналистам и правозащитникам как человек, который пытался менять систему. Так, после обращений правозащитников и публикаций в СМИ о переполненном женском СИЗО-6 в Москве, в котором арестованным женщинам приходилось спать на полу и раскладушках, Максименко лично осмотрел изолятор и был поражен увиденным. С тех пор на полу женщины не спали. Также тюремный чиновник запомнился фразой о том, что от некоторых новостей о сотрудниках ФСИН «со стыда хочется под землю провалиться». Местонахождение: СИЗО «Лефортово». Стадия: судебное следствие. Из письма «Новой»: «Не прошло и двух лет, как их так называемое «расследование» по моему «делу» закончилось. Сфабриковали наконец-то. Уже начался суд (процесс идет в Одинцовском городском суде), раз шесть уже возили меня на заседания. Устаю, конечно, очень от этих поездок, потому что старенький уже, да и здоровье что-то не очень (в тюрьме я уже 648 дней, а не болел из них — всего 68). Но ничего, стараюсь держаться, как могу. На судебных заседаниях пока все монотонно и однообразно, прокурор чего-то все «приобщает». Происходит все так: прокурор читает: том 1, стр. 1–5. «Письмо Пупкина», стр. 6–10 — «ответ Петрашкина», стр. 11–35. «Запрос Сидорова», стр. 35–96. «Запись прослушки разговора Пентяпкина, Дуркиной и Дебилова» (которых я, кстати, и в жизни не видел и даже не представлял, что они существуют — такие прекрасные парни и девчонки...). И так страница за страницей, том за томом, час за часом. В это время — все: и судья, и адвокат и остальные сидят в телефонах и играют в игрушки, эсэмэсят... У меня телефона нет, сижу в клетке, даже просил судью: «А можно ли меня из тюрьмы не возить, я лучше в камере полежал бы. А они сами, без меня, все это «поприобщали» бы?» Но «его честь» сказал, что так нельзя и мое присутствие — это необходимость! Потому меня и возят... В остальном же у меня все как обычно — лежу себе в камере, читаю книги, газеты. ТВ смотрю, если есть кино какое, остальное — тяжело смотреть, потому что расстраиваюсь сильно очень, плохо сплю потом (переживаю), аппетит опять же... Все по Булгакову получается... Прочитал книгу Зои Световой «Признать невиновного виновным». Интересно очень, и к большему сожалению — все правда (полностью — все ощутил на себе). А на днях прочитал «Дети Арбата». Помню год 1988-й — читал тогда, и казалось, что так давно все было (54 года назад), и весь тот ужас остался там. А прошло еще 35 лет, и все это увидел снова и уже живьем, на себе. И все больше и больше осознаю, что ничего не понимаю, совсем... И как-то совсем нехорошо от этого. Но пока держимся, «бьюсь головой о стену», чтобы хоть что-то доказать. Но всем на все плевать. И получается, мои 37 лет выслуги — зачем они? Кому? Вот так вот и живем». Зиявудин МАГОМЕДОВ,российский экономист, управленец, предприниматель; владелец и председатель совета директоров группы компаний «Сумма», 54 года. Последние 4 года и 7 месяцев находится в СИЗО. Помимо экономических 159 и 160 статей УК следствие предъявило предпринимателю, его компаньонам и брату утяжеляющую 210-ю статью УК: «организация и участие в преступном сообществе». В результате предпринимателю грозит до 25 лет. Вину не признает. Местонахождение: СИЗО «Лефортово». Стадия: судебное следствие. Список книг, который сегодня успевает читать Зиявудин Магомедов между судами в СИЗО, он передал «Новой» через адвокатов. Powell R. In the shadow of power... (Пауэлл Р. «В тени власти...») Morgenthaw H. Politics among nations (Моргентау Г. «Политические отношения между нациями») Kuhn T. The structure of scientific revolutions (Кун Т. «Структура научных революций») Pinker S. Rationality (Пинкер C. «Рациональность») Bhaskar M. Human frontiers (Бхаскар М. «Чело веческие границы») Mearsheimer J. The great delusion (Миршеймер Дж. «Великое заблуждение») Schelling T. The theory of conflict (Шеллинг Т. «Теория конфликта») Neibuhr R. The irony of american history (Нибур Р. «Ирония американской истории») Kissinger H. Leadship (Киссинджер Г. «Лидерство») Smil V. How the world really works, Grand translation (Смил В. «Как устроен мир на самом деле», «Грандиозный перевод») Bateson G. Steps to an ecology of mind (Бейтсон Г. «Шаги в направлении экологии разума») Rawls J. Theory of justice (Ролз Дж. «Теория справедливости») Waltz K. The theory of international politics (Уолтц К. «Теория международной политики») «НОВАЯ РАССКАЗ-ГАЗЕТА» No5 СЕНТЯБРЬ 2022 СТР. 54–55  Дмитрий ТалантовВалерий МаксименкоЗиявудин Магомедов Сергей БОБЫЛЕВ / ТАСС Михаил ТЕРЕЩЕНКО / ТАСС Черемушкинский суд / Т АСС Письма со шконки люди СТР. 52–53  * Объявлен властями РФ иноагентом. Карина ЦУРКАН,бывший член правления ПАО «Интер РАО», 48 лет. Под стражей с 2018 года. Осуждена на 15 лет за шпионаж в пользу Молдавии. Вину не признала. Местонахождение: ИК-1 Владимирской области. Из письма «Новой»: «Времени на книги почти совсем нет. Читаю каждую возможную минуту, таскаю в кармане письма (да-да, их надо прочесть, просмаковать, вдумчиво, приходится — по кусочкам, но от этого не менее внимательно), статьи, небольшие книги. При выходе, например, на проверку утреннюю, пока все курят, я приседаю с книжкой в руках. Любое ожидание (а их масса) — повод прочесть хоть пару строк. Сложнее с книгами, которые в карман не протиснешь. Короче, так мало я не читала никогда. В настоящий момент читаю сборник поэзии 60-х годов, книгу «Русская идея матери Марии» Зои Крахмальниковой и прекрасную биографию любимого мной А. Лосева из серии «Жизнь замечательных людей». Автор — Аза Тахо-Годи. Это «срез» на сегодняшний момент. Все так же составляю списки маст-рид, мечтаю «зарыться» в свои книжные полки, оживаю в присутствии книг. Из планов чтения: «Мой сапожок непарный» Тамары Петкевич, перечитать «Беседы с Бродским» Соломона Волкова. Ох. Понеслась... Все это в ближайшее время исключено, пока не завершится учеба» (Цуркан в колонии проходит курсы кройки и шитья. — Ред.). Андрей ПИВОВАРОВ*,41 год, оппозиционный политик, предприниматель. Осужден на 4 года колонии общего режима по делу «об осуществлении деятельности нежелательной организации» (ст. 284 УК РФ). По версии следствия, руководил «Открытой Россией», которая и была признана нежелательной организацией. Осужденному также запрещено в течение 8 лет заниматься общественно-политической деятельностью. Приговор еще не вступил в силу. Местонахождение: ИК-11 в п. Ахтарский Краснодарского края. Из письма «Новой»: «Географически я нахожусь на территории колонии, а по статусу, так как приговор еще не вступил в силу, живу по правилам СИЗО. На новом месте не могу похвастаться насыщенностью распорядка дня. Если на спецблоке СИЗО обязательными были ежедневные двухразовые проверки, разные дополнительные обходы, то тут единственным плановым мероприятием является часовая прогулка. Разве что разбавил наш досуг большой обыск, что провели через пару недель после моего приезда. Скрывать мне нечего, поэтому воспринял его скорее с интересом. Однако когда одному из проверяющих приглянулась подаренная мне соседом красиво оформленная икона, пришлось вступить в словесную перепалку, напомнить о ПВР и правилах проведения обысков мероприятий. К такому они не были готовы, пришлось стражникам вернуть христианам символ веры. А в остальном живем достаточно скучно. Основных событий четыре: три приема пищи, да и прогулка. Разбавляю этот насыщенный распорядок чтением, спортом и письмами. За счет того, что из краснодарского СИЗО я захватил приличный запас книг, мой (и сокамерников) досуг проходит существенно интереснее, чем в других камерах. Открыл для себя Алексея Иванова. Раньше считал его автором лишь художественных произведений, читал его «Тобол» и «Общагу на крови», а здесь вслед за «Псоглавцами» проглотил его «Ёбург» о современной истории Екатеринбурга и «Вилы» о пугачевском бунте. К своему стыду, мало знал о том периоде. Запомнились «Истребитель» Быкова и «Пост» Глуховского. Последний настолько точно описал перспективы самоизоляции и импортозамещения, что понятно, откуда Карина Цуркан Пресс-служба Мосгорсуда / ТАСС Сергей КОНЬКОВ / ТАСС 54 – 55 такой интерес к автору у правоохранителей. Абсолютным бестселлером нашего спецблока стал «Град обреченных» Евы Меркачевой. Забавно, что один из персонажей книги из кущевской банды многим оказался хорошо знаком. Его неоднократно привозили в СИЗО и до, и после приговора. Личные впечатления отличаются от образа, что он хотел создать себе в интервью. Книгами, конечно, стараюсь делиться, но на всех не хватает, а доступа к библиотеке колонии, как и к ТВ, у людей тут нет. Это может показаться мелочью, но посмотрите со стороны. Государство помещает толпу не всегда грамотных, околокриминальных мужчин в камеры, где они месяцами предоставлены сами себе. Сидят без книг/ТВ, даже без радио. А потом чиновники и люди в погонах удивляются: откуда у нас появляются криминальные субкультуры и прочие игры в тюрьмах. Да от вот такого вот отношения. После перевода в Приморск-Ахтарск исчезла возможность слушать «Бизнес ФМ», и с новостями стало сложнее. Через письма пытаюсь сложить картину происходящего на свободе. Телевизор за последние 15 месяцев я видел лишь в кабинетах начальников, но в этом есть плюс. Не могу сказать, что мое мироощущение за время, проведенное тут, как-то поменялось. Скорее сильно изменился мир... Не покидает ощущение профанации, имитации новой реальности. По радио официальные лица уверяют, что все хорошо, трудности во благо и делают нас только сильнее. Вот только фундаментальные законы и экономику нельзя поменять речами пропагандистов и окриками из Госдумы. Заверения о стабильности и импортозамещении опровергает уже дорожающий и скудеющий ассортимент моего тюремного ларька, что уж говорить о вольном мире. Мое знакомство с тюремными обычаями и правилами прошло не совсем типично. Со второго дня моего появления меня закрыли на спецблоке, где моими соседями стали люди, которых можно отнести к своеобразной элите местного мира. Я бы сравнил это с политбюро. Несмотря на суровые статьи и обвинения, люди это по большей части образованные, с большим жизненным опытом и силой воли. С ними интересно поговорить. Я сразу решил для себя, что с уважением отношусь к местным нормам и понятиям, но себя определяю как политического и существовать планирую согласно внутренним убеждениям. Это восприняли с пониманием, никаких трений за все время у меня не было. Со свиданиями ситуация сложная. На следствии и суде мне их не давали совсем. Хитростью, пока дело было в Верховном суде, удалось получить одно разрешение, а так были только отказы. С мая появилась возможность звонить, но если в СИЗО к аппарату еще можно было пробиться, то тут в ИК это совсем гиблое дело. Остаются пока лишь ФСИН-письма. Последний год стал для меня не самым простым, но оптимизма не теряю. Стараюсь не расслабляться и жить не тюремным, а вольным миром. Ведь если в голове свобода, то и не так важно, что вокруг :)». Алексей ВОРОБЬЕВ, 44 года, доцент кафедры ракетных двигателей МАИ. Осужден на 20 лет за госизмену. Вину не признал. Местонахождение: ИК-7 г. Валуйки, Белгородская область. Из письма «Новой»: «Когда я вернулся в ИК (из Москвы после апелляции в Верховном суде России, оставившем приговор в силе. — Ред.), жизнь вошла в «привычное русло», если так можно сказать. Времени свободного в будни немного, так как со швейного производства возвращаюсь около шести вечера, потом вечерняя проверка, звоню домой, туда-сюда. Времени остается немного, в том числе для чтения. Хорошо если удается прочитать 20–30 страниц в день. Сейчас читаю книгу Фрэнка Бреди «Конец игры» про шахматиста Роберта Фишера и параллельно Иэна Стюарта «Величайшие математические задачи». Видимо, мозг требует какой-то работы. В колонии хорошая библиотека, много есть что почитать, поэтому заказывать книги с воли нет необходимости. Я много читал в московских СИЗО. Там много книг хороших. Как бы это странно ни звучало, но если бы я не сел в СИЗО, я бы никогда бы не прочитал той литературы, что, возможно, необходимо прочитать каждому. На воле я практически не читал, кроме специальной литературы. Но оказавшись в СИЗО, не знал, за что браться. На меня сильное впечатление произвели стихи Бродского. Думаю, он сегодня актуален как никогда. С карандашиком прочитал «Евангелие» от Л.Н. Толстого. Другая грань религиозной темы — Ницше «Так говорил Заратустра». Из художественной литературы выделю С. Цвейга «Записки европейца», Кобо Абэ «Чужое лицо», Е. Водолазкина «Лавр», Г. Сенкевича «Камо грядеши», почти всего Сомерсета Моэма, «трилогию» (я сам так ее обозначил) А. Рыбакова «Дети Арбата», Гроссмана «Жизнь и судьба» и Аксенова «Московская сага». Другая трилогия на тему узничества — Набоков «Приглашение на казнь», Толстой «Воскресение», Кафка «Процесс». Есть еще одна книга на тему шахмат. Набоков «Защита Лужина». Я люблю шахматы. В Лефортово выписывал журнал «64 – шахматное обозрение». Что касается вопроса про интересное и новое. В иной жизни ответ может занять несколько листов. Из положительного: я чуть познакомился с изобразительным искусством. Оно великолепное! Каждый должен рисовать! Это кажется сложным, но это просто, если начать. Карандаш, стерка — этого хватит. А дальше — как душа захочет». Из семейного архива «НОВАЯ РАССКАЗ-ГАЗЕТА» No5 СЕНТЯБРЬ 2022 Зоя СВЕТОВА, Вера ЧЕЛИЩЕВА Андрей ПивоваровАлексей Воробьев Наталья КАЖАН / ТАСС люди Королевское дело Кем и чем была для Великобритании Елизавета II? Страна пытается осознать роль личности и масштаб потери Zuma / TASS 56 – 57 «НОВАЯ РАССКАЗ-ГАЗЕТА» No5 CЕНТЯБРЬ 2022 56 – 57 «НОВАЯ РААССКАЗ-ГААЗЗЕТА» No5 CЕННТЯБРЬ 2022 «Лондонский мост рухнул» — этой условной фразой должны были по спецсвязи сообщить премьер-министру о смерти королевы Елизаветы II. И вот это случилось. Коронации, свадьбы, юбилеи — все это важно для английской версии монархии. Мир не сомневался, что британцы справятся и с похоронами монарха в совершенстве, и они это сделали Британцы много лет готовились к неизбежному — королеве было 96, она уже лет десять понемногу сокращала свое участие в делах. Особенно после ухода ее возлюбленного супруга полтора года назад силы ее заметно оставили, и она стала пропускать даже самые важные события — например, тронную речь при открытии парламента, День памяти павших. И все-таки неизбежное стало неожиданностью, ударом для многих: их королева, любовь и гордость, символ и пример, которая «была всегда», их «бабушка», — ушла, умерла. Тысячи людей день за днем собирались к Букингемскому дворцу, к Виндзорскому замку, чтобы «засвидетельствовать уважение и благодарность», прикоснуться к истории. Похоронный кортеж в Шотландии, который вез ее в последний раз из ее любимой резиденции Балморал в Эдинбург, встречали тысячи людей вдоль дороги в 280 километров. «Если вы живете там в деревне, не думаю, что ваша жизнь настолько насыщена событиями, что вы можете позволить себе задернуть шторы, если мимо проезжает королевский кортеж», — написала The Times. Возможно, так и есть, но все же... В Лондоне, у главной резиденции королевы, в Сент-Джеймсском дворце и Гринпарке, конечно, было полно зевак и туристов. А как без этого? Было много суеты и неразберихи, и селфи, и фастфуда. Слезы и почти мгновенный восторг от внезапного появления в толпе короля Карла III: «Король! Боже, храни короля!» «Мы исполняли единственную постоянную роль в многовековом театре британской монархии — толпу», — с ядовитой улыбкой заметил The Economist. Неизвестно, многие ли из тех, кто за сутки начал выстраиваться в очередь, чтобы успеть сказать «спасибо и прощайте» своей королеве, читают «Таймс» и «Экономист», но люди легко развеивают сарказм журналистов. «Мы здесь не потому, что сошли с ума, а потому, что гордимся ею, — внятно уточнил Джеймс. — Она правила страной 70 лет, я могу потратить несколько часов, чтобы засвидетельствовать ей свое почтение». «Я поплакала дома, — говорит Джоанна, — а здесь праздную ее славную жизнь». Многие подчеркивают — я не монархист, и тут же признаются в любви. Грэг: «Необычайная личная преданность своей работе изо дня в день. Невыход на пенсию королевы является примером для всех нас, что нужно продолжать работать над тем, что мы делаем лучше всего в жизни, каким бы малым или большим это ни было». Джон: «Мы потеряли человека, который, казалось, не имел ни капли злобы или недоброжелательности к кому-либо. Не могу вспомнить никого в общественной или частной жизни, о ком можно было бы сказать подобное». Эфани: «Как королева она была подарком в такой важный период глобальных перемен, когда люди с трудом находят эмоциональные ориентиры». Гирод: «Она будет первой английской королевой со времен Реформации, которую оплакивают по всей Ирландии». Гунард: «Не важно, монархист ли вы, я, кстати, нет, — Елизавета II была выдающимся главой государства в течение 70 лет и вела себя безупречно в этой роли, терпеливо, дипломатично и мудро поддерживая нашу демократию в трудные времена». Тод: «Я не монархист, но она несла стабильность в страну на протяжении всего своего правления». Дэвид: «Замечательная женщина. Покойтесь с миром, мэм». Публичное прощание проходило в Вестминстерском дворце в течение четырех дней 23 часа в сутки (час на уборку). Полиция до предела наращивала свои силы, помогали военные (по некоторым оценкам, 6–7 тысяч), тысяча волонтеров. Люди шли в очереди иногда по двадцать часов (полиция предупреждала, что очередь на 24 часа), очередь достигала шестнадцати километров длиной. Это не была акция скорби, не было боли — но была огромная благодарность за общую с ней славную жизнь. Траур не был обязательным, но парламентские дебаты и правительственные дела были приостановлены. Профсоюзы, представляющие транспорт, связь, почтовый персонал, объявили, что они откладывают забастовки и не предпримут никаких действий в период национального траура. Либеральные демократы отменили ежегодную конференцию. Некоторые спортивные матчи были отменены или отложены. Например, футбольные матчи в Премьерлиге и Английской футбольной лиге. Все игры в женской Суперлиге, женском чемпионате и женском Кубке Англии также перенесли. Все прошло по плану, который носил название «Лондонский мост». Его первые проекты появились в 60-х, он был подробно проработан на рубеже веков. С тех пор два-три раза в год представители дюжины правительственных ведомств, полиции, армии, прессы и Королевских парков встречались для корректировки позиций. Коронации, свадьбы, юбилеи — все это важно для английской версии монархии. Мир не сомневался, что британцы справятся и с похоронами монарха в совершенстве, и они это сделали. Е в г е н и я Д И Л Е Н Д О Р Ф СТР. 58–59  люди AP / TASS Королевское дело СТР. 56–57  Королевская трудовая этика Экс-премьер Тони Блэр сказал, что королева Елизавета II «олицетворяет все, что заставляет нас гордиться тем, что мы британцы». Королева удовлетворяла одному из главных национальных правил: она неустанно работала. Она начала выполнять государственные обязанности в 14 лет во время Второй мировой войны, вступила на престол в 25. Первый премьер, которого она назначала, — Уинстон Черчилль, — родился в 1874 году, последний — Лиз Трасс — в 1975-м. Мнение, что британский монарх имеет скорее символическую, нежели политическую роль, справедливо, но в рамках современного британского общества ее не стоит недооценивать. У монарха много реальной работы. Как глава государства король или королева возглавляет все три ветви власти, имеет право роспуска парламента, назначает премьер-министров и принимает их отставку, а также как Верховный главнокомандующий имеет право объявлять войну другим странам; любой принятый парламентом документ 58 – 59 СТР. 60–61  «НОВАЯ РАССКАЗ-ГАЗЕТА» No5 CЕНТЯБРЬ 2022 Королева удовлетворяла одному из главных национальных правил: она неустанно работала. Она начала выполнять государственные обязанности в 14 лет во время Второй мировой войны, вступила на престол в 25. Первый премьер, которого она назначала, — Уинстон Черчилль, — родился в 1874 году, последний — Лиз Трасс — в 1975-м. требует королевской санкции, чтобы стать законом. Да, многие полномочия суверена делегированы различным государственным структурам, а нормативные и правовые акты отражают решения, принятые в парламенте, правительстве, судах и т.д. При этом, однако, монарх имеет мнение по всем ключевым принимаемым решениям и еженедельно проводит аудиенции с премьер-министром, как считается, в трех форматах: «консультации, поощрения и предупреждения». И чем больше авторитет, мудрость и опыт монарха, тем больше его влияние. Она посетила 130 стран и некоторые не по одному разу, была первым британским монархом, объехавшим многие бывшие колонии, помогая вовлечь в политическую ассоциацию Содружество наций 54 страны после распада Британской империи. Она провела 152 государственных визита в Великобританию. Принимала или посещала всех президентов США начиная с Эйзенхауэра, за исключением Линдона Б. Джонсона. В представлении людей она «была цементом в раскалывающемся союзе» Соединенного Королевства, пишет The Economist. Во время визита в Республику Ирландия в 2011 году — первого визита британского монарха за последние 100 лет — она пожала руку бывшему командиру ИРА (заместителю первого министра Мартину Макгиннессу) — боевой группировки, которая внесла ее имя в список целей и убила ее родственника (дядю принца Филиппа) лорда Маунтбеттена. Королевские заслуги Люди считают, что королева не просто работала — «она почти не ошибалась» (almost never put a foot wrong) — так говорят англичане о своей королеве. За 70 лет правления ей припоминают пару разногласий с правительством (да и те стали широко известны внимательным зрителям сериала «Корона») и «давление» в ходе Шотландского референдума. «Давление» заключалось в сознательном послании шотландцам «очень хорошо подумать о будущем». Самым серьезным ее проступком в народе считается нечуткость, проявленная к знаменитой невестке принцессе Диане 30 лет тому назад и особенно после ее смерти. Ей очевидно была не св ойственна ни народность, ни непринужденность, она никого не играла и ничего не изображала. Считается, что монарху важна способность сохранять определенную дистанцию, «мистику» власти — для нее это было просто естественно. При этом она не позволяла себе показаться недоброжелательной — во всяком случае, об этом не сохранилось ни одного свидетельства. (Как же это отличается от современных политиков, которые позволяют себе вышучивать целые нации и унижать иностранных лидеров!) Будучи одним из самых узнаваемых лиц на земле, в эпоху, когда известность дает любому право высказывать свое мнение, королева соблюдала традицию британских монархов держать свое мнение почти по всем политическим вопросам при себе. Советы премьерам давались исключительно приватно, те их, по многочисленным свидетельствам, высоко ценили. Вряд ли она не понимала, что такое «идти в ногу со временем», но почему-то совершенно «не боялась выглядеть традиционалисткой, старомодной, формальной, даже чопорной», пишет The Times. Королева постепенно, но настойчиво избавлялась от дорогостоящих излишеств и понемногу сжимала «фирму» (так с легкой руки ее отца Георга VI иногда называют королевскую семью). Она стала платить подоходный налог и налог на прирост капитала на герцогство Ланкастер и на другие частные инвестиции (в свою очередь, правительство согласилось, что завещания суверена суверену будут освобождены от налога на наследство). «Ее собственное достоинство усиливало мощь уменьшающейся Великобритании», — считает The Financial Times. Один известный британский журналист сказал, что она была важной частью клея нации. Ей выпало «склеивать» ее в «эпоху непрерывного национального заката» при переходе от мировой империи к влиятельной, но второстепенной региональной державе. Не похоже, чтобы британцы страдали от чувства национального унижения (хотя некоторые именно этим объясняют Брексит), и в этом есть ее вклад. Казалось, Брексит будет пределом турбулентности. Потом казалось, что ковид. Теперь ясно, что Британия стоит на пороге серьезных перемен, а специальная военная операция в сердце Европы стала еще одним катализатором давно зревшего кризиса. При этом, поскольку «национального клея» больше нет, и как прежде, уже, видимо, не будет, — придется искать новое место в мире. Британская монархическая формула Как слегка свысока замечает левая The Guardian, значение престолонаследия, «как свидетельствуют толпы людей, стоящих в очереди, чтобы взглянуть на покойного монарха, огромно. Но в значительной степени символично». Символы, как духовные сущности, часто действуют незаметно и неспешно, поэтому их часто недооценивают. Все знают со школы, что основа монархической системы власти, которая дается по праву рождения, а не народом, в лучшем случае уязвима. Но разговоры о ненародности монархии, власть которой исходит по праву рождения, разбиваются о британскую традицию. Ее суть четко сформулировала мне Келли, представитель администрации одной из британских школ: «Мы — такие, это наша особенность, как дождь, холмы за окном или изгиб береговой линии. Это нельзя изменить». Да и не надо, добавляет Дэвид, который занимается установкой и ремонтом газовых котлов, и приводит расхожий довод: «Всем республиканцам я посоветовал бы посмотреть на США, самую большую демократическую республику в мире. Несколько лет назад им пришлось выбирать между Дональдом Трампом и Хиллари Клинтон из более чем 300 миллионов человек... Вы такого хотите? Будьте осторожны в своих желаниях!» люди Гарольд Вильсон, который четырежды выигрывал всеобщие выборы и в общей сложности провел на Даунинг-стрит восемь лет, описывая отношения премьер-министра с монархом, вывел важную часть британской формулы: «Есть человек, который совершенно отделен от политической борьбы, у которого нет обязательств ни перед одной партией, чья единственная забота — это сделать так, чтобы парламент отражал чаяния и волю народа. Такого вы не найдете ни в одном президентском государстве». За время долгого правления Елизаветы II «были тысячи плохих заголовков, множество неудач и несколько сокрушительно низких моментов, но монархия находится в настолько сильном положении, насколько это вообще возможно в нашей современной культуре негатива. Уважение к парламенту упало, а вместе с ним и авторитет правительства; репутация бизнеса пострадала; церковь больше не занимает такого центрального места в нашей жизни; средствам массовой информации не доверяют, а государственные службы не пользуются уважением и доверием, как раньше; военные по-прежнему ценятся, но сокращения и противоречия снизили их авторитет; практически только монархия среди основных институтов не поддается тенденции, и во многом это заслуга королевы», — пишет The New European. Преемственность в условиях турбулентности — та большая ценность, которую монархия может привнести в демократическую систему, рассуждает The Guardian. The Economist цитирует английского журналиста XIX века, утверждавшего, что для Британии «удивительно подходит сочетание монархии, аристократии и демократии». По мнению журнала, сегодня, как и тогда, сутью системы является «кажущаяся прерогатива королевской власти и реальное правительство Даунинг-стрит». Поэтому монарху так Королевское дело СТР. 58–59  Похоронный кортеж с телом Елизаветы II 60 – 61 «НОВАЯ РАССКАЗ-ГАЗЕТА» No5 CЕНТЯБРЬ 2022 AP / TASS Великобритания наслаждалась и гордилась своей королевой слишком долго. Поколения сменяли друг друга, а она была на посту важно быть заметным (вот почему, возможно, Елизавета так любила неожиданно яркие цвета — ее должно было быть всегда видно), но политически нейтральным абсорбентом общественной боли: войны заканчиваются, а раны ноют. Елизавета удивительным образом такой и была или научилась быть. Королева Елизавета II показывала пример достоинства в драматических обстоятельствах и давала ощущение стабильности. Своим стилем и культурой поведения 70 лет она давала британцам редкое сегодня ощущение — уверенность в существовании незыблемых ценностей и принципов, абсолюта национальной традиции в условиях деградации политических институтов. Королева отвечала ностальгии по прошлому, по ценностям ХХ века, помогала людям хоть на время отвлечься от современных цинизма, прагматического и просто неосознанного релятивизма. Лидер оппозиции Кийр Стармер назвал ее «единственной константой в нашем бесконечно вращающемся мире». Король, Карл! «А что будет, если однажды вам не повезет с государем?» — спрашиваю я Дэвида. «О, мама хорошо его подготовила, — без колебания переводит он разговор на нового короля. — У него была лучшая в мире школа, в которой он учился десятилетиями у самого заинтересованного учителя. Он справится». В плавном транзите — сила и ответственность монархии. С достоинством и красотой отмечено завершение жизни одного монарха и провозглашено правление другого, следующего. Ушедший отбрасывает свой свет на второго и передает ему часть своей «благодати». В конце концов, что больше говорит о наследии, чем собственно наследник? 73-летний король Карл III стал главой государства четырех стран Соединенного Королевства и 14 других стран Содружества, включая Австралию и Канаду. Так же, как и у его матери, у Карла III «ничего не оставлено на волю случая, — пишет The Times, — королевское хозяйство организовано по военному образцу, планы согласовываются за месяцы вперед сплоченной командой советников и сотрудников. Соответственно, жизнь нового короля будет тщательно расписана по часам, как это было с самого детства. Это означает, что, где бы он ни находился, жизнь короля может продолжаться с максимальной эффективностью и минимальными перебоями». Помимо титулов он унаследовал, подсчитал The Economist, герцогство Ланкастерское, порт фель активов, земли и имущество стоимостью около 650 млн фунтов стерлингов (750 млн долларов), а также номинальное руководство Содружеством. Да, он относительно непопулярен, его старший сын принц Уильям чуть не в полтора раза более любим. Некоторые недоумевают — почему бы в интересах «фирмы» не пропустить сына вперед? Но законы жанра этого не позволяют. «Если можно выбирать, кого придержать, а кого продвинуть, то завтра придет мысль, что лучше выбирать вообще вне очереди, — объясняла мне Аманда, республиканка и лейбористка со стажем. — Вся суть монархии в том, что мы не выбираем их, но и они не выбирают своей судьбы». Когда-то она точно так же объясняла мне, почему Елизавете нельзя было уйти «на пенсию». Критика Чарльза иногда бывает жестокой. Она может не замечать его хорошие качества: его трудолюбие, провидческий экологизм, хозяйственность (он прекрасный хозяин герцогства Корнуолльского, которое принял в 21 год, FT высоко оценило результаты его деятельности), эрудицию, личную скромность. Его справедливо критикуют за неразборчивость в принятии даров на благотворительность, за эмоциональную открытость. Его роль не из легких, на него еще долго будут смотреть, оценивая, дотягивает ли он до высочайшего стандарта своей мамы. В некоторых странах, где Елизавета оставалась главой государства, ее уход может подтолкнуть к отказу от монархии, от которого они воздерживались, пока Елизавета оставалась на троне. В некоторых частях Содружества усиливаются требования переоценки колониального прошлого Британии, извинений и искупления вины. Великобритания наслаждалась и гордилась своей королевой слишком долго. Поколения сменяли друг друга, а она была на посту. После 70 лет неизменности ее уход многими ощущается как сиротство и обостряет тревогу за неясное будущее. Эти тревоги имеют серьезные и очень реальные основания. Под вопросом сохранность самого Соединенного Королевства как союза Англии, Уэльса, Шотландии и Северной Ирландии. Политика страны поражена крайней поляризацией. Правящая c 2010 года партия консерваторов продолжает подталкивать нацию ко все более напряженным отношениям с европейским соседом — экономическим гигантом. Мировая политика становится все более турбулентной и непредсказуемой. Король Карл III будет решать все эти вопросы на восьмом десятке лет. * * * На третий день прощания официальная очередь в Вестминстерский зал была «поставлена на паузу» на шесть часов, после того как в 9.50 утра он был заполнен до отказа. Перед закрытием очередь составляла почти восемь километров, а время ожидания оценивалось в 14 часов. Евгения ДИЛЛЕНДОРФ, Лондон люди Дом в пасхальных тонах Как волонтеры в маленьком селе Поволжья спасли льва и его уникальную обитель. Репортаж Лев... 62 – 63 62 – 63 Н а д е ж д а А Н Д Р Е В А «НОВАЯ РАССКАЗ-ГАЗЕТА» No5 CЕНТЯБРЬ 2022 СТР. 64–65  ...и его обитель На штакетник под стриженым ясенем музейщики вешают табличку за стеклом. Все очень официально: «Дом со львом. Режим работы: ежедневно». На будке уличного сортира пишут мелом: «Телефонная». Гости уже шагают сюда по щебенке — белый туристический автобус не влез в переулок Пушкина. «Ставьте чайник!» — кричат на свежесколоченной веранде. Это из-за нее, веранды, а также дощатой сцены и помоста в Поповке, столько суеты. В музейном дворе, где были гуси из сена и много лебеды, презентуют концепт — культурное пространство как корабль. Деревянный помост действительно похож на корабельный нос. Отсюда можно смотреть на степь и далекие поезда. Под смотровой площадкой повесили детские качели. Проект реконструкции двора называется «Ковчег». Дом со львом — не просто здание с удачно положенной краской на стенах. Это место, где собираются люди, о которых хочется рассказать. Орел, телец и лев После яркого солнца снаружи кажется, что в доме сумрачно. Крашеные стены, гладкие и прохладные на ощупь. Тот самый лев с человеческими глазами — справа у окна. Считается, что это символическое изображение евангелиста Марка. Слева — беленая русская печь. Когда-то она действительно топилась, но больше не будет. Музейные волонтеры объясняют, что отопление вредит деревянным конструкциям. В красном углу — херувим, Георгий Победоносец и орел (как полагают искусствоведы, это символ Иоанна Богослова). Между окнами нарисованы деревья с яблоками и тюльпанами на ветках. Самое дальнее «древо жизни» поливает маленькая фигурка в платье. На потолке — ангел с цветущей веткой (возможно, евангелист Матфей). В этом месте к потолку подвешивали люльку, чтобы младенец мог разглядывать лицо наверху. За дверью — узкая спальня, выкрашенная розовым (как говорится на странице музея, это редкий для крестьянской живописи цвет). Во всю стену растянулось гусиное стадо. Птиц погоняет прутиком мужчина в греческой тоге. Музейщики считали, что это зарисовка с натуры — гусей в Поповке до сих пор много. Комментаторы в соцсетях узнали в пастухе святого Трифона. 80 квадратных метров росписей и 14 одушевленных героев — такого исследователи народной живописи нигде больше не видели. О художнике ничего не известно. «Он был профессионалом. Пользовался красками собственного изготовления. Сделал их мастерски, так что за 100 лет цвета не потерялись, — говорит представитель музейной команды Максим Музалевский. — Судя по всему, это был человек свободного образа мыслей и с чувством юмора. Изображая символ евангелиста Луки, он вместо тельца нарисовал корову — животное, более известное крестьянину и полезное в хозяйстве. Ангела над зыбкой он сделал женщиной». Необыкновенные росписи нашли в 2009 году. «Поповка — поющее село. На 240 жителей у нас три хора. К нам приехали студенты саратовской консерватории, чтобы записать обрядовые свадебные песни, и университетские филологи — за фольклором, — вспоминает учительница музыки сельской школы Наталья Кузьмина. — Ребята спросили, нет ли в деревне еще чего-нибудь интересного? Я предложила сходить в этот дом. Последний хозяин умер почти за десять лет до того, здесь никто не жил». Студенты отвезли фотографии в хвалынский музей Петрова-Водкина. Через полгода музейщикам позвонила незнакомая барышня из Санкт-Петербурга. Это была Юлия Терехова — искусствовед из Европейского университета, специалист по домовой росписи. Еще студенткой Юлия объехала Архангельскую, Вологодскую, Кировскую, Тюменскую области, Урал, Алтай, Бурятию и была уверена, что знает «в своей сфере плюс-минус всё». Роспись в домах — не редкость в северных регионах, но чаще речь идет об отдельных живописных элементах — тут цветочек, там птичка. В Поволжье ничего подобного не встречалось. То, чего не бывает, Юлия случайно увидела на любительских фотографиях во время студенческой конференции в Саратове. Терехова была уверена, что местные власти или бизнесмены — владельцы соседнего горнолыжного курорта превратят домик в музей. Но быстро поняла, что придется действовать самой. Она выкупила избушку у наследников владельца за собственные 80 тысяч рублей. люди Дом в пасхальных тонах СТР. 62–63  Гусиное стадо, птиц погоняет прутиком юноша в греческой тоге, в нем узнали святого Трифона Хранитель и гости Посещение музея совершенно бесплатно. Если кому и достаются «донаты» от гостей, то дяде Пете, деревенскому хранителю музея. Его троюродная тетка Матрена Михайловна росла в доме со львом с пяти лет. Здесь работал домашний детсад, мама тети Моти присматривала за своими и соседскими детьми. Сама Матрена Михайловна вырастила 13 детей и прожила почти 90 лет. «Конечно, знали, что в доме нарисовано, — заметно «окая», рассказывает дядя Петя. — Ну и нарисовано, какая разница. Около льва койка стояла, а дети на печке спали». В селе росписи не считали чем-то замечательным. Последние хозяева чуть не раскатали ставшую ненужной избушку на баню. Петр Егорович живет напротив музея. Вокруг его дома — зеленый забор с жестяными петухами, пышные анютины глазки во дворе. Говорит, что родился в Поповке, «у тетки в конюшне, в роддом тогда не возили». Поэзией Некрасова собеседник не увлекается, но цитату приводит почти дословную: «Семья-то была большая, да мужиков двое — отец мой да я. Пять сестер, старшая 1938 года рождения, младшая — 1960-го». За пределы деревни дядя Петя выезжал по особым случаям — в военкомат и за невестой на станцию Возрождение. «Как с армии пришел, отец сразу меня женил, чтобы не избаловался. Ухаживал за ней, конечно. А вот как?.. Цветов-то как раз и не было. И на танцы так и не сходили, — дядя Петя трет затылок, пытаясь припомнить что-нибудь романтичное. — Венчались украдкой. Я-то пастух, а Валя в библиотеке работала. И вот уже 50 лет с бабушкой живем». Весь остальной мир едет в Поповку сам (во всяком случае, так было до последнего времени). «Англичане были, немцы, французы, загибает пальцы Петр Егорович. — Как я с ними разговаривал? Они по-своему, я посвоему, а уж молчали мы одинаково». Запомнились хранителю только первые гости из Соединенного Королевства — семейная пара с переводчицей. После экскурсии дядя Петя пригласил их на обед. Показал русскую печку в кухне (в отличие от музейной она не побелена, а обложена кафелем), трюмо, шифоньер и велосипед с 30-летним пробегом. «Жена щи сварила и яйца. Англичанин сидит и ложечкой яйцо чистит! Чудак! — раз64 – 65 «НОВАЯ РАССКАЗ-ГАЗЕТА» No5 CЕНТЯБРЬ 2022 СТР. 66–67  Хор «Раздолье» водит руками Петр Егорович и, подумав, добавляет: — Хотя, если я к ним приеду, тоже чудаком буду». Туристов в Поповке встречают школьный ансамбль «Терешаночка» и хор «Раздолье», в котором поют пенсионерки. Пожертвования идут на новые костюмы. В 2015 году благодаря меценатам ребята из «Терешаночки» побывали в Мюнхене, выступали в монтессори-школе. Затем школьники и педагоги на неделю ездили в Москву. В 2016-м — на восемь белых ночей в Петербург. Музеи согласились принять детей из Поповки бесплатно. В конце 2019-го готовилась поездка в Великобританию, но помешал ковид. «Такое не проходит бесследно», — говорит о полученных детьми впечатлениях учительница Наталья Кузьмина. Сейчас в Поповке 39 школьников и 13 детсадовцев. В школе осталось девять классов. Старшей ступени обучения нет, без ЕГЭ нельзя поступить в вуз. После появления музея в Поповку протянули интернет и асфальтовую дорогу. Дорога, правда, после первой зимы уплыла. Но со второго раза у казенных подрядчиков получилось. «Улицы надо заасфальтировать хотя бы к музею. Освещение нужно, а то одна лампочка на деревню. Водопровод поправить, а кто делать будет? Раньше было почти 500 дворов, сейчас разъехалось село. Кто в Москве, кто на севере», — неунывающий дядя Петя вдруг перестает хохмить. Медпункта и аптеки в Поповке нет. Раньше по вторникам и пятницам приезжала фельдшер из соседней Елшанки, но теперь ушла на пенсию. Ближайшая больница — за 25 километров в райцентре. Сохранение наследия В доме со львом прошло почти двадцать волонтерских лагерей. Добровольцы из Саратова и Москвы привели дом и двор в порядок. В 2012 году на грант Фонда Потанина здесь поставили аудиогид и информационные стенды, открыли сайт музея. В 2014-м на грант Фонда Тимченко рядом с избушкой построили культурный центр — здесь есть огромное окно в поле, библиотека и даже телескоп. В 2017-м музейщики объявили сбор денег на реставрацию домика, износ которого приближался к 70 процентам. Пользователи портала Planeta.ru пожертвовали более 700 тысяч рублей. Команда получила средства Фонда Ильи Варламова и Фонда президентских грантов. Дом со львом официально не считается объектом культурного наследия. По словам Юлии Тереховой, такой статус затянул бы работы. Пришлось бы ждать, пока памятник включат в программу реконструкции. В Саратове бывали случаи, когда здание падало раньше, чем подходила очередь на ремонт. Кроме того, по закону тендер выигрывает не лучший специалист, а самый дешевый. В Поповку пригласили реставраторов фирмы «Нагель», работавших, например, в Асташовском лесном тереме в Костромской области. Дом со львом нельзя было просто разобрать и собрать заново, заменив сгнившие части. Роспись здесь нанесена непосредственно на стены, сложенные из плах — половинок расколотых вдоль бревен. Реставраторы подвесили стены на металлическом каркасе и положили под них новый фундамент. Исследование показало, что при постройке фасад был раскрашен в яркие пасхальные цвета. Реставраторы узнали не только оттенки, но и состав краски на льняном масле. Сейчас дом украшен в точности, как век назад. Работы длились полтора года. В 2020-м участники проекта получили профессиональную премию AD Design Award в номинации «Сохранение наследия». «Том Сойеры» В нынешнем году культурно облагородить музейный двор позвали плотников-любителей, организующих в Саратове «Том Сойер фест» (ТСФ). Это волонтерский проект по восстановлению старинных домов действует более чем в 20 регионах. Участвовать в ТСФ может кто угодно. Можно — деньгами, можно — руками. Можно прийти на строительную площадку, не умея делать вообще ничего, и выполнять функции чернорабочего. А можно чему-нибудь научиться, если найдется желающий учить. Назвать хотя бы приблизительное количество участников нельзя: волонтер может отработать на объекте один день, а если хочет — весь сезон. Дядя Петя люди Участники не получают никакого материального вознаграждения. Каждый сам придумывает причину бесплатно потратить свои силы и время. Кто-то любит мастерить, а основное место работы этого не предполагает. Кто-то хочет чувствовать себя полезным гражданином и сделать хорошее городу. «Том Сойеры» работают с домами, не имеющими официального статуса памятника. Выбирают здания, которые находятся в людных местах и не определены под снос. Ну и владельцы должны быть не против. В 2018–2020 годах саратовские волонтеры восстановили деревянную избушку на улице Мичурина и двухэтажный особнячок, в котором жил скульптор Александр Кибальников (автор памятника Третьякову у Третьяковской галереи и Маяковскому на Триумфальной площади). Перед началом работ участники проекта уточняли в мэрии, что здания не считаются аварийными. В конце 2020-го, когда в доме Кибальникова оставалось доделать оконный декор, городские власти объявили, что оба объекта снесут. «Ничто не убивает инициативу так, как осознание бесполезности своего труда», — говорит бывший координатор саратовского ТСФ Александр Ермишин. В этом сезоне волонтеры не брали новых объектов в Саратове. Александр занимается собственным бизнесом — торгует шинами. Раньше состоял в партии «Яблоко». Ходил на выборы в гордуму независимым кандидатом. Возглавляет общественное движение «Жить здесь», участвует в экологических акциях — защищает елки на городских улицах, чистит загаженную канализацией речку Гуселку. Спрашиваю Александра: возможно ли волонтерство сейчас, когда из-за разногласий по «украинскому вопросу» рвут отношения даже родственники? «Это все шарахнуло по обществу, — мрачно кивает Ермишин. — Но в «Том Сойер Фесте» мы изначально группировались вокруг дела, а не политических идей. Рядом со мной работали товарищи в майках с Путиным. Когда люди вместе тащат и шкурят бревно, между ними завязываются другие отношения. Это сильнее, чем идеологические пристрастия. Мы разные, но мы живем на берегу загрязненной реки, ходим по разбитым тротуарам без деревьев. Это должно нас объединить. Наверное, государство этого опасается. Чиновникам трудно представить, что можно провести мероприятие, не привозя бюджетников на автобусах. Что люди могут сами прийти, потому что считают: это правильно. Эти люди вызывают подозрение: вдруг они могут что-то еще сделать без разрешения?» «Люди не читали старых доносов» «Почему в маленькой Поповке никто не помнит, как звали хозяев дома, кто его расписал, куда все они делись? Да потому что за это убивали!» —взрывается Алексей Голицын, саратовский журналист, который занимается архивными исследованиями по репрессированным. — Если ты помнил, кем был твой дедушка, — это фактор риска для всей семьи. Потомки выживших с детства понимали: меньше знаешь — крепче спишь». Алексей редактирует саратовский журнал «Волга». В 2014 году в редакцию принесли рукопись — воспоминания местного литератора о культурной жизни Саратова 1930-х годов. «Я должен был написать комментарии. Видел в тексте имя — и понимал, что ничего не слышал об этом человеке. Следующее имя — тоже никакой информации! Я начал копать», — вспоминает Голицын. Удивительным источником сведений оказались стенограммы партсобраний. Там и наАлександр Ермишин Дом в пасхальных тонах СТР. 64–65  Ангел над зыбкой неожиданно стал женщиной 66 – 67 «НОВАЯ РАССКАЗ-ГАЗЕТА» No5 CЕНТЯБРЬ 2022 шлись фамилии «закэнселенных»: сначала обсуждался «сигнал», поступивший по поводу проступков партийца, а впоследствии упоминалось об аресте. Выясняя судьбу героев, Голицын пошел в архив ФСБ. За восемь лет нашел и прочитал больше 20 уголовных дел. В 2021 году Алексей выпустил книгу о репрессированных саратовских художниках. «Мне не удавалось найти сведения всего по двум. И вот в конце лета я получил дело одного из них — Якова Вебера!» Вебер жил в селе Мюльберг (сейчас — Щербатовка). Попал под раскулачивание, так как у художника был наемный работник — подмастерье, который смешивал краски. 60-летнему живописцу дали 10 лет лагерей. Позднее наказание смягчили до пяти лет ссылки. Вебер вспоминал: блатные в бараке считали, что он не жилец, и уже разыграли в карты его золотые коронки. По закону прочитать уголовное дело репрессированного могут только его родственники. Голицын разыскал потомков Вебера в Германии. ФСБ сочло, что не сходятся сведения в документах 1896 года, подтверждающих родство. Родственная линия нужной степени близости нашлась в Нижнем Новгороде. Оказалось, что внуку художника — 78 лет и он не выходит из квартиры, опасаясь ковида. Саратовец из своего кармана оплатил вызов на дом нотариуса, чтобы пожилой человек мог оформить доверенность. В архиве ФСБ нельзя ксерокопировать материалы. Разрешено делать выписки от руки. «На машинке напечатано только обвинительное заключение для тройки. Остальное писал следователь, имевший, как он сам указывает, «нисшее образование». Много ли разберешь и перепишешь за час? Я попросил разрешения пользоваться фотоаппаратом. Нельзя. А диктофоном? Мне ответили: в здание управления запрещено проносить нелицензированную технику. А какая лицензированная?.. Там, видимо, поняли, что этот псих не отстанет никогда. И прислали мне копии дела Вебера по почте, лишь бы больше не приезжал. Всего пять лет ушло». Спрашиваю Голицына, зачем ему это надо? «У меня что, выбор есть? — усмехается он. — Кроме меня, это делать никто не будет. А я уже знаю механизм, и настырность появилась». Алексей рассказывает, как в этом году случайно понял, что трое его знакомых из Саратова и Москвы — потомки трех заключенных из горьковского лагеря. Их деды сидели в одном бараке и упоминали друг друга в письмах. «Я познакомил их между собой. Они обнимались и плакали, как будто нашли потерянного родственника». «Не знаю, на чем основана моя уверенность, но думаю: если мы будем знать о людях, которых лишили жизни по прихоти государства, о том, как именно это происходило, это не повторится», — говорит Голицын. Он напоминает, что с 1934 года политические дела, в отличие от уголовных, рассматривали без адвокатов и свидетелей, с немедленным исполнением приговора. Самое длинное судебное заседание из тех, протоколы которых он читал, длилось 20 минут. Самое короткое — десять. Как говорит исследователь, «доносчиком мог быть кто угодно»: «Корыстных стукачей, которые пытались добиться личной выгоды, было немного. В основном люди действовали из страха, ведь существовала статья о недонесении, и из-за веры в государство. Никто не допускал мысли, что государство может творить зло». По мнению Алексея, «донос как форма общественной жизни возвращается из-за того, что люди не читали старых доносов». Надежда АНДРЕЕВА Фото автора Алексей Голицын Приходится ностальгировать по 1972-му, кто бы мог подумать! Не по давно ушедшей молодости, не по разнообразным (не только милым) ее приметам, не по советскому образу жизни и прочим вещам, составляющим само понятие «ностальгия» в широком его значении. Я про то, как мы отмечаем знаковую спортивную дату — без сомнения, самую важную для 2022 года, даже с учетом того, что на сентябрь приходится и 50-летие знаменитого олимпийского баскетбольного финала СССР—США, воспетого в фильме «Движение вверх». Валерий Харламов Всеволод Бобров Владислав Третьяк Александр Мальцев и канадский голкипер Тони Эспозито, пропустивший шайбу в свои ворота, во Дворце спорта Центрального стадиона имени Ленина в Лужниках Тони ий ша рце сп а им Александр Мальцев и канадский голкипер Эспозито, пропустивши в свои ворота, во Двор Центрального стадион Ленина в Лужниках Какая музыка была Взгляд через полвека на Суперсерию-1972, изменившую не только хоккейный мир Александр ЯКОВЛЕВ / ТАСС Виктор БУДАН, Виктор ШАНДРИН / ТАСС scoopnest.com Википедия 68 – 69 «НОВАЯ РАССКАЗ-ГАЗЕТА» No5 СЕНТЯБРЬ 2022 СТР. 70–71  Рожки и ножки Юбилей хоккейной Суперсерии-1972 отмечается без объятий с друзьями-соперниками, без ставших традиционными дружеских визитов, встреч непосредственно на площадке, пусть и на юниорском уровне, без совместных воспоминаний, сопровождавшихся признаниями во взаимном уважении и где-то даже любви. А отмечание в одиночестве — признак болезни и даже беды, тут ни убавить, ни прибавить. Можно, конечно, крутить ролики во время хоккейных матчей Континентальной хоккейной лиги, чествовать великих ветеранов, напоминать о славном прошлом, но все равно праздник получается односторонним, а он должен быть общим — как бывало практически на всех предыдущих юбилеях, когда и наших замечательных хоккеистов с любовью принимала Канада, и мы принимали Фила Эспозито и компанию как самых дорогих гостей. Порой эти приемы использовались российской стороной не по назначению — когда ни о чем не подозревающих канадских ветеранов в феврале 2012-го подключили к избирательной президентской кампании, но на это и у нас, и у них постарались не обратить внимания, вроде как дело хозяйское. 23 февраля 2021 года была проведена видеоконференция Канада—Россия, посвященная предстоящему 50-летию, с обеих сторон строились грандиозные планы, и еще 21 февраля этого года один из главных героев Суперсерии, президент Федерации хоккея России Владислав Третьяк встречался с послом Канады в России, чтобы предметно обсудить план предстоящих мероприятий. От которых, как мы понимаем, в последние полгода остались рожки да ножки. Возможность и невозможность Да, я тоскую по 72-му. По времени, когда можно было договариваться даже с идеологическим противником, когда в СССР что-то сдвинулось с мертвой точки и посреди изрядно примороженной оттепели снова вдруг повеяло чуть теплым ветерком. Ну конечно, именно что чуть, но как же это наглядно было видно, когда на льду монреальского «Форума» друг против друга выстроились ребята, которые не должны были там оказаться ни при каких обстоятельствах! Потому что они были плохие, а мы хорошие. И наоборот, если смотреть из-за океана. Потому что для них мы были «воинственные коммунисты», а они для нас — «агрессивный разложившийся Запад». Потому что, несмотря на моменты потепления, разного рода научные, культурные, спортивные контакты и прорывы, ни о какой конвергенции двух принципиально разных систем, стилей жизни и менталитетов не могло быть и речи — стороны в главном оставались, казалось бы, непримиримыми. Советскому Союзу предписывалось жить согласно постановлениям XXIV съезда КПСС, демократии условного «Запада» продолжали успешно «загнивать». Разрядка во взаимоотношениях двух систем проклевывалась, но еще не казалась неизбежной, намеки на нее нуждались в подкреплении не только на высоком официальном уровне. Что принципиально важно — уж не знаю каким образом, даже в твердолобых головах советских партийных лидеров все-таки угнездилась мысль о принципиальной невозможности организованной ядерной катастрофы, какими бы мотивами она ни объяснялась. Жонглировать словами о «радиоактивном пепле» тогда никому в голову бы не пришло. И это была спасительная для человечества мысль, логическим образом ведущая к прагматичной советской формуле «мирное сосуществование», которая, в свою очередь, вызывала к жизни идеи, про осуществление которых раньше и подумать было нельзя. Не то что обсуждать. Глядя из нашего сегодня, полагаю без претензий на научность и объективность, что есть идеология ущербная и есть идеология пещерная. Первая в позднесоветском варианте всетаки предполагала некую договороспособность. Вторая в среднероссийском варианте не предполагает и этого. Пещерная идеология — это только верховенство грубой силы с известными вытекающими последствиями. На этом терминологический экскурс заканчиваю, переходя непосредственно к хоккею. Реальность прорыва Суперсерия, о которой лет десять грезил главный идеолог советского хоккея Анатолий Тарасов и необходимость которой в конце концов осознали и за океаном, обрела реальные очертания весной 1972-го. Непосредственно ситуация «разминалась» уже третий год, и порой казалось, что «там» противников исторической встречи не меньше, и они не менее упертые, чем наши фанатики из Центрального комитета КПСС. В Канаде «за» был популярный премьер-министр Пьер Трюдо, советские лидеры до таких мелочей, как хоккей, не опускались, но это не значит, что верхушка не обсуждала возможность встречи советских хоккеистов с заокеанскими профессионалами — с учетом того, что генеральный секретарь ЦК КПСС Леонид Брежнев хоккей любил тоже. Это была пусть и не явная, но все же точка сближения. Поэтому и в ЦК были сторонники контактов на ближнем и всем понятном уровне — в частности, и.о. заведующего международным отделом Александр Яковлев, которому его инициативы скоро аукнутся. По иронии судьбы Яковлева осенью того же года за излишнюю активность в продвижении чуждых идеям социализма начинаний (не хоккей был поводом для почетной ссылки, а статья в «Литературной газете») отправят послом... в хоккейную Мекку — Канаду. Со стороны Канады главным толкачом был глава профсоюза игроков НХЛ Алан Иглсон, прекрасно понимавший значение предстоящих встреч как для повышения акций НХЛ (на пятки лучшей лиге мира наступала «конкурирующая фирма» в лице недавно созданной Всемирной хоккейной ассоциации), так и для себя лично. Общемировое гуманитарное значение предстоящей серии ни Канадой, ни СССР еще не осознавалось. Обе стороны, естественно, жаждали победы. Наша сторона — скорее с тайной надеждой, потому что опасалась канадских профессионалов, о непобедимости которых здесь были наслышаны. Канадская сторона готовилась с долей снисходительной уверенности первооткрывателей великой игры, раздраженных тем, что на канадскую монополию не без успеха, особенно в предыдущее десятилетие, покушались русские. ощущения В л а д и м и р и р М О З Г О В О Й Правда, преимущества социалистического образа жизни советская сборная раньше демонстрировала исключительно на любительских канадских командах, причем даже не на сборных, а на клубах, и далеко не сильнейших (а во второй половине 50-х на чемпионатах мира даже им регулярно проигрывала). С 1963-го любительскую сборную Канады парни с четырьмя буквами на груди побеждали уже неизменно. И при всем скептическом отношении канадцев к чемпионатам мира и даже Олимпийским играм, эти укусы, несомненно, влияли на общественное мнение. Недавно Кен Драйден, наряду с Тони Эспозито защищавший ворота сборной Канады в Суперсерии, сказал, что фраза «русские — чемпионы мира по хоккею» раздражала особенно сильно. Требовалось наконец выяснить, кто сильнее в варианте «наши лучшие против ваших лучших». Все прекрасно понимали, что советские «любители» любителями были лишь номинально. Поверх стереотипов Слово «профессионалы» применительно к спорту у наших пропагандистов имело ярко выраженный отрицательный оттенок. В «мире чистогана» не могло быть ни честного спорта, ни здорового образа жизни — все сплошное шоу, ради наживы и потехи публики. Положительными героями рассказов и очерков о зарубежном спорте становились лишь те, кто бросал вызов этому миру или невольно попадал в его лапы (впрочем, не всегда это было исключительно пропаганКакая музыка была СТР. 68–69  unsplash.com 70 – 71 дой). Не лучше были и типичные представления о наших «любителях», которые все как один должны были ходить строем, презирать и ненавидеть заграничное и быть верными солдатами партии. Наши хоккейные «комми» вряд ли вспоминали о своем партбилете, когда правдами и неправдами провозили из-за границы в хоккейных баулах мохер и болоньевые плащи, джинсы и «оздоровительные» медные браслеты (о том, как он в дипломате возил последние, мне лично рассказывал Александр Рагулин). Это была привилегия героев спорта, такая же привычная, но тайная — в отличие от медалей, которые они завоевывали в честной спортивной борьбе. Мало кто из них был фанатиком идеи, поколение чемпиона мира-1954 Николая Пучкова, который говорил про капиталистов «мы их жалели», уже сошло со сцены, но что такое «защищать честь Родины», все они, и не только армейцы и динамовцы, знали отлично. На эту территорию лучше было не заходить — не случайно первые беглецы из СССР среди хоккеистов появились только в конце 80-х. Политический аспект противостояния применительно непосредственно к хоккеистам был все-таки ярче выражен у канадцев, пусть и не у всех. Тут никакого парадокса нет — СССР был сильным раздражителем, давал основания для того, чтобы его опасаться, где-то даже ненавидеть, а Канада отнюдь не олицетворяла собой хищный и агрессивный капитализм, это скорее относилось к ее южным соседям. На мой тогдашний взгляд, весь политический фон если не испарился, то был как-то сразу слегка приглушен Игрой. Конечно, клише никуда не исчезли, но игра, если она настоящая, поднимается над всем наносным, каким бы важным это наносное ни казалось. Естественно, пропагандисты с обеих сторон не дремали, не давая затухнуть «холодной войне на льду», но гораздо сильнее был посыл отстоять свою идентичность у канадцев, и подтвердить свое право на первые роли — у советских хоккеистов. Разные победы Для официального и неофициального СССР символом первой Суперсерии стал монреальский триумф советской сборной 2 сентября в первом же матче, а для всей Канады — итоговая победа в восьмом, последнем матче серии в Лужниках 28 сентября. Для Советского Союза ключевыми словами стали «развеян миф о непобедимости канадских профессионалов» и сакраментальное озеровское же «такой хоккей нам не нужен», а для них — яростный патриотический спич Фила Эспозито после проигранного хозяевами четвертого матча канадской части серии в Ванкувере и гол Пола Хендерсона за 34 секунды до финальной сирены заключительной встречи. Международной федерацией хоккея именно этот гол поставлен на второе место в списке важнейших хоккейных событий прошлого века. На мой взгляд, шок канадской аудитории после первого поражения в Монреале был сильнее, чем разочарование советской аудитории в Лужниках и у экранов телевизоров. Канада, мягко говоря, не ожидала разгромного поражения своих звезд. А мы, что греха таить, уже «победили по разнице шайб», в чем нас наперебой старались уверить. Но я и сейчас, пересматривая видеозапись, никак не могу отделаться от мысли, что все еще может быть иначе — Ляпкин не замешкается, Хендерсон после того, как врезается в лицевой борт, не выскочит чертом на пятак, а Васильев отбросит шайбу куда-нибудь подальше, а не на клюшку Эспозито. «НОВАЯ РАССКАЗ-ГАЗЕТА» No5 СЕНТЯБРЬ 2022 ,, Требовалось, наконец, выяснить, кто сильнее в варианте «наши лучшие против ваших лучших». Все прекрасно понимали, что советские «любители» любителями были лишь номинально 22–28 сентября 1972 г. СССР. Москва. Советский защитник Александр Рагулин и канадский центральный нападающий Фил Эспозито (слева направо) во Дворце спорта Центрального стадиона имени Ленина в Лужниках СТР. 72–73  ощущения - л у л я - й е - о 22–28 се СССР. Моск защитник Алекс и канадский нападающий (слева напра спорта Централь имени Ленин Виктор ШАНДРИН / ТАСС Советский голкипер Владислав Третьяк (в центре) после пропущенного гола в свои ворота в заключительном матче из серии товарищеских хоккейных матчей между сборными командами СССР и Канады ощущения Виктор ШАНДРИН / ТАСС Какая музыка была СТР. 70–71  Раскадровка «гола века», как окрестили его в Канаде, у нас не была сделана. У нас вообще смыли все телерепортажи одного из главных спортивных событий предыдущего столетия, смыли даже телерепортаж из «Форума», нимало не озаботившись тем, что именно он «развеял миф». В принципе, это прекрасно иллюстрирует то, как восприняли Суперсерию в «мире бездушного чистогана», и то, насколько пролонгированно она сработала у нас. Мы, в силу своих представлений, сделали акцент на «развеянном мифе» и фразе «такой хоккей нам не нужен», они, презрев право на первородство и монополию, Николая Озерова переиначили на «такой хоккей нам нужен». Нам их хоккей тоже был нужен, даже очень. Кто был лучше Перипетии «серии века» описаны многократно, повторяться нет нужды. Канадские видеозаписи с нашими поздними комментариями есть в интернете, из многочисленных книг можно порекомендовать две — дневниковые записи голкипера сборной Канады Кена Драйдена «Хоккей на высшем уровне» (в оригинале — «Вбрасывание на высшем уровне»), вышедшие у них сразу после серии, а у нас через два года, и прекрасную книгу Андрея Колесникова «Холодная война на льду», изданную к 40-летию Суперсерии «Новой газетой». У нас никто дневников по ходу событий не вел, и никто, кроме Колесникова, не удосужился создать нечто цельное о событии, изменившем хоккейный, и не только хоккейный, мир. Я разговаривал со многими участниками и свидетелями Суперсерии — Александром Рагулиным, Валерием Васильевым, Александром Якушевым, Владиславом Треть яком, Вячеславом Анисиным, и ни от одного из них, даже от получившего четыре памятных перстня как лучший игрок матча Якушева, не слышал, что эти игры стали главным событием в карьере. Ветеран спортивной журналистики Всеволод Кукушкин справедливо заметил, что, если бы случился провал, Суперсерия удостоилась бы нескольких строчек петитом в газете «Советский спорт» — на фоне летней Олимпиады в Мюнхене, трагической и триумфальной, это было бы представлено как серия обычных товарищеских матчей. Что касается итога, то, скорее всего, после канадской части серии у нас решили, что сделано не полдела, а почти все дело. И после во многом шальной победы в первом лужниковском матче мысль эта, как мне кажется, подсознательно овладела и нашими звездами. Они как-то расслабились, успокоились — а канадцы, наоборот, «озверели». Подопечные Гарри Синдена наконец ощутили себя командой, способной переломить ход серии. Учтем, что практически все они имели опыт семиматчевых противостояний в Кубке Стэнли, чего не было и не могло быть у наших ребят. После второго московского 72 – 73 «НОВАЯ РАССКАЗ-ГАЗЕТА» No5 СЕНТЯБРЬ 2022 поражения хозяев элементарно заколотило, что и сказалось в третьем периоде заключительной встречи — вели 5:3, уступили 5:6. Насколько великий Всеволод Бобров был гениальным интуитивистом, умеющим раскрепостить игроков, настолько он со времен своей игровой карьеры не любил тарасовские «бумажки» и накачки. Но накачки накачкам рознь — во время московской части серии мотивация оказалась выше у канадцев, равно как и тактическая гибкость, чему они успели научиться у «комми» в Канаде. К московской части серии у Боброва с Кулагиным не осталось ни одного цельного звена, ресурс замен оказался слабоват, к тому же хулиган Бобби Кларк в шестой игре вывел из строя самого яркого игрока советской сборной Валерия Харламова, замену которому найти было невозможно. Да, Валерий вышел на лед в завершающем матче, но с такой травмой лодыжки, что даже вполсилы играть не мог. Ну и публика не помогла. По ходу всех четырех матчей три тысячи канадских болельщиков легко перекрывали советскую степенную аудиторию лужниковского Дворца спорта, получившую билеты в основном по разнарядке. Дело дошло до того, что советская переводчица, работавшая с канадскими хоккеистами, в какой-то момент скинула с себя пальто и, размахивая им, попыталась завести трибуны, чтобы хоть как-то помочь своим. На мой взгляд, нашей команде сильно не хватало Анатолия Фирсова, который находился в 1972-м в приличной форме, но так сильно топил за отставленного от сборной (впрочем, отставленного по собственному желанию после Олимпиады в Саппоро-1972) Анатолия Тарасова, что не удостоился приглашения в сборную Боброва. В отличие от Канады, вставшей на дыбы из-за отказа самому Бобби Халлу (тот накануне ушел в ВХА на немыслимый по тем временам контракт), наши болельщики легко смирились с тем, что в команде не будет Фирсова. Халла, впрочем, все равно не взяли — он сыграет «с Советами» через два года в составе сборной ВХА. А с учетом того, что из-за операции мениска не смог принять участие в серии лучший защитник Бобби Орр, силы в принципе были примерно равны, как и команды в целом. Но мы проиграли, как ни затушевывай очевидный факт, как ни пытайся скрыть это за формулировками типа «мы победили по духу». Духовитее-то как раз оказались подопечные Гарри Синдена, но куда важнее другое — выиграли обе страны, посмотревшие друг на друга без пропагандистских клише, выиграл мировой хоккей, интуитивно увидевший перспективы слияния двух стилей и будущее великой игры, выиграло человечество, потому что эта «холодная война» стала работающим символом мирного сосуществования. Не случайно даже самые зубодробительные события серии (кроме разве что охоты на Харламова) все участники вспоминали и вспоминают скорее с юмором. А вот то, что мы проиграли в долгосрочной перспективе, куда важнее непосредственно проигрыша серии. Поначалу это не сильно чувствовалось — наоборот, все последующие великолепные противостояния, достигшие пика в красивейшем эпическом трехсерийном финале Кубка Канады-1988, подчеркивали, что каждая сторона значительно обогатила свой арсенал, и обнаруживали примерное равенство сил. В 1980-е уже никто не мог сказать, что канадский стиль основан лишь на индивидуальном мастерстве и отличается тактической примитивностью, а советский основан на коллективизме где-то даже в ущерб личной креативности. Нет, произошло именно то, о чем грезил академик Андрей Дмитриевич Сахаров, — конвергенция, пусть в основном применительно к хоккею. Но и на образ жизни Суперсерия-1972 оказала несомненное влияние, хотя и косвенным образом. «Страшные профессионалы» оказались вполне себе живыми людьми, равно как для них прежде ненавистные «комми». Вот что надо было сохранить в первую очередь. Финальная сирена Финальная сирена, похоронно прозвучавшая для канадской аудитории «Форума», скорее всего, отразила на моем лице смесь изумления и восторга. Эта минута должна была оправдать мою вину перед сокурсниками с журфака, которые с начала сентября горбатились на необъятных картофельных полях деревни Зауфа, что под райцентром Красноуфимск Свердловской области. Я «откосил от колхоза», интуитивно понимая, что хоккейный сентябрь 1972-го никогда не повторится. Я не внес свой вклад в выполнение продовольственной программы СССР, но не пропустил события, оказавшего влияние на мою дальнейшую жизнь. Непосредственно реакцию на финальную сирену в последнем матче серии помню хуже (хотя ее легко можно представить), но ощущения, что «все пропало», и в помине не было — было ощущение, что все только начинается, что всех нас ждет какая-то новая жизнь. Мне было 18 лет, простительно. Все, что случилось с хоккеем после тектонического сдвига, похоронившего советскую Атлантиду, укладывается в мем, впервые озвученный кем-то из наших великих ветеранов, — «канадский хоккей взял у нас лучшее, а мы у него — худшее». Это не совсем так, но суть схвачена, как ни пытайся оспорить и предъявить какие-то аргументы. Тот советский хоккей ушел безвозвратно, но что это по сравнению с тем, в чем мы на данный момент проиграли глобально? Великое прошлое ничего не стоит, если ему противостоит совсем не великое настоящее. С юбилеем вас, дорогие болельщики! Из выступления президента Федерации хоккея России Владислава Третьяка, посвященного началу нового хоккейного сезона: — Успешные выступления и победы нашей сборной стали визитной карточкой русской команды, с тех пор за океаном относятся к нам с огромным уважением. А вообще Суперсерия-1972 — история, которую не забудут никогда. Это событие затмило все Олимпиады и чемпионаты мира. Уникальные матчи, в которых встретились два хоккейных стиля — жесткий силовой против комбинационного дисциплинированного. Развитие пошло так, что два стиля смешались, мы и канадцы попытались взять друг у друга самое лучшее. И высокий уровень хоккея в сегодняшней НХЛ и на международных турнирах — он есть только потому, что в свое время случилась Суперсерия. И сейчас одна из главных задач — как можно больше просвещать молодежь, рассказывать о тех матчах, о хоккеистах-героях, которые побеждали канадских профессионалов. Мы обязаны гордиться своими победами... У нашего хоккея великая история, которая способна вдохновить молодежь не только на занятия хоккеем, но и на чувство принадлежности к сильной стране, к нации победителей. Владимир МОЗГОВОЙ ITAR-TASS ощущения Где ищет и находит новых «врагов народа» Захар Прилепин и его «группа по расследованию антироссийской деятельности» Александр ЩЕРБАК / ТАСС *Внесены Минюстом в реестр СМИ-«иноагентов». ** Сеть признана экстремистской и запрещена в РФ. С ГРАД ползучий На презентации ГРАДа — так называемой «группы по расследованию антироссийской деятельности в сфере культуры» — 3 августа прозаик Захар Прилепин сидел в центральном кресле во главе стола. В тесном кабинете на 13-м этаже Госдумы он, конвульсивно подергиваясь, обличал деятелей культуры, занявших «антинародную позицию» по вопросу Крыма в 2014 году и не поддержавших СВО в 2022-м: «С такой культурой далеко не уедешь <...> Культура выступает против собственного народа — значит, с культурой что-то не в порядке». Прилепин предлагает себя власти в качестве «нового Луначарского», считает политтехнолог и галерист Марат Гельман*, признанный в России иноагентом. В интервью другому иноагенту, «Радио Свобода»*, Гельман заявил, что ГРАД — инициатива Прилепина, а Сергей Миронов, руководитель фракции «Справедливая Россия — За правду» и самая формально статусная фигура в гр уппе, видимо, «для Прилепина получил какой-то кивок в администрации [президента]». На презентации ГРАДа Миронов сидел по правую руку от Прилепина с каменно-мрачным лицом. А спустя неделю именно ему пришлось первым дезавуировать наиболее одиозную инициативу, которую общество связало с ГРАДом, — публикацию черного списка деятелей культуры. «Доносчику первый кнут» Так называемый «список 142-х» появился 5 августа во множестве изданий. На самом деле фамилий в списке 140, но составители дважды, с явным пристрастием, вписали в него известных продюсеров Сергея Сельянова и Александра Роднянского. Вообще небрежность, малограмотность и фактическая неточность списка поразили не менее его доносной сути. Протестную позицию («против») приписали некоторым вообще молчащим на тему СВО, а некоторые многословные сетевые комментаторы получили маркер «молчит». Давн о «Фейсбук»** и медиа не вскипали так дружно, высоко, пенисто — и резонно. Потому что вызов был брошен всему цеху литераторов: именно они преобладают в списке — притом что невидимый «оперуполномоченный» расписал занятия и профессии («сценарист», «критик», «писатель», «журналист/ка», «переводчик», «издатель», «филолог», «редактор», «ли74 – 75 «НОВАЯ РАССКАЗ-ГАЗЕТА» No5 СЕНТЯБРЬ 2022 СТР. 76–77  тературовед» и т.п.) иногда как попало. Нагло решили «поучить родину любить» и дуайенов цеха, Якова Гордина и Сергея Чупринина, людей с заслугами перед отечественной словесностью. Задев их, задели всех. В списке читается и угроза. Расчет на цеховую память репрессий. Сто с лишним лет люди бель летр — мишени государственного террора. И когда патриотическая общественность в телеграмканалах начинает язвить карикатурных либералов с флэт-уайтом в руке и на самокате, ей стоит вспомнить, что наши — и ее — цеховые предшественники мытарились до Ванинского порта тысячами, махали не кофейным стаканчиком, а киркой, а когда упокоились, то уподобились «святым своим, убитым, как собаки, зарытым так, чтоб больше не найти», по выражению поэта Ольги Седаковой. Возможно не соглашаться друг с другом, но списками — этим инструментом конвоиров — играть нельзя. Тут табу абсолютное. Среди первых реакций было заявление писательского объединения ПЕН-Москва: «История СССР насчитывает десятилетия тоталитаризма с миллионами заключенных, включая Варлама Шаламова (25 лет лагерей) и Александра Солженицына (8 лет заключения). Составление списков означает массовый донос и прямую провокацию. Инициаторы этого безобразия в государственных кабинетах, главным из которых является Захар Прилепин, путают дурную литературную фантазию с реальностью. Но по русской пословице — доносчику перв ый кнут». Именно эту пословицу иллюстрирует история Российской ассоциации пролетарских писателей, РАППа. Рассказывает историк литературы, писатель Наталья Громова: — В 1920-х РАПП следил от имени партии за так называемыми «попутчиками» — писателями, жившими после революции надеждой, что «все смягчится». Рапповцы не просто следили — они устраивали кампании травли: «борьбу с пильняковщиной», «борьбу с булгаковщиной». Иногда они сами назначали жертв, иногда жертв им «показывали» и могли при случае приостановить. Например, Булгаков смог защититься. А Маяковского они травили прекрасно. «Пролетарские» писатели ни дня не стояли у станка, это были бывшие гимназисты, устроившиеся на пропагандистские должности. Имелись очень мощные механизмы, чтобы лишить человека жизненных устоев: после статьи рапповцев в 1930-х юный Юрий Герман, написавший вещь, понравившуюся самому Горькому, был лишен карточек и голодал. Но когда Сталин в 1932 году решил построить единый Союз писателей, рапповцы перестали быть ему нужными, и РАПП был разгромлен. Они еще поплавают, будут на Беломорканале, но в 1937 году они будут массово расстреляны и уничтожены. Меня всегда поражает: Прилепин же в принципе знает эти факты, но он не умеет примерить на себя исторический опыт. Громова считает, что «в списке видна рука Прилепина»: — Он туда «назначил» все жюри премии «Большая книга». Такого же мнения и включенный в список литературный критик Михаил Эдельштейн. «Составление списка врагов начали с жюри премии «Большая книга» и экспертов Фонда кино», — иронизирует Эдельштейн в колонке для ресурса Belsat и предлагает искать мотив в том, что после 2014 года книги Прилепина не получали премии «Большая книга». Включенный в список издатель и просветитель Борис Куприянов фейсбучным постом ответил: «Я не уеду, это моя страна, сами убирайтесь!» ГРАД он назвал КРАДом, «консорциумом растраты административных денег», а «перечень 140» — «неким списком врагов народа». Ввиду такой общественной реакции составителям ничего другого не оставалось, как закричать: «Произошла чудовищная ошибка». И спустя пять дней молчания Сергей Миронов первым дезавуировал список. Но в его заявлении на партийном и личном сайтах нет слов, что список — фальшивка. «Грубо сработанной провокацией» названо лишь «появление в средствах массовой информации материалов о черном списке». Не сам документ. И, наконец, 29 августа Прилепин — уже не заряженный энергией, а тактически смиренный — поведал в своем YouTube-канале, что «кто-то щелкнул и тут же вывалил <...> в Сеть» списки экспертов Фонда кино, составленные в ГРАДе для неких внутренних подсчетов и планов «переформатирования». Но и оправдываясь скороговоркой, он глумился над памятью репрессий, намеренно активированной ГРАДом: «Наша либеральная фронда <...> орала на все голоса, что ее сейчас будут расстреливать, что, конечно, ерунда полная». Издатель Борис Куприянов назвал в разговоре с «Новой газетой» затею со списком «пробным шаром, который в дальнейшем будет как-то реализован». «Группа считающих, что настало их время» Старт оказался, на языке Достоевского, «несколько подсаленным». Выстрел списком — а ГРАД явно назван с намеком на одноименную реактивную систему залпового огня, бьющую по площадям, — оказался осечкой. Но есть оказавшийся пока более эффективным «крайне гуманный механизм», о котором рассказал «секретарь ГРАДа» и депутат Госдумы Дмитрий Кузнецов, руководитель штабов Захара Прилепина (последний с некоторых пор учреждает именные штабы в городах России). — Первая тема — это Большой театр, — сообщил Кузнецов. — 22 июля руководство Большого театра объявило планы работы на новый театральный сезон, в числе прочего в апреле будет премьера двух спектаклей в постановке режиссера Александра Молочникова. Молочников публично высказывался против [специальной военной] операции, поддержал обращение артистов против СВО <...>. Этот артист — он для нас просто тот, кто высказывается. Ответственный человек, который стоит за ним, — это, конечно, директор Большого театра Владимир Урин. Поэтому мы здесь пишем письмо с просьбой повлиять на человека, и <...> повлиять на него так, чтобы Молочников съездил в Донбасс, как-то занял однозначную позицию, высказался в поддержку государства. Если это не случится — тогда разорвать с ним контракт, чтобы в Большом театре его постановки не было, если человек каяться не готов. И для того, чтобы помочь Владимиру Георгиевичу [Урину], мы пишем еще министру культуры Любимовой — пусть проконтролирует ситуацию: если у Владимира Георгиевича не получится, справиться с Молочниковым не в состоянии, тогда уволить Владимира Георгиевича (смех в комнате) с должности директора Большого театра, потому что, конечно, это издевательство над патриотическим гражданским обществом, если это будет так происходить». Е Л Е Н А Б Е Р Д Н И К О В А ГРАД ползучий Кузнецов не сказал, кому он будет доносить на думском бланке, если Молочников не покается, Урин не пожертвует Молочниковым, а Любимова — Уриным. Но так далеко и загадывать не пришлось. Директор ГАБТа Владимир Урин письменно сообщил депутату Кузнецову, что в сезоне 2022/23 года режиссер Молочников не поставит, как то планировалось ранее, две оперы на сцене Большого театра. Хотя Кузнецов клялся, что ГРАД не против «художников», фактически именно им он и собрался перекрывать кислород руками функционеров от культуры. Только эти руки для начала придется выкрутить. Кузнецов демонстрировал такое выкручивание как нравственную альтернативу западной «культуре отмены»: ведь если творец покаялся, посетил Донбасс, «поддержал СВО» — то ставь, Молочников А.А., в ГАБТе и рахманиновскую «Франческу да Римини», и «Флорентийскую трагедию» на музыку Александра фон Цемлинского. Но это и есть «зоновский ультиматум», как некоторые выражаются за Уралом. Вторжение в пространство личной совести под разговоры о духовности. Творцам отказаться относительно нетрудно. У них совесть и репутация — невещественные, но главные производственно-карьерные ресурсы. А у менеджеров культурных институций есть еще и, на языке России XXI века, «заложники»: коллективы, дела, сами институции. — Они [ГРАД] свое дело сделали, уже напугали, — считает Наталья Громова. — Издатели панически боятся, они связаны с деньгами, тиражами, будут какие-то нейтральные вещи печатать. Круг уже очерчен, фамилии названы, и список будет работать. Пошли такие риски, на которые способны идти только люди отчаянные. У нас их сколько? Борис Куприянов помещает возню ГРАДа не в трагический контекст истории нашей словесности XX века, а в вечно-смешной ильфо-петровский «литературный трамвай» борьбы за успех. — Свести личные счеты при помощи политической ситуации — вот мотив ГРАДа, — говорит Куприянов. — Очевидно, они считают себя обиженными тем, что они не гиперпопулярны, и они думают, что за таким положением вещей скрывается «рука» другой, противоположной группы. Это очень смешно. В культуре возникла ситуация, когда есть группа лиц, считающих, что настало их время. Что теперь они могут так себя вести, а все, что было до них, должно быть смято, смыто. Люди бегут впереди паровоза, обижаются, что Веру Полозкову читают больше, чем их... Это не важно, что они дезавуировали список; и не очень интересно, дали им по шапке сейчас или не дали; и, конечно, речь здесь не про поддержку или не-поддержку [СВО]. Люди хотят добиться любви и понимания. Если нет других методов, то хотя бы так. Жажда славы и признания велика. При этом Куприянов напоминает, что литераторы либерального «вероисповедаСТР. 74-75  Соцсети ощущения 76 – 77 «НОВАЯ РАССКАЗ-ГАЗЕТА» No5 СЕНТЯБРЬ 2022 Елена БЕРДНИКОВА ния» также иногда зовут государство на оппонентов: — Либералы тоже любят кэнселинг, это в русской традиции. Достаточно вспомнить «письмо 42-х» «Раздавите гадину» в 1993 году. В мемуарной книге «Петербургские зимы» поэт Георгий Иванов описал технику кэнселинга, уже готового было замолоть 21-летнего Сергея Есенина. Осенью 1916 года он, солдат-санитар Полевого царскосельского военно-санитарного поезда No 143 Ее Императорского Величества Государыни Императрицы Александры Федоровны, искал сближения с царской семьей, читал стихи императрице и посвятил ей цикл в книге «Голубень». Это «Благоговейно посвящаю...» уцелело на части отпечатанных экземпляров. «Не произойди революции, двери большинства издательств России, притом самых богатых и влиятельных, были бы для Есенина навсегда закрыты, — писал Георгий Иванов в 1950-х. — Таких «преступлений», как монархические чувства, русскому писателю либеральная общественность не прощала... До революции, чтобы «выгнать из литературы» любого «отступника», достаточно было двух-трех телефонных звонков «папы» Милюкова кому следует из редакционного кабинета «Речи». Дальше машина «общественного мнения» работала уже сама — автоматически и беспощадно». П.Н. Милюков — лидер Конституционнодемократической партии и автор роковой думской речи «Глупость или измена», о которой он сам написал после революции: «История проклянет и нас, вызвавших бурю». Новая мировая война дала самому Георгию Иванову реальный опыт обструкции. Хотя во время жизни в оккупированном французском Биаррице он не напечатал ни строчки и коллаборационистом не был, его обвинили в германофильстве (его жена Ирина Одоевцева, урожденная Ираида Гейнике, была дочерью рижского немца), а также в мифическом общении с офицерами вермахта. По сути, Иванов заплатил за прогерманские, начала 1940-х, симпатии части эмиграции. Стереть «первого поэта эмиграции» не удалось, но, например, Союз русских писателей и журналистов в Париже приостановил его членство, а Литфонд в Нью-Йорке фактически вызвал на суд чести. Иванову пришлось оправдываться перед «прогрессивной общественностью» за то, в чем он не был виноват, до самой смерти в 1958 году. Более поздние примеры кэнселинга на памяти и на глазах. Однако есть большое «но». Либералы ни на одном повороте истории сонную артерию у своих оппонентов не искали. Погромную волну среди своих сторонников не поднимали. А у этого вида нетерпимости другая специальность: неустанно равнять и ронять общий уровень. Сбивать цензурной палкой выступающие над нивой колосья. В тучные 2000-е тираническая банальность части прогрессивной общественности — настолько ограниченной во всех смыслах, что ее назвали «тусовкой», — довела литературный ландшафт России до того, что на 40-й Лондонской книжной ярмарке 2011 года, где Россия была специальным гостем, британские издатели, критики и литагенты просто не узнали ее. Не согласились, что десант, привезенный тогдашним главой администрации президента Сергеем Нарышкиным, — это и есть русская литература. «Святая», как говорил Томас Манн. «Человеколюбивая», как писал в частном послании коллеге прозаикэмигрант Борис Зайцев. Тогда, в апогее медведевской «оттепели», мир не признал наследников глубоко чтимой им традиции в десятке с лишним постсоветских прозаиков. Одним из привезенных тогда в Лондон был Захар Прилепин, кстати, в компании с Борисом Акуниным, о котором теперь говорит, вибрируя от злого пафоса. Все последующие годы Прилепин пытается «отстроиться» от своего генезиса из этой буржуазной середины, из этико-эстетического обморока. Вся постсоветская Россия — страна чудовищно заниженной литературной планки, и самый известный народу писатель этой страны, а это точно Захар Прилепин, повествователь о жизни русского человека как забавного питекантропа, не имеет ни права, ни шансов представлять себя как голос какой-то «новой России». Того будущего, в которое, как известно, «возьмут не всех». Он весь оттуда, из прошлого, где у него, по его же словам, «все всегда было хорошо». И вот это настоящее, 2022 год, — и есть финальный градиент «постсоветского транзита» от красного к белому. Заключительная кода. И те, кто хочет, чтобы все сегодняшнее было, по слову Бориса Куприянова, «смыто и смято», сами уже в объятиях шторма. ГРАД — это истерическое цепляние, чтобы не унесло. «Для писателей — судьба ужасна абсолютно» Историк литературы Наталья Громова видит ближайшее будущее в мрачных тонах: — Все должно уравновеситься... А до той поры — кто-то «заснет», будет сидеть замороженный и не двигаться, ждать результата. Надеялись, что мы проскочим быстро эту станцию. Но нет. Пищевая цепочка очень маленькая, денег мало, одни будут есть других, врагами народа, иноагентами провозглашать друг друга. Для писателей — судьба ужасна абсолютно. Но советская ис тория говорит, что самая ужасная судьба ждет не тех писателей, кто замолчал, был затравлен или уехал по этапу, а тех, кто решил «есть» коллег. — Если у тебя была хоть доля таланта, то подобные дела заканчиваются его полной утратой. Участие в какой-то лжи, совместной травле приводит к тому, что талант почемуто исчезает. [Советский прозаик и сценарист] Петр Павленко писал, что писатели нужны не хорошие, а нужные. И все, он на этом кончается, ноль, нет такого писателя Павленко, а был! Писал вместе с Пильняком. Это не надо доказывать, жизнь все прекрасно доказала. 29 августа Захар Прилепин, облаченный в хипстерский светлый кардиган, странно косноязычно отступал на своем YouTube-канале из зоны поражения ГРАДа: — ГРАД — задумка моих однопартийцев, группы депутатов и сенаторов Государственной думы, которые — отчасти вдохновленные моими, но далеко не только моими, выступлениями и постами в социальных сетях о состоянии культуры — организовали группу, которая хотела бы даже не нивелировать, даже не минимизировать присутствие либерального лобби в культуре, а хотя бы пролоббировать возможность реальной конкуренции среди патриотической направленности художников, музыкантов, поэтов, писателей, кинорежиссеров — и либеральной [направленности]. А разогретая аудитория канала в комментах уже не слушала его тон и просила «37-й год», «Слово и дело!», «зачищать сферу культуры» и назвать «всех предателей поименно». И 2 сентября, налившись новой энергией и накинув камуфляжно-пятнистый псевдокитель, Прилепин уже слал к черту своих оппонентов. А фанатам, совершенно обезумевшим от обиды за Захарово бессилие в борьбе с супостатами, слал сигнал: «Не нашей детской лопаткой их оттуда выкорчевывать. Извините, товарищи, за грустные новости, я за реальную картину. Вот она, я ее нарисовал. Можете попросить другого художника сделать вам красиво». Ответом стал виртуальный вой: «Даешь СВО в культуре!» «Давить надо сук по всем фронтам))». «Штыковой или саперной». «Если враг не сдается, его уничтожают». «Всем кайло в «зубы» и чистить Беломорканал». «Прилепина в министры культуры!» Левая резьба Полицейские винтики и судейские гаечки. Идеальное соответствие Петр САРУХАНОВ 78 – 79 «НОВАЯ РАССКАЗ-ГАЗЕТА» No5 СЕНТЯБРЬ 2022 СТР. 80–81  А л е к с а н д р М И Н К И Н Прелюдия «Во дни сомнений, во дни тягостных раздумий о судьбах моей родины, — ты один мне поддержка и опора, о великий, могучий, правдивый и свободный русский язык!» Иван Тургенев Помните ли дальше? «Не будь тебя — как не впасть в отчаяние при виде всего, что совершается дома?» Понимаете? — с одной стороны русский язык, а с другой — всё остальное: государство, законы, армия, полиция, суды и (страшно сказать) царь с народом вместе. Надо осознать невероятное могущество русского языка, который уравновешивает и даже перевешивает всю государственную громаду с дорогами, дураками, чиновниками... Всё. Прелюдия закончена. Уведомление Задержанных судили за административное правонарушение. В таких случаях решение суда называется «постановление». Но мы будем использовать слово «приговор»; так понятнее. Преступные слова писателя XIX века Толстого В No1 журнала «Новая рассказ-газета» была опубликована моя заметка «Зеркало русской резолюции» — про полицейские протоколы. Именно язык этих протоколов стал предметом нашего разбора, а вовсе не политика. Сегодня наш предмет — язык и конструкции судебных решений (правомерность и справедливость которых мы не оцениваем, мы же не юристы). Однако для понимания судебного приговора совершенно необходимо сперва процитировать полицейский рапорт. Читайте внимательно, текст философский. Начальнику ОМВД России по р-ну Хамовники подполковнику полиции М.А.Смирнову Рапорт Докладываю Вам, что 24.03.2022 года в 17 ч. 05 мин. по адресу: Москва, ул. Волхонка, 15 (напротив храма Христа спасителя) гр. Никитин Алексей Петрович, находясь в общественном месте, имея при себе и демонстрируя средство наглядной агитации, плакат с текстом следующего содержания: «ПАТРИОТИЗМ — ОТРЕЧЕНИЕ ОТ ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО ДОСТОИНСТВА, РАЗУМА СОВЕСТИ И РАБСКОЕ ПОДЧИНЕНИЕ СЕБЯ ТЕМ, КТО ВО ВЛАСТИ. ПАТРИОТИЗМ ЕСТЬ РАБСТВО. Л.Н.ТОЛСТОЙ», привлекая тем самым внимание неограниченного круга лиц, блогеров, а также средств массовой информации. Содержание данного плаката вызывает устойчивый ассоциативный ряд с образом Толстого Л.Н., который в свою очередь являясь ключевой исторической фигурой в своей оппозиционной деятельности продвигал идеологию свержения власти. Лев Николаевич Толстой согласно историческим фактам, является исторической фигурой, представляющей условно названное «зеркало революции», общеизвестный факт того что в произведениях, публицистических статьях автора, жестко критиковался правящий режим, в особенности за оправдания насилия при социальном взрыве. Таким образом, действия гр. Никитин А.П., следует трактовать как призыв к свержению действующей власти, а также следованию идеологии Толстого Л.Н. Учитывая, что содержание наглядной агитации — плаката явно выражено негативным отношением к действующей власти Российской Федерации, а именно к действиям Верховного Главнокомандующего Вооруженными Силами РФ, с имеющейся общедоступной информацией в сети Интернет, в социальных сетях, транслирующих негативное отношение к проводимой военной операции ВС РФ, в частности содержащие призывы и лозунги против войны и так называемо насилия, тем самым, осуществлял (кто? — А.М.) публичные действия, направленные на дискредитацию использования Вооруженных Сил Российской Федерации в целях защиты интересов Российской Федерации и ее граждан, поддержания международного мира и безопасности, в том числе публичный призыв к воспрепятствованию использования Вооруженных Сил Российской Федерации в указанных целях, которые проводят специальную операцию на основании решения Верховного главнокомандующего Вооруженными силами Российской Федерации, а также согласно следованию идеологии указанной на средстве наглядной агитации призывал (кто? кого? — А.М.) к свержению действующей власти т.е. совершил, административное правонарушение, предусмотренное частью 1 ст. 20.3.3 КоАП РФ. Полицейский ОРППСП ОМВД России по району Хамовники г. Москвы сержант полиции Д.Б.Муратов Предупреждение Данная статья никак не оценивает специальную военную операцию, не дискредитирует её и Российскую армию; вообще их не касается. Если же они упоминаются в тексте, то лишь как обстоятельство, фон. Так, например, роман «Мастер и Маргарита» содержит слова о жарком вечере, тучах, ливнях, грозах, звёздах, луне, весеннем месяце Нисане и т.п., но при этом не является ни анализом, ни оценкой климата, погоды, астрономических явлений и еврейского календаря. ощущения ощущения Левая резьба СТР. 78–79  Артем ГЕОДАКЯН / ИТАР-ТАСС 80 – 81 «НОВАЯ РАССКАЗ-ГАЗЕТА» No5 СЕНТЯБРЬ 2022 80 – 81 «НОВАЯ РАСССКАЗ-ГАЗЗЕТА» NoNo5 СЕНТТЯБРЬ 20022 СТР. 82–83  Не станем придираться к сомнительным стилистическим оборотам и лишним запятым или их отсутствию; второпях любой может оплошать. Нас, напротив, восхищает глубина историко-литературных познаний сержанта и его умение проникать в тайные мысли преступников. Судите сами: гр. Никитин возле ХХС стоял молча, пока полиция к нему не подошла и не предложила «пройдёмте». Рта не открывал, ни к каким действиям не призывал, да и некого было призывать; на фото видно: пустыня. Поэтому всё, что написал сержант Муратов, — это его умозаключения (на юридическом языке — домыслы). Способен ли сержант Муратов на сложные умозаключения? — вопрос риторический. Конечно, способен! Сочинить фразу из 134 (ста тридцати четырёх) слов! — таким мастерством до сержанта владели только двое: величайший писатель планеты Л.Н.Толстой и Нобелевский лауреат Уильям Фолкнер. Однако, отдав должное полицейскому литературному мастерству, отметим: вопреки рапорту сержанта точно процитированный текст плаката («Патриотизм — отречение от человеческого достоинства, разума, совести и рабское подчинение себя тем, кто во власти. Патриотизм есть рабство») не имеет негативного и вообще никакого отношения к действующей власти, к Вооружённым силам РФ, к проводимой военной операции и не содержит призывов к свержению чего-либо. Вообще ни-че-го. Но дело, разумеется, попало в суд. Читаем приговор. П О С Т А Н О В Л Е Н И Е Судья Хамовнического районного суда Пахомова Е.П., рассмотрев в открытом судебном заседании материалы дела об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 20.3.3 КоАП РФ, в отношении Никитина Алексея Петровича У С Т А Н О В И Л: Никитин А.П. 24 марта 2022 года в 17 часов 05 минут по адресу: город Москва, ул. Волхонка, дом 15, в общественном месте провел публичное мероприятие в форме одиночного пикетирования, при этом держал в руках средство агитации, развернутый плакат с тематической надписью. Суд, исследовав письменные материалы дела, выслушав мнения участников процесса, приходит к выводу, что виновность Никитина подтверждается доказательствами, исследованными в судебном заседании, а именно: — протоколом об административном правонарушении ЦАО No1354900 от 24 марта 2022 года с изложением обстоятельств совершенного правонарушения; — рапортами и объяснениями сотрудников 5 ОСБ ДПС ГИБДД ГУ МВД России по городу Москве Гурова В.А., Комарова К.П., сотрудников ОМВД России по р-ну Хамовники г.Москвы Муратова Д.Б., Карасюк; — письменными объяснениями самого Никитина; — фотоматериалом; — иными письменными материалами дела. Достоверность указанных выше доказательств у суда сомнений не вызывает, поскольку они последовательны, непротиворечивы и согласуются между собой. Суд находит все приведённые доказательства допустимыми. Документы по делу составлены в соответствии с требованиями закона, объективно фиксируют фактические данные, поэтому суд принимает их как относимые и допустимые доказательства. Прервём чтение приговора. Надо срочно выяснить, какие именно «письменные материалы» доказали виновность Никитина? Действительно ли они последовательны, непротиворечивы и согласуются между собой? Рапорт сержанта Муратова вы прочли выше — теперь и вам, и нам будет легче. Действительно каждый упомянутый полицейский написал и рапорт, и объяснение, но цитировать их не придётся, ибо все они абсолютно одинаковы. Все четыре объяснения начинаются с даты и времени: «24.03.2022 года в 17 ч. 05 мин.», и во всех четырёх рапортах спереди приписано: «Докладываю Вам, что». Дальше всё буква в букву; повторяются все ошибки, все лишние запятые. В конце каждого документа — фамилия, звание, должность. Читаешь фразу из 134 слов, а ниже подпись: «Инспектор 5 ОСБ ДИС ГИБДД ГУ МВД России по г. Москве лейтенант полиции К.В.Комаров». И — «Лев Николаевич Толстой согласно историческим фактам, является исторической фигурой, представляющей условно названное «зеркало революции», общеизвестный факт того что». Всегда уважал инспекторов ГИБДД, а теперь уважаю ещё больше. Никитин требовал вызвать полицейских в суд для допроса. Судья отказала. А ведь сразу стало бы ясно, что они не писали, а лишь подписали чужой текст. Впрочем, это ясно и так. Что же делает судья Пахомова, видя всю эту откровенную «непротиворечивую» липу? Не поверите. Найдя вину доказанной, а доказательства законными и объективными, судья пишет в приговоре: «В представленном материале отсутствуют сведения о совершении Никитиным каких-либо конкретных действий, непосредственно направленных на дискредитацию использования Вооруженных Сил Российской Федерации, в том числе публичные призывы к воспрепятствованию использования Вооруженных Сил Российской Федерации в указанных целях». Оправдала?! Ну что вы! Осудила за нарушение санитарных норм. Приговор гласит: «В судебном заседании достоверно установлено, что Никитин совершил невыполнение правил поведения при введении режима повышенной готовности на территории, на которой существует угроза возникновения чрезвычайной ситуации». Неправда, что «в судебном заседании это достоверно установлено». Об этом вообще речи не было. Если кто не понял — это про ковид, про эпидемию. То есть на Волхонке, именно в той точке, где полторы минуты постоял Никитин, была «чрезвычайная ситуация», а справа и слева от него её не было. Штраф 15 000 рублей. ,, Содержание данного плаката вызывает устойчивый ассоциативный ряд с образом Толстого Л.Н., который в свою очередь являясь ключевой исторической фигурой в своей оппозиционной деятельности продвигал идеологию свержения власти ощущения Левая резьба СТР. 80–81  Любовь Сумм (справа) в суде Соцсети ,, Судья Утешев даже не расставил знаки препинания; стихи Некрасова в приговоре так и остались без точек и запятых, которых были лишены в полицейском протоколе 82 – 83 «НОВАЯ РАССКАЗ-ГАЗЕТА» No5 СЕНТЯБРЬ 2022 СТР. 84–85  Н о всё это чепуха по сравнению с уникальным юридическим фокусом. Все обвиняющие доказательства говорят о дискредитации; Никитин и его адвокат всеми силами защищаются от опасных политических обвинений. А потом — бац! — приговор за то, что был без маски. Представьте: собраны объективные доказательства убийства, многочисленные, непротиворечивые, признанные судом и т.п. А потом — бац! — приговор за мелкое хулиганство. Попросил знаменитого адвоката Генри Резника прокомментировать этот случай. Он прокомментировал. К сожалению, из его обширного комментария мы (по цензурным соображениям) можем процитировать только междометие «ну». Преступные слова поэта XIX века Некрасова Представьте себе, что вы — судьи; вам предстоит выслушать обвиняемого, обвинителей, свидетелей и вынести приговор. Ничего фантастического в этом нет, ведь присяжных выбирают из обычных граждан, а это мы и есть. В Москве на площади Пушкина 31 марта 2022 была задержана Любовь Сумм. 6 апреля суд вынес приговор. Там написано: Сумм Л.Б. Совершила публичные действия, направленные на дискредитацию использования Вооруженных Сил Российской Федерации в целях защиты интересов Российской Федерации и ее граждан, поддержания международного мира и безопасности, в том числе публичные призывы к воспрепятствованию использования Вооруженных Сил Российской Федерации в указанных целях. 31 марта 2022 в 16 час. 10 мин. по адресу: г. Москва, Пушкинская площадь, д. 1 (у памятника А.С.Пушкину), гр. Сумм Любовь Борисовна, находясь в общественном месте демонстрировала средство наглядной агитации — плакат с надписью: «ТО СЛЕЗЫ БЕДНЫХ МАТЕРЕЙ! ИМ НЕ ЗАБЫТЬ СВОИХ ДЕТЕЙ ПОГИБШИХ НА КРОВАВОЙ НИВЕ КАК НЕ ПОДНЯТЬ ПЛАКУЧЕЙ ИВЕ СВОИХ ПОНИКНУВШИХ ВЕТВЕЙ НЕКРАСОВ ВНИМАЯ УЖАСАМ ВОЙНЫ ПОЭТЫ ПАМЯТЬ», привлекая внимание неограниченного круга лиц, а также средств массовой информации и блогеров. Используемое Сумм средство наглядной агитации с указанной надписью, выдержкой из стихотворения Некрасова, содержание которой по смыслу направлено на негативное отношение к проводимой специальной военной операции Вооруженных сил РФ, а также к Вооруженным силам РФ фактически является аналогичным по содержанию информации, размещенной в сети Интернет и различных социальных сетях, которая выражает негативное отношение к событиям в Украинской республике. Тем самым Сумм осуществляла публичные действия, направленные на дискредитацию использования Вооруженных сил Российской Федерации в целях защиты интересов Российской Федерации и ее граждан, поддержания международного мира и безопасности, в том числе публичный призыв воспрепятствованию использования Вооруженных Сил Российской Федерации в указанных целях, которые проводят специальную операцию на основании решения Верховного главнокомандующего Вооружёнными силами Российской Федерации. Эта часть приговора — точная копия полицейского протокола. В приговоре он полностью повторен дважды, а кусок про «публичные действия... в указанных целях» (выделен курсивом) повторен четырежды. Для убедительности? для объёма? Судья Утешев даже не расставил знаки препинания; стихи Некрасова в приговоре так и остались без точек и запятых, которых были лишены в полицейском протоколе. Точно, как в деле Никитина, «суд приходит к выводу о виновности Сумм Л.Б., что подтверждается аналогичными по содержанию рапортами и письменными объяснениями сотрудников полиции». Как изготавливаются такие доказательства, вы уже знаете, повторять не будем. Есть, конечно, некоторые оттенки: в одном приговоре полицейские рапорты названы непротиворечивыми, в другом — аналогичными. Обвинение в этом деле представлено полицией и судом, который целиком и полностью с полицейскими согласился. Вспомните, уважаемые читатели, что вы в этом деле — присяжные заседатели (судьи!), не обладающие специальными знаниями ни в юриспруденции, ни в филологии, зато обязанные судить исключительно «по своему внутреннему убеждению и совести» (это из клятвы присяжного). Что такое «внутреннее убеждение»? Это очень важная вещь! Все вещественные доказательства, экспертизы, рапорты и протоколы, донесения полицейских и речи прокуроров — всё это внешнее. Всё оно снаружи. А внутреннее убеждение буквально у вас внутри. Это ваша интуиция, интеллект, внутренний мир. Это мощные инструменты. Например, вы видите на телеэкране лицо человека, его мимику, слышите его речь, интонации — и внутреннее чувство вам подсказывает: на экране лжец. Вроде бы всё правильно говорит, но почему-то чувствуется привкус тухлятины. Возможно, вы почувствовали этот привкус, когда читали большую цитату из приговора про «средство наглядной агитации с указанной надписью, выдержкой из стихотворения Некрасова, содержание которой по смыслу направлено на негативное отношение к проводимой». Возможно, вы оценили мутный скользкий стиль. А вот, что написала сама Сумм в ответ на все обвинения: «Я приехала к памятнику Пушкина, чтобы прочесть стихотворение Некрасова «Внимая ужасам войны». В рюкзаке у меня был лист ватмана с заключительными строками этого стихотворения. Оказалась, что Пушкинская площадь оцеплена железным ограждением и охраняется полицией. Сотрудник полиции потребовал показать «плакат» и препроводил меня в автозак. Таким образом, меня задержали даже не за чтение стихов, а за намерение. Для меня чтение стихов — традиция не только школьная, но и семейная, и я бы непременно вышла со стихами моего деда Павла Когана, павшего в двадцать четыре года под Новороссийском. Он много писал о предстоявшей войне и всегда видел себя погибающим, но ни разу не сумел вообразить, как убивает. Не о силе, не о «правде», в которой сила — о жертвенной гибели писали те мальчики. У Павла есть строки: «Всё на свете прощается, кроме памяти ложной и детского ужаса». Детский ужас теперь навсегда с нами. Но ложной памяти необходимо противостоять. Как и разрыву с человечеством, как и разрыву с человеческим в себе. Именно ради этого я приехала к памятнику Пушкина прочесть стихи Некрасова». Уважаемые присяжные! Не кажется ли вам, что эти слова Сумм Л.Б. достовернее, чем дюжина полицейских рапортов (которые они наксерокопировали у себя в ГИАЗ ОМВД). Вы же в состоянии оценить и сравнить язык «непротиворечивых» протоколов с ясным языком честного человека. Для этого не нужны никакие лингвистические и психологические познания. ощущения Левая резьба СТР. 82–83  Можно ли за стихотворение XIX века судить в XXI веке? Если кто-то видит для себя укор в стихах Пушкина, Некрасова, в «Горе от ума», в Гоголе и Щедрине, то, наверное, этот кто-то — подлец и негодяй, раз ему правда глаза колет, на нём шапка горит и погоны плавятся. Допустим, что мы не присяжные, а идиоты и не в состоянии сами понять простых строк, человеческие чувства нам не ведомы, а наша идиотская логика позволяет утверждать, что «по смыслу» стихотворение 1855 года дискредитирует чьи-то действия в 2022 году. Но есть государственная школьная программа. Стихотворение «Внимая ужасам войны» рекомендовано к изучению в «Примерной общей образовательной программе» Министерства просвещения РФ. Оно присутствует в учебниках, используется при подготовке к ГИА (ОГЭ - ЕГЭ). Напрасно сочинители новых законов стесняются обращаться за помощью к словесникам. Сотни людей уже осуждены за «дискредитацию использования» и за «призыв к воспрепятствованию использования ВС РФ». То есть закон прямо говорит, что ВС используют. Но ВС (вооружённые силы) — это люди: солдаты, офицеры. В такой государственной лексике можно сказать, что депутаты Госдумы используются в целях написания законов РФ, а проиграв очередные выборы, становятся, очевидно, использованными депутатами. Некоторые — многократно использованными. Умышленно держал в руках книгу В статье «Зеркало русской резолюции» цитировались протоколы задержания трёх грешников. Третий (Голдман) попался у стен Кремля. Приговор гласит: «По адресу г. Москва, Александровский сад, д. 1 (у стелы город герой Киев), Голдман К.М., принял участие в публичном мероприятии пикете в месте, в котором проведение публичного мероприятия запрещается, то есть на территории, непосредственно прилегающей к резиденции Президента Российской Федерации, при этом в руках держал книгу Толстого Л.Н. «Война и мир». Шесть раз в приговоре повторяется имя великого писателя и название его знаменитого романа. Но осуждён Голдман не за чтение классики и не за то, что ходит по городу с книгой в руках, а именно и только Не было «публичных призывов к воспрепятствованию использования», не демонстрировала Сумм Л.Б. «средство наглядной агитации — плакат с надписью». Одно дело демонстрировать в общественном месте и совсем другое: показать по требованию полицейского, что у тебя в рюкзаке. Осуждён и Некрасов. Пока не весь, пока лишь одно стихотворение. В полицейских протоколах и судебном приговоре утверждается, что это стихотворение «по смыслу направлено на негативное отношение к проводимой специальной военной операции Вооруженных сил РФ». Верен ли этот полицейский взгляд на поэзию? Вот стихотворение целиком. Внимая ужасам войны, При каждой новой жертве боя Мне жаль не друга, не жены, Мне жаль не самого героя. Увы! утешится жена, И друга лучший друг забудет; Но где-то есть душа одна — Она до гроба помнить будет! Средь лицемерных наших дел И всякой пошлости и прозы Одни я в мире подсмотрел Святые, искренние слезы — То слезы бедных матерей! Им не забыть своих детей, Погибших на кровавой ниве, Как не поднять плакучей иве Своих поникнувших ветвей... 1855 г. е было «публичных призывов к воспрепятствованию использования», не демонстрировала Сумм Л.Б. «средство наглядной агитации — плакат с надписью». Одно делодемонстрировать в общественном месте и совсемдругое:показать потребовавниню полилцейскокго,чтоу тебяврюкзаке. Осуждён и иНекрасов.Поканевесь,пока лиишььоднно оо остсихотоворерние.Вполиццейскихпротоколах хи судебномприговорерутверждается,что это стихотворение ее «по осмыслулнапрарравлвенно она неегативноеотношшениекпроводимой сппецциаальнонй воененой операцииВоорурженныхсилиРФ». ВеВереерен нлииллилэтоотт тт поополиилицеццеецеейсскиикиикий йвззввззвзгляддяддяддна аа апоппоппоэзиюю? Вот тт тстсстихоттвореение ее ецецлиикоккооком.мм.мм. Мне жаль не самого героя. Увы! утешится жена, И друга лучший друг забудет; Но где-то есть душа одна— Она до гроба помнить будет! Средь лицемерных наших дел И всякой пошлости и прозы ОдОни я в мире попдсдмотррелл Святые,искренние еслезы — Тослезыбедных матерей! ИмИИмне забытьсвоихдетей, Погибшихна кровоавоййниве, Какнеподнятьплакучей ивве СвСоииоиох хх хпоопоопопниннииникннкнувуших хвееветввтвтвтвейейейе... 1881811881881188188181818555555555555555555555г. Соцсети Константин Голдман в Александровском саду с книгой «Война и мир» в руках 84 – 85 Александр МИНКИН «НОВАЯ РАССКАЗ-ГАЗЕТА» No5 СЕНТЯБРЬ 2022 «за публичное мероприятие в месте, в котором проведение публичного мероприятия запрещается». Человек стоял молча, ничего не выкрикивал, плакатов не имел. Спрашивается, как полицейские распознали «мероприятие пикет»? Если бы Голдман стоял без книги, забрали бы его? Если бы он стоял с книгой Путина — забрали бы? Сказано «принял участие в пикете». Но он же там был один. Нельзя же сказать: «находясь на необитаемом острове, Робинзон принял участие в приручении козы» или «Юрий Гагарин принял участие в полёте в космос», или «Березовский принял участие в самоубийстве» (или в последнем случае можно?). В приговоре сказано: «официальной резиденцией Президента Российской Федерации является Московский Кремль, расположенный на Красной площади в городе Москве». Но ведь это неправда! Кремль не расположен на Красной площади. Он туда выходит лишь одной стеной. С тем же правом можно сказать, что он расположен на набережной Москва-реки. Явка с повинной Уважаемые читатели! Вам осталось оценить уникальное явление: добровольную групповую явку с повинной и групповое чистосердечное признание полицейских ЦАО Москвы и судей Тверского районного суда. Полицейские, задержавшие Сумм, и другие полицейские, задержавшие Голдмана, доставили их в разные отделения МВД; протоколы, рапорты и объяснения писали совершенно разные сотрудники, но все два десятка документов содержат один и тот же нехороший пассаж, где совпадают все слова, все тире, все запятые. Потом этот пассаж целиком перекочевал в приговоры, которые 6 апреля судья Утешев вынес относительно Сумм, а 18 апреля судья Семина вынесла Голдману. Вот он: «В материалы дела представлен заверенный надлежащим образом акт осмотра интернет-ресурса, из которого следует, что при вводе в поисковую строку слова «ВЕСНА» происходит переадресация на контент — страницу «Instagram»*. При просмотре ее, на экране компьютера, не переходя по имеющимся на странице гиперссылкам, установлено следующее: в левом верхнем углу страницы размещен логотип движения «ВЕСНА» в круге с надписью «Мы против нападения на Украину». Также к данному акту представлены скриншоты с интернет — ресурса, транслирующие негативное отношение к проводимой военной операции Вооруженных Сил Российской Федерации, содержащие в том числе, призывы и лозунги». Перед вами, уважаемые присяжные, мы должны поставить четыре вопроса. Первый. Одного человека задержали со стихами Некрасова, другого — с романом Толстого. С какой стати в полицейские протоколы, а потом в судебные приговоры засунут «акт осмотра интернет — ресурса», который не имеет ни малейшего отношения к задержанным? Второй. Почему у нас при вводе слова «ВЕСНА» получается время года, торговый центр и фильм, а у полицейских что-то совсем другое? Спасибо, что не детское порно. Третий. Как получилось, что в разные дни, в разных отделениях полиции, в рапортах разных сотрудников, а потом в приговорах разных судей содержится один и тот же идентичный текст? Четвёртый. Сумм задержали 31 марта, Голдмана — 10 апреля. Как полицейские и судьи отважились лазить на страницу Instagram и просматривать её? Зачем они в этом коллективно признались? Ведь ещё 14 марта в России Instagram официально внесён в единый реестр запрещённых сайтов, а 21 марта 2022 года официально запрещён на территории России. *** Ответьте сами себе на простые вопросы (не относящиеся к протоколам и приговорам, но относящиеся к нашей жизни). Все эти законы о «дискредитации использования» придуманы для блага народа или?.. И как может интеллигентный чайник воспрепятствовать использованию Вооружённых сил, когда он бессилен воспрепятствовать даже мирной перекладке бордюров? ,, Шесть раз в приговоре повторяется имя великого писателя и название его знаменитого романа. Но осуждён Го л д м а н не за чтение классики и не за то, что ходит по городу с книгой в руках, а именно и только «за публичное мероприятие в месте, в котором проведение публичного мероприятия запрещается» * Эта социальная сеть запрещена в России. Движение «Весна» образовалось в 2013 году в Санкт-Петербурге, его создали местные активисты и бывшие члены молодежного отделения партии «Яблоко». Организация известна театрализованными политическими акциями: активисты выступали против сочинской Олимпиады, проводили манифестацию против самодержавия, выходили с факельным шествием против замедления работы соцсетей. Перед 9 мая участники движения призвали своих сторонников прийти на акцию «Бессмертный полк» с портретами ветеранов и с плакатами, на которых была бы отражена позиция по поводу специальной военной операции. 7 мая против восьми активистов возбудили уголовное дело по статье о создании НКО, посягающей на личность и права граждан (ст. 239 УК), обыски прошли у нескольких нынешних и бывших участников «Весны» и их родных. Шестерым находившимся в России на момент начала следствия избрали меру пресечения в виде запрета определенных действий. Двое остальных — успели уехать из России. справка ощущения Часы с кукухой Репрессивная машина в России начала возрождаться едва ли не сразу после крушения СССР. И возвращение памятника Дзержинскому — символ этого возрождения Сергей МАМОНТОВ / ИТАР-ТАСС Б Р И Ц Т а т ь я н а Р И Ц К А Я 86 – 87 «НОВАЯ РАССКАЗ-ГАЗЕТА» No5 СЕНТЯБРЬ 2022«НООВАЯ РАСС СТР. 88–89  Александр ДЕМЬЯНЧУК / ТАСС «Князь Александр Невский с дружиной» Идея восстановить памятник Дзержинскому (правда, уже не на Лубянке, в чудовищном соседстве с Соловецким камнем, а напротив стадиона «Динамо») кажется привычной попыткой сместить фокус общественного внимания с более насущных проблем. Однако, во-первых, от типичного спекулятивного приема она отличается, как утверждают наши источники, тем, что намного ближе к воплощению, чем предыдущие, — принципиальное решение якобы уже принято. Во-вторых, репрессивная машина, уже изрядно набравшая ход, обретет еще и формальный статус государствообразующего явления. То, что раньше казалось признаком профдеформации, вроде портретов палачей в кабинетах нынешних следователей, будет буквально возведено на пьедестал. Феликс тут, впрочем, не самоценен даже для своих адептов. Потому что это не просто памятник, а именно тот, чье падение символизировало прощание с советским наследием и стало праздником непослушания отбившихся от рук граждан. Ведь эпидемии «ленинопада», вроде той, что случилась в Украине после Майдана, сокрушение железного истукана не вызвало. Обрушили с отчаянной веселостью только лубянского идола, исцеляя страх почти карнавальным в бахтинском смысле действием. Возвращение именно этого памятника несет понятный месседж: праздник кончился, впереди холода. При этом, как справедливо замечает Александр Черкасов — правозащитник, историк, бывший председатель совета ныне ликвидированного правозащитного центра «Мемориал» (мы вынуждены указывать, что Минюст посчитал организацию иноагентом, а потом она была и вовсе ликвидирована по решению суда), — те, кто сегодня пытается воздвигнуть поверженного Феликса, сами не понимают идеи монумента работы Вучетича, который появился в Москве только в 1958 году, двумя года позже ХХ съезда КПСС. И должен был стать своего рода альтернативой, антитезой террору — доказательством «восстановления ленинских норм». «Любой монумент — не столько память о прошлом вообще, но оценка этого прошлого. Выбор того, что мы хотим видеть в будущем. Кого берем, кого нет. Чему мы наследуем, а от чего отказываемся. Символ того, что именно из нашего прошлого беремся продолжать, — рассуждает Черкасов. — Когда Сталин поднимал на щит Ивана Грозного, это тоже был выбор, ситуативный политический дизайн. И фильм Эйзенштейна должен был отобразить не прошлое, а настоящее. Почему именно святой Александр Невский объявлен покровителем «гэбухи»? Потому что боролся «с врагом видимым и невидимым»! Князь, который в своем XIII веке был весьма неоднозначным персонажем (работал на орду, приводил на Русь «неврюеву рать»), понадобился в веке XVIII, когда у России были сложные отношения со Швецией. Необходимо было доказать несостоятельность шведских притязаний. Заодно отрицалась «норманнская теория» происхождения русского государства. И возводились в канон не слишком доказанные деяния князя Александра. Его почитание было действием, политически мотивированным. А современные деятели, кажется, и не пытаются понять смысл тех или иных «предметов старины». То, чему они хотели бы наследовать, спрессовалось для них в однородную массу: Александр Невский, Иван Грозный, охранка, Дзержинский, Берия... Они просто хотят быть наследниками всех репрессивных режимов сразу. Сама по себе репрессивная машина и есть главная их ценность. Может быть, даже больше, чем для самого Сталина». Реабилитация органов ВЧКНКВД-КГБ проходила на наших глазах медленно и поступательно. Первым шагом был отказ от публичного осуждения «органов» и от гласного расследования их деятельности. Акты государственного осуждения репрессий и их исполнителей были приняты как минимум трижды: в ноябре 1989 года — декларация «О признании незаконными и преступными репрессивных актов против народов, подвергшихся насильственному переселению, и обеспечении их прав», в апреле и октябре 1991-го — законы «О реабилитации репрессированных народов» и «О реабилитации жертв политических репрессий». Последний — это крайне важно — прямо обязал госорганы публиковать сведения о тех, кто признан виновным в фальсификации уголовных дел, о применении незаконных методов расследования, преступлениях против правосудия. Это была, по сути, единственная постсоветская попытка люстрации. Но большого процесса над причастными к репрессиям разных лет так и не случилось. Равно как и открытия архивов советских спецслужб (в отличие от ряда бывших союзных республик). Половинчатость сделанного стала залогом будущего захода на второй круг. Когда в 2017 году в Москве Путин открывал Стену скорби в память о жертвах гостеррора, «Мемориал» уже был объявлен иностранным агентом, а Юрий Дмитриев год как сидел в СИЗО. Тогда же, как замечает историк Николай Эппле, доля россиян, положительно относящихся к Сталину, достигла максимума за все время наблюдений — 46%. Почему именно святой Александр Невский объявлен покровителем «гэбухи»? Потому что боролся «с врагом видимым и невидимым»! Его почитание было действием, политически мотивированным Кэтому времени по стране, как грибы, действительно полезли памятники кремлевскому горцу, но эти инициативы остались уделом маргиналов и государством публично поддержаны не были. Единственное исключение — ялтинский монумент «Большая тройка», открытый в феврале 2015-го тогдашним спикером Госдумы Сергеем Нарышкиным. Если о реабилитации Сталина власть почти не заикалась (попытки такого рода пролезли в школьные учебники, но были восприняты обществом в штыки), то реабилитация органов госбезопасности шла полным ходом без всякой гласной кампании. Это не сталинизм — это корпоративная солидарность. В том же 2015 году рассекреченные дела репрессированных начали вновь класть под сукно — соответствующие постановления выносили с мотивировкой «по вновь открывшимся обстоятельствам». Официального объяснения этому нет, но, по логике вещей, можно догадаться, что таковыми посчитали расширенную трактовку ельцинского еще закона «О гостайне», в приложенном к которому перечне секретных сведений содержится запрет раскрывать данные о кадровом составе органов контрразведки. Привязка к НКВД липовая — к контрразведке чекисты не относились, военнослужащими до 1943 года тоже не были. Больше того, юридически современная ФСБ, сотрудники которой так любят подчеркивать корневую связь с ведомством Феликса Эдмундовича, — правопреемник Федеральной службы контрразведки (ФСК), а не НКВД. Поэтому скрывать имена палачей, ссылаясь на ФЗ «О ФСБ» или «О гостайне», равно незаконно. Больше того, последний прямо запрещает относить к охраняемой законом тайне сведения о незаконности действий госорганов или их сотрудников. То есть, например, о политических репрессиях. Однако именно это и происходит повсеместно: в случаях, когда дела не засекречены, желающие ознакомиться с ними наблюдают пустоты там, где должны быть имена причастных к репрессиям сотрудников органов. Целые листы закрывают бумажками или вовсе вымарывают. Память преступников, деяния которых осуждает действующий федеральный закон, начали бережно охранять. Ссылаясь порой даже на тайну частной жизни. А в приватных разговорах — на то, что у многих авторов уголовных дел советской эпохи дети или внуки служат в органах сейчас. Династии... Кстати, это не метафора: например, согласно открытой информации, более 10% сотрудников современной ФСИН — дети и внуки сотрудников ГУЛАГа и его советских преемников. На фоне засекречивания архивов начинается атака на тех, кто ему противится и работает над обнародованием преступлений советских спецслужб. Иностранными агентами признаются правозащитный центр «Мемориал» (2014), а затем «Международный мемориал» (2016). Зимой 2021/22 года обе организации ликвидированы решением суда вопреки многочисленным протестам. В 2020-м мурманское УФСБ изымает из типографии книгу Агнессы Хайкара «Неизвестная северная история», посвященную репрессиям в отношении финнов и норвежцев Мурмана. Процесс о признании книги экстремистской по мотивам «возбуждения ненависти к НКВД» идет до сих пор, автор — в эмиграции. Административными мерами против тех, кто ворошит прошлое, власти не ограничиваются. С 2016 года в неволе находится Юрий Дмитриев, открывший миру Сандармох и Красный бор — места массовых захоронений казненных. В 2020 году он был осужден и приговорен к 13 годам заключения по грязному обвинению в сексуальном преступлении, затем срок был увеличен еще на два года. В 2020 году в колонии умирает бывший директор Медвежьегорского районного музея в Карелии Сергей Колтырин, осужденный также по обвинению в преступлении на сексуальной почве. Он был арестован после того, как раскритиковал раскопки, которые вопреки протестам потомков репрессированных Российское военно-историческое общество проводило с целью доказать версию о захоронении в Сандармохе советских военнопленных, погибших в финском плену. Останки 21 человека тогда эксгумировали. Никаких доказательств альтернативной версии не нашли, а кости тихо закопали на кладбище Медвежьегорска. Показательно, что РВИО ощущения Арден АРКМАН Памятник жертвам политических репрессий в Сандармохе Часы с кукухой СТР. 86–87  88 – 89 «НОВАЯ РАССКАЗ-ГАЗЕТА» No5 СЕНТЯБРЬ 2022 в Сандармох позвали карельские чиновники, заявившие, что «спекуляции вокруг событий в урочище «Сандармох» закрепляют в общественном сознании граждан необоснованное чувство вины». Необоснованное... Это, оказывается, нежную психику сограждан берегут те, кто так любит бравировать самоназванием «чекисты». Будто злодеяния не их предшественников делают преступниками, а весь взятый в заложники народ. Вместо коллективной ответственности за будущее навязывают коллективную вину за прошлое. Если в 80-е через шлюз, открытый Горбачевым, правда ГУЛАГа хлынула на советских людей, оглушив их, то в начале 2020-х отрицание репрессий, напротив, перестало быть чем-то неприличным. И вот уже федеральный канал показывает сериал, ставящий под сомнение Катынский расстрел. А год спустя смоленские чиновники подгоняют к мемориалу в Катыни тяжелую технику, угрожая снести его. А политики повыше рангом требуют дезавуировать признание российским парламентом в 2010 году вины СССР за расстрел польских офицеров сотрудниками НКВД. «Все мощности госпропаганды 20 лет работали на оправдание Большого террора. Людей годами готовили к тому, что происходит сейчас, общество в массе своей оказалось готово это принять», — размышляет Игорь Яковлев, герой «Новой», который судится с органами ФСБ за право знать правду о репрессиях против своих родных. После того как его иск к секретной службе по поводу неполноты представленных сведений (в деле деда его жены имена чекистов закрасили фломастером) был отклонен, ФСБ в суде добилась, чтобы потомки репрессированного компенсировали представителям ведомства командировочные расходы. Игорь считает, что реабилитация системы началась в 1999 году, когда во власть начали приходить эфэсбешники с опытом работы в КГБ: «Эти люди ощущали себя продолжателями дела советских органов госбезопасности. Они не считали сделанное их предшественниками преступлением и лично стали заинтересованы в том, чтобы никакого осуждения государственного террора не было». Николай Эппле, автор книги «Неудобное прошлое», в которой анализируется, как память о государственных преступлениях влияет на настоящее, считает, что откат начался еще раньше: «Все происходившее примерно с 1996 года было плавным отыгрыванием назад завоеваний «второй оттепели» 1985–1993 годов. Номенклатура и силовики пришли в себя после шока, когда почва ощутимо уходила у них из-под ног, и стали постепенно делать все, чтобы обезопасить себя от повторения этого. Если пробовать выделить какую-то конкретную точку, когда стало понятно, что призрак Сталина возвращается, — то это 2014 год, после Крыма. Власть поняла, что ресурс обеспечения своей поддержки через разного рода «подкуп» (возможность экономического благополучия в обмен на отказ от участия в политике) исчерпан и остаются только мобилизационные сценарии. Именно тогда она стала добавлять железа в голос, именно тогда всерьез и в открытую включился главный механизм сталинского управления — апелляция к борьбе с врагами внутренними и внешними, перед которой все остальное отступает на второй план». «Было очень узкое «окно возможностей» в 1991–1992 годах, — считает Александр Черкасов. — Была возможность очистить аппарат госбезопасности. Я тогда, например, делал справку на Виктора Черкесова, в 1970–1980-х годах охотившегося на диссидентов в Ленинграде. Но в конце 1992 года выяснилось, что это все не нужно, что вся чекистская братия чохом прошла переаттестацию. И в 1994 году, в начале первой чеченской войны, когда Сергей Адамович Ковалев находился в Грозном, начальником Управления федеральной службы контрразведки по Москве и области стал Анатолий Трофимов, который двадцатью годами ранее, в 1974 году, как раз Ковалева и арестовывал. В 1992 году я на Трофимова тоже делал справку, и она тоже «не пригодилась». «Окном возможностей» не воспользовались, даже особо не пытались. Действовать надо было сразу, в первый год. Но общество устранилось от этой обязанности, решив, что за 24 октября 1917-го сразу наступило 22 августа 1991-го и что никакой работы с тем, что было в промежутке, не требуется. О ткат начался практически сразу, мы его просто не заметили. Для меня это были тридцать лет возвратного движения маятника истории. Часы «поехали кукухой», если угодно». Для власти дискурс важен не менее, чем силовой контроль. Отсюда густая наполненность публичной сферы символами: памятники, названия площадей и проспектов, эксплуатация образов Великой Отечественной — вроде «бабушки с красным флагом» — в сюжетах госпропаганды. Символами становятся и живые люди: например, генерал Суровикин, командующий одной из российских группировок в Украине, — это бывший капитан Суровикин, который командовал батальоном, чьи бойцы задавили троих защитников Белого дома на Садовом кольце в августе 1991 года. Давно мертвые, зачастую своими же товарищами расстрелянные деятели ОГПУ тоже стали действующими лицами современности. Связь времен. Что там Дзержинский, если в Малюте Скуратове разглядели видного полководца... Философ Михаил Гефтер в перестроечные времена в известной статье «Сталин умер вчера» писал: «Каждая пропущенная, нереализованная историческая развилка включалась в следующую и отягощала ее». Что-то подобное произошло и с нами. Коллективная память о прошлом, толком не осмысленном обществом, не сформировалась, и покуда ее не будет, это прошлое продолжит тревожить нас кошмарами, прорастать в настоящем. Александр Черкасов считает, что мы вернулись примерно в 1973 год: сотни уголовных дел о «фейках», тысячи протоколов о «дискредитации» и десятки тысяч — по «митинговым» статьям напоминают практику «профилактирования», действовавшую в СССР с 1959-го по 1987 год. «На одного посаженного — сотня «профилактированных» вне уголовного процесса. Так и теперь: на одно уголовное дело — около ста «подвешенных на крюк». И на вопросы к россиянам: почему не выходите на площадь? — легко ответить: по тем же причинам, по которым 50 лет назад не выходили на площадь ни в Москве, ни в Киеве, ни в Тбилиси, ни в Вильнюсе. В 70-е «майданов» не было. Но человеческая мысль и действие в то время не остановились. Именно тогда советское общество приходило к пониманию: так жить нельзя!» Все мощности госпропаганды 20 лет работали на оправдание Большого террора. Людей годами готовили к тому, что происходит сейчас, общество в массе своей оказалось готово это принять Татьяна БРИЦКАЯ Петр САРУХАНОВ Р о м а н Ш А М Ш А М О Л И Н Страна краев не видит Почему Россия в своей истории постоянно скатывается к обрыву «И вдруг все кончалось обрывом...» (И. Гончаров, роман «Обрыв») Определить, что такое российский, русский мир, брались многие. В большинстве случаев выходило так: загадка, сфинкс, «умом не понять» и тому подобное. Как там у Гоголя его знаменитое: «Русь, куда ж несешься ты? дай ответ. Не дает ответа». В общем, вместо ответа — когнитивный обрыв. Предмет познания как будто поглощает когнитивные способности познающих. Однако сейчас, когда мы снова ставим этот вопрос, — у нас уже нет ни времени, ни желания для подобного поглощения. У нас, то есть у русской интеллигенции, которая, собственно, одна и задается разными «проклятыми» вопросами. Интеллигенции представляется, что русский мир встал перед таким историческим обрывом, что этому следует как можно скорее дать самую прагматичную, оперативную или, лучше даже сказать, — циничную диагностику. Впрочем, и определив диагноз, можно не обнаружить способов для терапии. И потерять 90 – 91 «НОВАЯ РАССКАЗ-ГАЗЕТА» No5 CЕНТЯБРЬ 2022 ощущения СТР. 92–93  русский мир со всеми его сфинксами и тайнами. Так или иначе, но, если дорога привела тебя на край обрыва, — об этом нельзя не думать. Что в историческом смысле есть обрыв? Это когда движение общества по известной ему траектории становится катастрофичным. Поводы к тому могут быть разными: их перечислил еще социальный философ Арнольд Тойнби в своей теории «вызовов». По сути, все сводится к двум вариантам: внешняя враждебность и внутренний антагонизм. Однако «вызовы» совсем не обязательно приводят к обрыву, — напротив, они часто дают повод для многократного укрепления уже имеющейся в обществе системы культурных, политических и прочих координат. Обрыв возникает лишь там, где известная система перестает работать и координаты сбиваются. Но самое главное и интересное — это реакции на обрыв. Они могут весьма разниться: от бескомпромиссного обновления обществом своих механизмов — до радикальной их архаизации. Может быть так, что обрыв и вовсе игнорируется. Сознание индивидов продолжает существовать, словно ничего особенного не происходит и не предвидится. И это понятно: никому не в радость изменять устоявшимся привычкам. На обрывах русский мир оказывался не раз. Можно сказать, он уже выработал свой исторически уникальный стиль реагирования — феноменальную устойчивость к катастрофам. Правда, такую устойчивость, что больше напоминает бесчувственность и безразличие. Сложно представить бедствие, от которого русский человек не затянул бы покорно пояс и не продолжил бы делать привычное. Не возмутился, не восстал бы, а затянул и продолжил, — пусть и кляня нелегкую свою судьбу. Как в «Андрее Рублеве» Тарковского: «...идут на мужика все новые беды, а он все работает, работает, несет свой крест смиренно, не отчаивается, а молчит и терпит». Однако это русское смирение-безразличие все же имеет вполне очевидную склонность. Оно как бы само по себе, без особых сомнений и принуждений воспроизводит простую и очень архаичную механику существования. Это существование без каких-либо идей и гипотез о будущем, без волнений и сомнительных мыслей. Пребывание на глубине. Стабильное, а скорее, статичное пребывание в бесконечном моменте здесь и сейчас. И если есть в этом какая-то история, то лишь история бесконечного повторения. «Можем повторить!» — это относится практически ко всему в русском мире. Почему так? — попробуйте дать ясный ответ. Не выйдет. А не выйдет, возможно, потому, что прав был поэт Тютчев: этого сфинкса не разгадать, поскольку в нем никогда и не содержалось загадки. Но так же факт: ответы, которые дает поэзия, — порождают лишь новые вопросы. Наверное, первый серьезный обрыв случился в начале XVII века, когда Смутное время практически вырвало все известные опоры, на которых русский мир держался. Тогда удалось выжить через реконструкцию, через то, что опоры эти: самодержавие, православие и привычный народный быт, — досконально восстановили в прежнем их виде, ничего не прибавив и не убавив. Случился обрыв в начале ХХ века, когда новый русский бунт, куда более экстремальный и жестокий, чем когда-либо, — едва не стал историческим финалом. Выжили вновь через реконструкцию, через восстановление неоспоримой, архаичной и карающей вертикали власти. Уже в новой ее оболочке, еще более нетерпимо-авторитарной, но с применением самых передовых тогда идей и технологий. Большевики оказались преемниками самодержавного царства: самые «левые» оказались самыми «правыми». Наиболее же интересный для нас и напрямую с нами связанный русский обрыв начался под завершение того же ХХ века. И продолжается, очевидно, по сегодняшний день. Этот является, пожалуй, самым уникальным — в том смысле, что никогда ранее не была так очевидна его природа. Обрыва еще не случилось, когда правители по собственной инициативе сняли со страны авторитарный надзор, назвав это «перестройкой». Страна оказалась предоставлена своей свободе, а также всему, что прежде было под идеологическим табу. Первое время она с удивлением и интересом оглядывалась вокруг. Наверное, она даже находилась в эйфории какое-то время, чему немало способствовал вышедший тогда из своего андеграунда русский рок. Но совсем скоро, когда встал вопрос о том, что с этой свободой делать, — вот тогда в сознание и пришло короткое и ясное понимание: «Всё, это — обрыв!» Страна просто не могла понять, на что ей свобода. Обрыв возник в первую очередь в голове русского человека, который не видел себя актором ни демократии, ни просвещения. Школьные учителя, столкнувшись с открытыми архивами, недоуменно спрашивали: а какую же версию истории теперь почитать за правильную? С другой стороны, появилось немало тех, кто почувствовал невероятный азарт от того, что правила отменены. «Играй без правил» — это был новый и чертовски привлекательный стандарт для освобожденного русского мира. По сравнению с еще недавним прошлым все пришло в невероятное, пассионарное движение — но это было бессмысленное и фаталистическое движение. Никакой цели, кроме выживания. Никакой сверх-цели, кроме прибыли. Методы хороши все. В кратчайший срок русский мир тотально и жестко криминализировался. Это оказалось приемлемо: архаичная и карательная власть криминала весьма напоминала и как-то заменяла исчезнувший автократизм государства. Но представить себя самого субъектом власти — это жителю русского мира в голову не приходило; об этом ему было смешно и думать. Не упустить свою удачу — ту, что не далее вытянутой руки, угадать джек-пот — вот это было понятно, в этом был его настоящий интерес. Мы сейчас говорим о мейнстриме. Конечно же, было и другое. В памяти живы воспоминания о том, с какой страстью изголодавшегося страна накинулась на полки книжных магазинов, как запоем читала и говорила такое, за что еще недавно был однозначно предписан тюремный срок или же принудительная психиатрия. Как повсюду — хоть на рынках или вокзалах — можно было гарантированно натолкнуться на столики продавцов с разложенными на них только что изданными томами: Ницше, Бердяев, Оруэлл, Стругацкие. И, конечно же, были митинги в сотни тысяч людей, заполнившие улицы и площади в августе 1991-го — и не только в Москве. Но все это оказалось подобным явлению русского рока тех же времен: вдохновляюще и недолго. Будь иначе, мы бы сейчас жили в «другой» стране. Можно говорить, что всеобщее вдохновение перестройкой закончилось в тот октябрьский день, когда президент Ельцин расстрелял из танков мятежный парламент. Да, так и было. И целая страна, вроде бы насквозь пронизанная идеями демократии, — не сказала на это ни слова. В сущности же, по стране шла жесткая, азартная и местами гротескно-веселая гражданская война. Война за выживание, которая велась между атомизированными индивидами и группами финансовых интересов. Без концентрированного разделения на «красных» и «белых», но в целом нечто очень похожее на то беспринципное брожение социума, что описывали современники после революций 1917 года. Как у Максима Горького, в его страшном эссе «О русском крестьянстве». В сущности, как bellum omnium contra omnes («война всех против всех») в «Левиафане» Томаса Гоббса. ощущения Алгоритм русского обрыва узнаваем. Почти родственно схожи процессы начала и конца прошлого века. На первом этапе идут реформы, выдаются права и свободы. Там началось с Конституции, с Манифеста 17 октября 1905-го — здесь XXVII съезд КПСС в 1985-м, курс на демократию и гласность. Второй этап: несколько лет пребывания общества в этом новом, непривычном формате. Нарастающее напряжение. Неопределенность и повисший над страной вопрос: кто же, в конце концов, окажется «царем горы»? И кульминация: февраль 1917-го и август 1991-го. Права и свободы, кажется, обретены окончательно и полноценно. Эйфория. Но вот третий этап: эйфория становится хаосом. И далее: зачем нам свобода, если нет твердой руки и верного курса?! Реставрация привычной авторитарной вертикали. Тогда, в начале века, это происходит почти сразу, от февраля к октябрю 1917-го. Большевистская революция это, по сути, незамедлительный возврат к тому состоянию, когда русский мир не знал ни Конституции, ни гражданских прав. И надо сказать, этот мир не особенно переживал насчет того, что опять их лишился, — да он и не успел их узнать. А возможно, и узнавать не хотел. Зато опять была озвучена понятная и органично усваиваемая цель, воспроизводящая на новый манер давнюю и знакомую идею о «Москве — третьем Риме». В наши времена реставрация несколько затянулась. Русский мир словно бы решил посмотреть, что будет, если — без «третьего Рима»? Что, если предоставить человека себе самому, не задавая никаких генеральных линий? К тому же ни война, ни голод не стояли над душой, как в начале века. Уже к концу 90-х рынок худо-бедно стал действовать, рабочие места появились, криминал перестал быть таким откровенным, а огромное количество россиян кинулось получать высшее образование, заполняя повсеместно возникающие частные вузы. Окружающее пространство также было вполне благосклонно к русскому миру: все страны открыты, визы не составляли проблем. В общем, русский мир пригласили в мировую цивилизацию. Тем не менее — дальше последовало такое, о чем можно сказать: природа взяла. Человек тем ведь и отличается от кошки или от голубя, что просто выживать и размножаться ему недостаточно. Ему нужен ответ на вопрос: зачем? Необходим некий виртуальный смысл, вокруг которого все существование будет вращаться. Этот смысл не обязательно должен быть возвышенным и универсальным. Он вообще не обязательно должен ясно осознаваться и выступать явным ведущим мотивом. Для людей чаще всего достаточно, если смысл действует подспудно, по умолчанию задавая общую атмосферу. Делая существование «в общем смысле» оправданным. Как фоновое сопровождение, предназначенное снимать тревогу и давать ощущение «не-бесцельности» бытия. Но именно этим фоном и определяется, что представляет собой для человека мир. Без этого фона и выживание, и размножение — как будто повисают в пустоте, в бессмысленности и бесцельности. Из поколения в поколение, да что там, — веками, с XV века, с Великого Московского княжества, — русскому человеку давали готовое к использованию представление о мире. Давали атмосферу. Это была атмосфера единого, общеСтрана краев не видит СТР. 90–91  Кадр из фильма «Андрей Рублев» 92 – 93 «НОВАЯ РАССКАЗ-ГАЗЕТА» No5 CЕНТЯБРЬ 2022«НООВАЯ РАСС го дела, которое по сути всегда, с давних времен и по сей день,— «государево дело». Все прочие вещи, которые у русского человека есть, опираются на него как на осевой столп. И выживать, и размножаться хорошо, когда «государево дело» процветает. А что такое есть то самое «государево дело» — это лишь самому государю и решать. А русскому человеку — внимать. Вобщем-то ничего принципиально нового в такой атмосфере нет. С первобытных времен, когда человек с ужасом смотрел на окружающий его бездонный и опасный мир, возникают фигуры «священных царей». В этих своих царях видели древние племена спасение от мира, видели в них безусловных гарантов того, что их слабое, испуганное существование будет максимально безопасным и долгим. Без перемен, без выхода из привычного, без сомнений и дерзких мыслей. То самое русское: «можем повторить». Надо сказать, в ходе истории вполне получалось создавать такие относительно «бесконечные», веками воспроизводящие себя священные царства. Нам известны древние деспотии Вавилона и Ассирии, династии фараонов Египта, империя «вечного неба» в Китае. Тысячи лет — не менее четырех тысяч лет — в этих системах не менялось по сути ничего. Да, постоянно происходили катаклизмы: вторгались иные народы, шли опустошительные междоусобные войны, вспыхивали бунты и глобальные восстания. Но все это поглощалось и переваривалось социальной машиной, а в итоге выдавался всегда узнаваемый результат: безусловный авторитет правителя, безропотная лояльность населения и государство по образцу осажденной крепости. Глядя на нынешний русский мир, задаешься вопросом: отличается ли чем-то по существу расхожий тип россиянина, как мы его знаем, от какого-нибудь, например, древнего вавилонского шумера или халдея? И здесь, и там в центре всего стоит поклонение фигуре «божественного правителя». И там, и здесь человек видит свою судьбу во власти непредсказуемых и капризных внешних сил: лишь правитель может как-то управляться и договариваться с ними в пользу своих подданных, простых смертных. Если у древних этими силами были их многочисленные боги, то для россиянина на месте богов стоят не менее сакрализованные: бюджет, дотации, пенсия. Там — абсолютная лояльность царю, жрецу и храму, через которых идет воля богов; здесь — абсолютная лояльность каким угодно властям, если они посредники между россиянином и его зарплатой. И там, и здесь одна и та же валюта, которой платят за уверенность в завтрашнем дне. Эта валюта — покорность. А чтобы не быть тягостной, покорности лучше быть добровольной, а еще лучше — восторженной и опьяняющей. Этому способствуют всенародные праздники, особенно те, где правители демонстрируют боевую мощь: подданных такое зрелище чрезвычайно воодушевляло во все времена. Безотчетный авторитет власти, ее показательная сила и внеморальная фатальность завораживают подданного куда больше, чем эфемерная идея свободы. Причем завораживают не только бессубъектного «человека толпы», но и весьма образованных, эгоцентрических индивидов. В начале прошлого века, в разгар Первой мировой войны, известный утонченностью стиля русский философ Василий Розанов так описал свои чувства от зрелища проезжающей колонны конных императорских гвардейцев: «Я чувствовал себя обвеянным чужою силой, — до того огромною, что мое «я» как бы уносилось пушинкой в вихре этой огромности и этого множества... Я вдруг начал чувствовать, что не только «боюсь», но и — обворожен ими, — зачарован странным очарованием... Преувеличенная мужественность того, что было предо мною, — как бы изменила структуру моей организации и отбросила, опрокинула эту организацию — в женскую. Я почувствовал необыкновенную нежность, истому и сонливость во всем существе... Сердце упало во мне — любовью... Мне хотелось бы, чтобы они были еще огромнее, чтобы их было еще больше... Этот колосс физиологии, колосс жизни и, должно быть, источник жизни, — вызвал во мне чисто женственное ощущение безвольности, покорности и ненасытного желания «побыть вблизи», видеть, не спускать глаз... Определенно — это было начало влюбленности девушки»*. Все, что вытаскивает индивида из пределов обособленного, слабого человеческого «я» и позволяет чувствовать «нечто большее», — все сгодится, все подходит для восторженного поклонения, для «влюбленности». Всякая сила, что заставляет сердце приходить в трепет, дает утешительную «причастность», дарит смысл жалкому и заброшенному созданию. Дело здесь, понятно, не в самом Розанове. Он созерцатель, художник, интуит — а интуитам открываются вещи глобальные, сверхличностные. Открываются основания. К этим основаниям они по-разному могут отнестись. С пиететом, как Розанов, или напротив, весьма критически, как в те же времена, — Николай Бердяев, который упомянутую «влюбленность» в государственную силу назвал «вечно бабьим в русской душе». Что же такое русский обрыв? Очевидны две совершенно антагонистичные его версии. С одной стороны, для тех, кто не сторонник «Москвы — третьего Рима», для той активной части русской интеллигенции, что именуется сейчас, как вариант, «русскими европейцами», — катастрофическим обрывом является откат страны и, по сути, ее населения от идей, заложенных в перестройку. Отказ от вектора, связанного с ценностью свободы, гласности и открытого мира. Этот откат-отказ воспринимается абсолютной исторической драмой, и мало кто из «русских европейцев» в ближайшей перспективе надеется на возвращение утраченного. Происходящее со страной видится принципиальным обрывом связей с цивилизацией, да и вообще — с будущим человечества. По другую же сторону вопроса стоит подавляющее большинство российского населения и весь актив административно-бюджетной системы. Для них дело обстоит ровно наоборот: обрыв, который связывали с перестройкой и ее составляющими, — наконец, закончился полностью. Страна вернулась к своему многовековому, традиционному статусу «осажденной крепости» или «священного царства» — что, по сути, одно и то же. Самый длительный в российской истории эксперимент по предоставлению стране свободы привел к простому и ясному выводу: это — не «русский путь»! Но есть еще и третий аспект «русского обрыва». Он связан с тем, что русский мир отвернулся не только от внешней, мировой цивилизации, — он забраковал и те свои внутренние элементы, которые к цивилизации были его единственными проводниками. Русский мир забраковал свою интеллигенцию — вместе со всеми для него непонятными и подозрительными правовыми и просветительскими ее претензиями. Со всеми ее «проклятыми вопросами». Конечно, уже не в первый раз. Но каждый раз, как люди отказываются от свободы разума, — это может стать фатальным и окончательным отказом. Разум может и не вернуться. И это обрыв в пропасть. * Розанов В.В. «Война 1914 года и русское возрождение». Роман ШАМОЛИН, антрополог ощущения Л а р и а р и с а М А Л Ю К О В А О В А Не поверите, но почти параллельно завершена работа над тремя российскими фильмами: «Просточеловек», «Похожий человек» и «Здоровый человек». И пока мир спорит о «плохих русских» и «хороших русских», молодые авторы развернули камеры внутрь соотечественника. Кто он? Зачем? Есть ли у него имя собственное? И почему фильмы морального беспокойства сегодня снова в повестке дня. Кадр со съемок фильма «Здоровый человек» Кадр из фильма «Просточеловек» Кадр из фильма «Похожий человек» Дайте выход! Фильмы морального беспокойства вновь в повестке. «Просточеловек», «Похожий человек» и «Здоровый человек» 94 – 95 «НОВАЯ РАССКАЗ-ГАЗЕТА» No5 CЕНТЯБРЬ 2022 «Просточеловек» Саша (Филипп Авдеев) бежит в сумерках по набережной с фонарями. Жизнь у него немного перевернутая — допоздна работает в баре, бегает, чтобы под утро заснуть. Вместе с подругой — загляденье (Агата Муциниеце) — они готовятся к переезду на ПМЖ в Барселону, там готов к открытию их собственный бар. Но за несколько дней до отъезда выясняется: нашлась мать Саши. Та самая, что оставила ребенка в роддоме 30 лет назад. И вот тот самый мальчик — 3 кг 200 г, 53 см — стоит на пороге: «Здравствуйте, приятно познакомиться». Кстати, его гражданская жена тоже с ним, как с маленьким: «Быстро иди ужинать!» Мелодраматическая, почти телевизионная завязка — встреча со странной женщиной, больной эпилепсией (Чулпан Хаматова), и ее сварливой, вечно недовольной мамашей (Евгения Симонова) в полнометражном дебюте Яны Климовой-Юсуповой постепенно развивается в любопытную психологическую драму. С простой, но вечно актуальной мыслью: понять другого сложно. Очень, да. Но не поняв его, не разобраться в себе. Сашу тянет как магнитом в неблагополучную квартиру, где живут две стареющие женщины. Сострадание? Голос крови? Что-то другое. И почувствовать это другое помогает саундтрек. Две встречные темы: хрупкий голос Анны Герман «Я жду весну» — словно голос прошлого: про надежды, угасшую юность и несбыточное. Про истекшие в никуда запахи и звуки, которые не вернуть даже с помощью старых фотографий. Но без которых нас нет. Вторая тема — «По трамвайным рельсам» Янки Дягилевой. Про сегодняшнюю попытку вырваться из клетки предсказуемого, преодолеть железобетонные законы гравитации и, может быть, плыть одиноко в черном хаосе меж одиноких планет. Фильм не без изъянов, некоторые диалоги и монологи слишком литературные, но актеры на высоте (особенно актер «Гоголь-центра» Филипп Авдеев), и есть соприкосновение с сегодняшним днем. Фильм не вышел в прокат в запланированные сроки (25 августа), и вовсе не из-за «бюрократических препон», как писали некоторые СМИ. Чулпан Хаматова уехала в Латвию. Прокатчики осторожно говорят, что надеются все же его выпустить. «Похожий человек» Некто в один прекрасный день вышел на улицу. Из окна верхнего этажа. Мгновенное падение — и огромный сложный мир со всеми противоречиями, травмами, комплексами, связями... свернулся. Теперь его тело под одеялом лежит внизу у подъезда. А следователь пытается разобраться: убийство ли это, или суицид. С помощью соседей, сослуживцев, подруг, давних знакомцев рисует, так сказать, «портрет усопшего». Но почему-то никак это не удается, ускользает портрет, рассыпается на фрагменты-впечатления. Слишком непонятен этот мир «другого». Или слишком мы эгоистичны и равнодушны, не видим тех, кто рядом. Даже девушка, которая с ним жила, по сути, ничего про него не может сказать. С каждым последующим монологом мы понимаем, что никто ничего про него не знает, каждый рассказывает про себя. Структура фильма напоминает известный советский детектив «И это все о нем». Там тоже товарищи и сослуживцы Жени Столетова (Игорь Костолевский) выясняли, кем же он был и что с ним произошло. Черно-белый интеллектуальный детектив снял режиссер и актер Семен Серзин по пьесе Дмитрия Данилова «Свидетельские показания». Серзин не впервые обращается к произведениям Данилова: пьесу «Человек из Подольска» он ставил и в Ярославском театре, и в кино, «Свидетельские показания» — в Псковском драматическом театре. Гамлетовский выбор — почему, когда так хочется «быть», человек решает «умереть, уснуть», — для авторов еще и вопрос «что значит быть»? Вроде бы писал маленькие рассказы. Или коммерческие поделки гигантскими тиражами. Что сам о себе думал? Что от него осталось? Каким он был? Мутным? Милым? Щедрым? Жестким? В этом драмеди с элементами абсурда (так было и в «Человеке из Подольска») звучат другие тексты Данилова, а также песни группы OQJAV — ее лидер Вадик Королёв сыграл заглавную роль в «Человеке из Подольска». Название фильму дала песня OQJAV про человека, «похожего на меня». А вся притчеобразная история становится размышлением о себе, о попытках и способах посмотреть на себя со стороны. (У актеров здесь микробенефисы: Виктория Исакова, Любовь Толкалина, Максим Виторган, Ольга Лапшина.) Никто ничего не может сказать о нем, кроме общих слов. Ни-че-го. А в главной и самой непримечательной роли — то ли следователя, то ли жертвы обстоятельства — сам Серзин. Он интервьюер, раскручивающий клубок свидетельских показаний: а был ли Некто? История пунктирная, в ней много лакун, которые зритель заполняет по собственному усмотрению. «Здоровый человек» Когда на премьере в Художественном на сцену выходил автор и режиссер фильма Петр Тодоровский-младший, издалека казалось, что это Валерий Тодоровский. Та же пластика, очень похож. И кино — фирменное «тодоровское». Немного старомодное. Не спешащее за формальными поисками, сконцентрированное на крупном плане человека, оттого рассказывающего простые истории через своих любимых актеров. Всматривающееся в неразрешимые парадоксы жизни. Разумеется, название не без иронии. Егор — олицетворение благополучия. Завидная работа — ведущего спортивных новостей на канале «Матч TV», квартира, жена — само очарование (Ирина Старшенбаум), маленькая дочь. Благотворительность в хорошей компании в разумных пределах. Но однажды он слышит жуткие крики ночью, несущиеся со двора. Надо мгновенно решить: «выходить из комнаты?» или «не совершать ошибку?». Избиение в его дворе девушки, которую он попытался спасти, становится триггером для внутреннего слома, поисков себя через помощь другим. Он надевает на себя идиотский костюм чебурека и идет в детское онкологическое отделение волонтером: веселить и утешать маленьких пациентов и их мам, потерявших надежду. Он бродит по лесу вместе с командой LizaAlert, ищет исчезнувших. А кажется, что он ищет себя самого. Близкие смотрят на него с беспокойством. Или с иронией: ну взрослый же, надо же меру знать, заигрался в донкихотство, пытаясь заполнить внутреннюю пустоту. А как еще бороться с кризисом среднего возраста? В этой истории нет простых ответов на сложные вопросы, нет любования романтическими усилиями «добротворителя». Тем более что, всецело отдавая себя другим, желая не быть «человеком в футляре», Егор причиняет боль своим самым близким. О чем ему и говорит его подруга. Но эмпатия — способность ощутить страдания другого как свои — и делает этого «плохого хорошего человека» живым, сложным. Как и маниакальное желание помочь тем, кому помочь он не в силах. В этом кино все жирно, немного с перебором. Но эта чрезмерность, сентиментальность компенсируется актерскими работами и юмором. Это тот смех, который помогает не расплакаться. Или не испугаться. * * * Случаются времена, когда в привычной социальной системе будто возникает тромб. Когда лозунги, идеи подменяют сострадание, внутреннюю свободу, смех над собственным страхом. Мы будто оказались в западне бесчеловечности. И остается что? Вспомнить крик чеховского морского офицера из «Свадьбы»: «В какую сторону идти? Человек, выведи меня!» Отпечатано в АО «Прайм Принт Москва». Адрес: 141701, МО, г. Долгопрудный, Лихачевский проезд, д.5В. Заказ No 2398 Тираж — 7000 экз. Дата выхода — 23.09.2022 Рекомендуемая цена — 250 руб. новая рассказгазета Главный редактор: Сергей КОЖЕУРОВ Над этим выпуском работали: Георгий РОЗИНСКИЙ, Сергей СОКОЛОВ, Петр САРУХАНОВ, Вячеслав ПОЛОВИНКО, Ольга ТИМОФЕЕВА, Алексей ПОЛУХИН, Виктория ДЕНИСОВА, Инна КРОЛЬ, Елена АКСЕНОВА, Татьяна ПЛОТНИКОВА, Алексей ДУШУТИН, Диана ГРИГОРЬЕВА, Надежда ХРАПОВА, Оксана МИСИРОВА, Вероника ЦОЦКО Авторы номера: Надежда АНДРЕЕВА, Елена БЕРДНИКОВА, Татьяна БРИЦКАЯ, Марина ВИНОГРАДСКАЯ, Павел ГУТИОНТОВ, Евгения ДИЛЛЕНДОРФ, Ирина ЛУКЬЯНОВА, Лариса МАЛЮКОВА, Александр МИНКИН, Владимир МОЗГОВОЙ, Дмитрий ПРОКОФЬЕВ, Зоя СВЕТОВА, Александр СОЛДАТОВ, Слава ТАРОЩИНА, Ирина ТУМАКОВА, Вера ЧЕЛИЩЕВА, Роман ШАМОЛИН, Григорий ЯВЛИНСКИЙ Но! Купить «Новую рассказ-газету» можно в нашем интернет-магазине. Для соучастников «Новой газеты» — особые условия. Прочитать материалы выпуска можно на сайте novaya.media И снова, здравствуйте. Героиней этого номера и лицом обложки мы не случайно выбрали Аллу Борисовну Пугачеву. «Главный феномен Пугачевой кроется в ее внутренней свободе, — пишет в своей постоянной рубрике «Перемена участи» Слава Тарощина. — Она единственная из всех выдающихся деятелей искусств никогда не присягала на верность никакой власти. Никакой!». А когда в одном из четырех иноагентских реестров Минюста оказался Максим Галкин, Алла Борисовна с неуловимым изяществом нанесла удар по звериной серьезности надзорных ведомств, потребовав включить и ее «в ряды иноагентов моей любимой страны». Вот так и получилось, пусть это не покажется странным для нашего времени, что главная тема и ключевое слово номера — свобода. Свобода обретенная и утраченная. А еще мы возвращаемся и, видимо, будем делать это не раз, к урокам недолгой эпохи Горбачева. И это тоже о свободе. Свободе, которую он успел дать своему народу и которой мы, как пишет в этом же номере Григорий Явлинский, не сумели воспользоваться. «Новая рассказ-газета» зарегистрирована в Федеральной службе по надзору в сфере связи и массовых коммуникаций. Свидетельство ПИ No ФС77-35539 от 6 марта 2009 г. z Учредитель и издатель: АО «Издательский дом «Новая газета». z Редакция: АНО «Редакционно-издательский дом «Новая газета». Адрес: Потаповский пер., д. 3, с. 1, Москва, 101000. z © АО «ИД «Новая газета», АНО «РИД «Новая газета», 2022 г. z Любое использование материалов, в том числе путем перепечатки, допускается только по согласованию с Редакцией.

СОДЕРЖАНИЕ

ЯВЛЕНИЯ

  • Профилактика убийством. Верховный суд по требованию Роскомнадзора ликвидировал сайт «Новой газеты» как СМИ. Мотивировка — защита прав потребителя. Материал Татьяны Брицкой
  • Министры-оптимисты и экономисты-скептики. Кто прав в оценке состояния и перспектив российской экономики? Материал Дмитрия Прокофьева
  • Михаил Крутихин: «Европа должна поставить памятник Путину». С началом «газовой войны» страны Евросоюза ускоренно ищут и находят новых поставщиков энергоносителей, а переход к зеленой энергетике двинулся какими-то невиданными темпами. Материал Ирины Тумаковой*
  • Недобор, перебор и кофейная гуща. Поступление в вузы зависит от интуиции абитуриента или требует сложного математического анализа. «Починить прием» пока не удалось. Материал Ирины Лукьяновой
  • Птица Феликс. Будем называть вещи своими именами: возвращение Дзержинского — это попытка восстановить памятник органам госбезопасности. Материал Павла Гутионтова
лонгрид

Вектор Горбачева. Эссе Григория Явлинского

Он дал нам свободу, а мы не сумели ею воспользоваться

Полная версия. Соучастникам «Новой газеты» редакция открывала ранний доступ.

7 мая 1992 года. Михаил Горбачев на на фоне фрагмента Берлинской стены. Фото: AP Photo / Spencer Tirey

  • Михаил Горбачев, освободитель труда. К восьмидесятым страна, отправлявшая спутники в космос, не могла заинтересовать своих граждан работой. Что было делать? Материал Дмитрия Прокофьева
  • Атеист, который возродил веру. Он не красовался со свечкой перед камерами и не кланялся лицемерно святым мощам. Но именно Горбачев дал реальную свободу РПЦ, с которой она не справилась. Материал Александра Солдатова

ЛЮДИ

  • «Хочу морду набить одному человеку». Господа разоблачители явно поспешили списывать в тираж Аллу Борисовну Пугачеву. Материал Славы Тарощиной
  • Здравствуйте, садитесь. В Украине пообещали тюремные сроки российским учителям за работу на подконтрольных ВС РФ территориях. Материал Марины Виноградской
премьера рубрики

Письма со шконки

Выпуск первый. «Политические», «шпионы», «бизнесмены из ОПС»:

  • Илья Яшин*,
  • Владимир Кара-Мурза*,
  • Дмитрий Талантов,
  • Валерий Максименко,
  • Зиявудин Магомедов,
  • Карина Цуркан,
  • Андрей Пивоваров*,
  • Алексей Воробьев.

Материал Веры Челищевой и Зои Световой.

  • Королевское дело. Кем и чем была для Великобритании Елизавета II? Страна пытается осознать роль личности и масштаб потери. Материал Евгении Диллендорф
  • Дом в пасхальных тонах. Как волонтеры в маленьком селе Поволжья спасли льва и его уникальную обитель. Репортаж Надежды Андреевой

ОЩУЩЕНИЯ

лонгрид

Какая музыка была

Взгляд через полвека на Суперсерию-1972, изменившую не только хоккейный мир. Материал Владимира Мозгового

Полная версия. Соучастникам «Новой газеты» редакция открывала ранний доступ.

Москва. Советский нападающий Александр Мальцев и канадский голкипер Тони Эспозито, пропустивший шайбу в свои ворота. Фото: Виктор Будан, Виктор Шандрин / ТАСС

  • ГРАД ползучий. Где ищет и находит новых «врагов народа» Захар Прилепин и его «группа по расследованию антироссийской деятельности». Материал Елены Бердниковой
  • Левая резьба. Полицейские винтики и судейские гаечки. Идеальное соответствие. Материал Александра Минкина
  • Часы с кукухой. Репрессивная машина в России начала возрождаться едва ли не сразу после крушения СССР. И возвращение памятника Дзержинскому — символ этого возрождения. Материал Татьяны Брицкой
  • Страна краев не видит. Почему Россия в своей истории постоянно скатывается к обрыву. Материал Романа Шамолина
  • Дайте выход! Фильмы морального беспокойства вновь в повестке. «Просточеловек», «Похожий человек» и «Здоровый человек». Материал Ларисы Малюковой

* Включены в реестры иноагентов.

К сожалению, браузер, которым вы пользуетесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров.

Добавьте в Конструктор подписки, приготовленные Редакцией, или свои любимые источники: сайты, телеграм- и youtube-каналы. Залогиньтесь, чтобы не терять свои подписки на разных устройствах
arrow