КомментарийКультура

Прочь из Москвы! Из Петербурга тоже!

В Музее русского импрессионизма показывают творчество художников, которые поехали учиться за границу и (не) вернулись

Прочь из Москвы! Из Петербурга тоже!

Исаак Бродский. «Дети на берегу моря. Капри». 1909-1919. Экспонат выставки «Отличники»

что, где, когда

Выставка «Отличники».

Москва, Музей русского импрессионизма.

До 21 мая 2023.

На учебу

Учиться за границей всегда считалось делом полезным. Художники не исключение. Уже в XIX веке лучших выпускников петербургской Императорской Академии художеств и Московского училища живописи, ваяния и зодчества отправляли за государственный счет в Италию и Францию. Созданные за рубежом работы показывает сейчас столичный Музей русского импрессионизма.

Традиция пенсионерства восходит к 1760 году, когда выпускники Академии трех изящных художеств (петербургская институция находилась еще в ведении Московского университета и называлась вовсе не академией) впервые отправились за границу. Это были будущие классики архитектуры Василий Баженов и Иван Старов, а также живописец Антон Лосенко. Но выставка «Отличники» начинается с академизма 1840-х годов и завершается революцией 1917 года.

Среди представленных авторов много классиков — от Репина и Поленова до Кустодиева и Исаака Бродского, есть любимцы широкой публики, как Семирадский и Айвазовский, есть и мастера салонно-музейного искусства, как Василий Шухаев и Александр Яковлев. Все они побывали за границей за казенный счет «для усовершенствования в искусстве», но совершенствование это не понималось как знакомство с последними течениями — скорее, как продолжение школьной программы. Античность, Возрождение, поиски четвертьвековой давности…

Репин против Коро

Судя по тому, как развивалась живопись в царской России, за границей многие старались сохранить свою уникальность и к новым веяниям относились настороженно.

Вот Репин, например, жил в Париже в 1870-е, когда уже вовсю буйствовал импрессионизм — но, кажется, он умудрился его вообще не заметить!

Илья Репин. «Украинка». 1875. Экспонат выставки «Отличники»

Илья Репин. «Украинка». 1875. Экспонат выставки «Отличники»

Его письма с берегов Сены содержат в основном имена второго, если не третьего ряда, а о поэтичном Камиле Коро он поначалу отзывался снисходительно, называл его аферистом и заочно подвергал эйджизму.

цитата

Репин — о Коро:

«От старости его самого, его кистей и красок у него получился жанр вроде того, который в таком изобилии в избах Малороссии, и ведь наши бабы! Обмакнут большую щетку в синюю краску и начинают набрасывать на белый фон — прелесть! Но наших баб презирает дикая публика России. Другое дело здесь — Коро!!! "Да ведь это — Коро!!!" — кричит одному русскому телепню француз, догоняя его и хватая за полу.

В ресторане третьего дня молодой человек, француз, художник, шутив­ший с моделью и говоривший, между прочим, что он не особенно любит Коро, ужасно извинялся перед Поленовым, когда узнал, что он художник: "он осмелился в присутствии художника неуважительно отзываться о таком огромном имени!!!" Знал бы он, как мы отзываемся!».

Полтора года спустя Репин, правда, смягчился и признавал в Коро наивность и простоту: «есть восхитительные вещи по простоте, правде, поэзии и наивности; есть даже фигуры и превосходные по колориту».

Работы Коро тоже показывают на выставке в Музее импрессионизма — в рамках спецпроекта на третьем этаже, где ГМИИ им. Пушкина выставил полотна авторов, которыми восхищались наши, в основном это представители «барбизонской школы» — как Диас де ла Пенья и Добиньи, но есть и Курбе, и Менцель.

Посетители Музея русского импрессионизма. Выставка «Отличники». Фото предоставлено музеем

Посетители Музея русского импрессионизма. Выставка «Отличники». Фото предоставлено музеем

Как в кино

Показывают и творчество малоизвестных сегодня авторов, забытых явно незаслуженно, например, Ивана Дряпаченко (1881–1936) с его отличным видом Флоренции из коллекции Русского музея. Или рано умершего Семена Никифорова (1877–1912) — две его итальянские картины предоставил областной художественный музей Рязани.


Для многих это забвение было предопределено особенностями их творчества, отторгаемого позднейшими критиками-марксистами, и биографией — уехав в эмиграцию, они оказались между культурами. В итоге так и непонятен тот берег арт-истории, к которому они пристали.

Семён Никифоров. «Выезд итальянского короля Виктора Эммануила III на Всемирную выставку 1911 года в Риме». 1911. Экспонат выставки «Отличники»

Семён Никифоров. «Выезд итальянского короля Виктора Эммануила III на Всемирную выставку 1911 года в Риме». 1911. Экспонат выставки «Отличники»

Вот, например, Константин Вещилов (1878–1945). Ученик Репина, пенсионер в Риме, после гибели Верещагина он перенял многие его заказы и стал официальным художником Морского министерства, место было вакантно долгие годы после А.К. Боголюбова. Вещилов начал заниматься оформлением спектаклей в Суворинском театре, а среди выставок, в которых он участвовал, были в основном коммерческие. При большевиках Вещилов фиксировал оформление революционных праздников, портретировал Луначарского и Калинина, делегатов II конгресса Коминтерна, но потом все-таки уехал во Францию, где вернулся к занятию театром, а затем в Америку. Хотя Репин считал его талантливым, в краткой истории искусства ему вряд ли найдется место; извлечение прибыли из мастерства оказывалось для него важнее творческих поисков.

Готовым сценарием для сериала выглядит судьба Ивана Мясоедова (1881–1953). Сын знаменитого передвижника, увлекавшийся не только живописью, но и тяжелой атлетикой, он путешествовал как пенсионер между Брауншвейгом и Лондоном, много времени проводил на Капри у Горького (кстати, на выставке есть горьковский портрет кисти Бродского), но самое интересное в его жизни началось после революции.

Послужив художественным корреспондентом (были в газетах XX века и такие должности) в армии Деникина, он перебрался в Германию, где дважды сидел в тюрьме как фальшивомонетчик, снимался в кино, расписывал православный храм, жил по поддельным чешским паспортам, а для итальянского консульства в Брюсселе исполнил официальный портрет Муссолини.

После этого осел в Лихтенштейне, где стал почти что придворным художником, хотя и получил там условный срок за обман с паспортами. Последние же месяцы жизни он провел в Аргентине.

На выставке Мясоедов представлен отличным рисунком итальянской натурщицы из Русского музея. Работы для «Отличников» отбирались из множества музеев и частных собраний, в каталоге воспроизведено больше, чем показано в залах — не всему в итоге хватило места: так, например, картины из Еревана до Москвы не доехали.

Умный чиновник

Александр Савинов. «Балкон, увитый цветами». Рим. 1910. Экспонат выставки «Отличники»

Александр Савинов. «Балкон, увитый цветами». Рим. 1910. Экспонат выставки «Отличники»

Каталог хорош и тем, что по сюжетам он шире выставки. Так, здесь вспоминают об одном из реформаторов художественного пенсионерства за границей — конференц-секретаре Академии художеств в Петербурге с 1868 по 1889 год Петре Исееве (1831 — дата смерти неизвестна). Он считал, что в Париже необходимо устроить специальный дом для пенсионеров, которые вообще-то живут там странной жизнью и скорее «не продвигались в искусстве вперед, а напротив, шли назад и в этом обратном движении доходили до совершенного упадка».

Советские искусствоведы написали про Исеева немало гадостей — дескать, дорвался чинуша до власти, и понеслось… Главным в этой нелюбви к конференц-секретарю было, вероятно, то, что он противостоял Крамскому. Но в мемуарах Репина о нем говорится с уважением, и здесь возникает вопрос, кто авторитетнее: ангажированный аналитик или современник, лично общавшийся с неоднозначным героем?

В Музее русского импрессионизма. Выставка «Отличники». Фото предоставлено музеем

В Музее русского импрессионизма. Выставка «Отличники». Фото предоставлено музеем

После обвинения в растрате Исеева осудили и отправили в ссылку в Оренбург. Говорят, он взял на себя чужую вину — и не просто абы чью, но самого Великого князя Владимира, президента Академии художеств, который, как и Исеев, тоже немало что покупал у Репина-студента и его товарищей.

Вот как рассказывали об этом сами родственники Исеева: «Великий князь спросил: "Преданы ли Вы Государю?" После этих слов просил Исеева взять на себя вину за растраты, дабы не бросить тень на имя Романовых. Великий князь обещал вернуть все деньги и помочь в суде».

Вероятно, все было именно так.

Великий князь выполнил обещание, так как наказание Исеева оказалось относительно легким — ссылка в Оренбург. Там он жил с женой, на свидание с ним ездили дочери. По их словам, в Оренбурге он «подрабатывал плотницким делом», но художники утверждали, что и в ссылке тот продолжал принимать участие в их судьбах. Хороший пример для казнокрадов и зиц-председателей последующих времен.

Борис Кустодиев. «В Булонском лесу». 1904. Экспонат выставки «Отличники»

Борис Кустодиев. «В Булонском лесу». 1904. Экспонат выставки «Отличники»

Этот материал входит в подписку

Добавляйте в Конструктор свои источники: сайты, телеграм- и youtube-каналы

Войдите в профиль, чтобы не терять свои подписки на разных устройствах

shareprint
что, где, когда

Выставка «Отличники».

Москва, Музей русского импрессионизма.

До 21 мая 2023.

На учебу

Учиться за границей всегда считалось делом полезным. Художники не исключение. Уже в XIX веке лучших выпускников петербургской Императорской Академии художеств и Московского училища живописи, ваяния и зодчества отправляли за государственный счет в Италию и Францию. Созданные за рубежом работы показывает сейчас столичный Музей русского импрессионизма.

Традиция пенсионерства восходит к 1760 году, когда выпускники Академии трех изящных художеств (петербургская институция находилась еще в ведении Московского университета и называлась вовсе не академией) впервые отправились за границу. Это были будущие классики архитектуры Василий Баженов и Иван Старов, а также живописец Антон Лосенко. Но выставка «Отличники» начинается с академизма 1840-х годов и завершается революцией 1917 года.

Среди представленных авторов много классиков — от Репина и Поленова до Кустодиева и Исаака Бродского, есть любимцы широкой публики, как Семирадский и Айвазовский, есть и мастера салонно-музейного искусства, как Василий Шухаев и Александр Яковлев. Все они побывали за границей за казенный счет «для усовершенствования в искусстве», но совершенствование это не понималось как знакомство с последними течениями — скорее, как продолжение школьной программы. Античность, Возрождение, поиски четвертьвековой давности…

Репин против Коро

Судя по тому, как развивалась живопись в царской России, за границей многие старались сохранить свою уникальность и к новым веяниям относились настороженно.

Вот Репин, например, жил в Париже в 1870-е, когда уже вовсю буйствовал импрессионизм — но, кажется, он умудрился его вообще не заметить!

Илья Репин. «Украинка». 1875. Экспонат выставки «Отличники»

Илья Репин. «Украинка». 1875. Экспонат выставки «Отличники»

Его письма с берегов Сены содержат в основном имена второго, если не третьего ряда, а о поэтичном Камиле Коро он поначалу отзывался снисходительно, называл его аферистом и заочно подвергал эйджизму.

цитата

Репин — о Коро:

«От старости его самого, его кистей и красок у него получился жанр вроде того, который в таком изобилии в избах Малороссии, и ведь наши бабы! Обмакнут большую щетку в синюю краску и начинают набрасывать на белый фон — прелесть! Но наших баб презирает дикая публика России. Другое дело здесь — Коро!!! "Да ведь это — Коро!!!" — кричит одному русскому телепню француз, догоняя его и хватая за полу.

В ресторане третьего дня молодой человек, француз, художник, шутив­ший с моделью и говоривший, между прочим, что он не особенно любит Коро, ужасно извинялся перед Поленовым, когда узнал, что он художник: "он осмелился в присутствии художника неуважительно отзываться о таком огромном имени!!!" Знал бы он, как мы отзываемся!».

Полтора года спустя Репин, правда, смягчился и признавал в Коро наивность и простоту: «есть восхитительные вещи по простоте, правде, поэзии и наивности; есть даже фигуры и превосходные по колориту».

Работы Коро тоже показывают на выставке в Музее импрессионизма — в рамках спецпроекта на третьем этаже, где ГМИИ им. Пушкина выставил полотна авторов, которыми восхищались наши, в основном это представители «барбизонской школы» — как Диас де ла Пенья и Добиньи, но есть и Курбе, и Менцель.

Посетители Музея русского импрессионизма. Выставка «Отличники». Фото предоставлено музеем

Посетители Музея русского импрессионизма. Выставка «Отличники». Фото предоставлено музеем

Как в кино

Показывают и творчество малоизвестных сегодня авторов, забытых явно незаслуженно, например, Ивана Дряпаченко (1881–1936) с его отличным видом Флоренции из коллекции Русского музея. Или рано умершего Семена Никифорова (1877–1912) — две его итальянские картины предоставил областной художественный музей Рязани.


Для многих это забвение было предопределено особенностями их творчества, отторгаемого позднейшими критиками-марксистами, и биографией — уехав в эмиграцию, они оказались между культурами. В итоге так и непонятен тот берег арт-истории, к которому они пристали.

Семён Никифоров. «Выезд итальянского короля Виктора Эммануила III на Всемирную выставку 1911 года в Риме». 1911. Экспонат выставки «Отличники»

Семён Никифоров. «Выезд итальянского короля Виктора Эммануила III на Всемирную выставку 1911 года в Риме». 1911. Экспонат выставки «Отличники»

Вот, например, Константин Вещилов (1878–1945). Ученик Репина, пенсионер в Риме, после гибели Верещагина он перенял многие его заказы и стал официальным художником Морского министерства, место было вакантно долгие годы после А.К. Боголюбова. Вещилов начал заниматься оформлением спектаклей в Суворинском театре, а среди выставок, в которых он участвовал, были в основном коммерческие. При большевиках Вещилов фиксировал оформление революционных праздников, портретировал Луначарского и Калинина, делегатов II конгресса Коминтерна, но потом все-таки уехал во Францию, где вернулся к занятию театром, а затем в Америку. Хотя Репин считал его талантливым, в краткой истории искусства ему вряд ли найдется место; извлечение прибыли из мастерства оказывалось для него важнее творческих поисков.

Готовым сценарием для сериала выглядит судьба Ивана Мясоедова (1881–1953). Сын знаменитого передвижника, увлекавшийся не только живописью, но и тяжелой атлетикой, он путешествовал как пенсионер между Брауншвейгом и Лондоном, много времени проводил на Капри у Горького (кстати, на выставке есть горьковский портрет кисти Бродского), но самое интересное в его жизни началось после революции.

Послужив художественным корреспондентом (были в газетах XX века и такие должности) в армии Деникина, он перебрался в Германию, где дважды сидел в тюрьме как фальшивомонетчик, снимался в кино, расписывал православный храм, жил по поддельным чешским паспортам, а для итальянского консульства в Брюсселе исполнил официальный портрет Муссолини.

После этого осел в Лихтенштейне, где стал почти что придворным художником, хотя и получил там условный срок за обман с паспортами. Последние же месяцы жизни он провел в Аргентине.

На выставке Мясоедов представлен отличным рисунком итальянской натурщицы из Русского музея. Работы для «Отличников» отбирались из множества музеев и частных собраний, в каталоге воспроизведено больше, чем показано в залах — не всему в итоге хватило места: так, например, картины из Еревана до Москвы не доехали.

Умный чиновник

Александр Савинов. «Балкон, увитый цветами». Рим. 1910. Экспонат выставки «Отличники»

Александр Савинов. «Балкон, увитый цветами». Рим. 1910. Экспонат выставки «Отличники»

Каталог хорош и тем, что по сюжетам он шире выставки. Так, здесь вспоминают об одном из реформаторов художественного пенсионерства за границей — конференц-секретаре Академии художеств в Петербурге с 1868 по 1889 год Петре Исееве (1831 — дата смерти неизвестна). Он считал, что в Париже необходимо устроить специальный дом для пенсионеров, которые вообще-то живут там странной жизнью и скорее «не продвигались в искусстве вперед, а напротив, шли назад и в этом обратном движении доходили до совершенного упадка».

Советские искусствоведы написали про Исеева немало гадостей — дескать, дорвался чинуша до власти, и понеслось… Главным в этой нелюбви к конференц-секретарю было, вероятно, то, что он противостоял Крамскому. Но в мемуарах Репина о нем говорится с уважением, и здесь возникает вопрос, кто авторитетнее: ангажированный аналитик или современник, лично общавшийся с неоднозначным героем?

В Музее русского импрессионизма. Выставка «Отличники». Фото предоставлено музеем

В Музее русского импрессионизма. Выставка «Отличники». Фото предоставлено музеем

После обвинения в растрате Исеева осудили и отправили в ссылку в Оренбург. Говорят, он взял на себя чужую вину — и не просто абы чью, но самого Великого князя Владимира, президента Академии художеств, который, как и Исеев, тоже немало что покупал у Репина-студента и его товарищей.

Вот как рассказывали об этом сами родственники Исеева: «Великий князь спросил: "Преданы ли Вы Государю?" После этих слов просил Исеева взять на себя вину за растраты, дабы не бросить тень на имя Романовых. Великий князь обещал вернуть все деньги и помочь в суде».

Вероятно, все было именно так.

Великий князь выполнил обещание, так как наказание Исеева оказалось относительно легким — ссылка в Оренбург. Там он жил с женой, на свидание с ним ездили дочери. По их словам, в Оренбурге он «подрабатывал плотницким делом», но художники утверждали, что и в ссылке тот продолжал принимать участие в их судьбах. Хороший пример для казнокрадов и зиц-председателей последующих времен.

Борис Кустодиев. «В Булонском лесу». 1904. Экспонат выставки «Отличники»

Борис Кустодиев. «В Булонском лесу». 1904. Экспонат выставки «Отличники»

Этот материал входит в подписку

Добавляйте в Конструктор свои источники: сайты, телеграм- и youtube-каналы

Войдите в профиль, чтобы не терять свои подписки на разных устройствах

shareprint

К сожалению, браузер, которым вы пользуетесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров.

Добавьте в Конструктор подписки, приготовленные Редакцией, или свои любимые источники: сайты, телеграм- и youtube-каналы. Залогиньтесь, чтобы не терять свои подписки на разных устройствах
arrow