СюжетыОбщество

«Никаких чатов, никаких разборок, никаких сборов на занавески»

Российские родители — о том, чем их удивили школы за рубежом и действительно ли дома учили лучше

Татьяна Васильчук, спецкор «Новой газеты»

Ученики. Школа в Сербии. Фото OLIVER BUNIC / AFP / East News

С начала года из России уехали сотни тысяч людей, при этом многие — целыми семьями. Главный, а нередко и единственный «якорь» для семей, которые принимают решение о том, оставаться ли в России, — это «школьный вопрос». В теории все смотрится просто — а на практике возникает масса дилемм. На каком языке ребенок будет продолжать обучение? Получится ли учиться бесплатно? А если нет, то сколько это будет стоить? И какие документы нужно подготовить, еще находясь в России, чтобы поступить в школу за рубежом? А что же с русским языком? И как же теперь быть с образованием в рамках российских стандартов?

«Новая» собрала истории уехавших родителей о том, как в их семье решался «школьный вопрос» — и решился ли.

«Канадская школа совсем не похожа на российскую»

Мария.
Дочка пошла в школу в городе под Ванкувером:

— Мы живем в небольшом городе под Ванкувером уже три месяца. Моей дочке Ксюше пять лет. В Москве она ходила в детский сад. Но в Канаде школа начинается с пяти, поэтому ей пришлось становиться школьницей раньше, чем мы планировали. В этом есть плюсы, потому что детские сады в Канаде платные. Бесплатных садов здесь вообще не существует — ни для граждан, ни для кого. А вот государственные школы — бесплатные.

Ксюша пошла в Kindergarten. Так называется самый младший класс, до первого. Это как бы еще детский сад, но уже относится к школе. Чтобы поступить в школу — нужен постоянный адрес. Нам нужно было для этого снять квартиру. Я не могу сказать, что мы как-то особенно выбирали школу, мы ее вообще не выбирали. Ты можешь идти только в ту школу, которая относится к твоему району, поэтому мы сначала искали квартиру, а потом уже подавали документы на обучение дочки. Но оказалось, что в ближайшей школе, до которой мы можем дойти пешком, уже нет мест и нас туда взять не могут. Нам посоветовали еще две школы в нашем районе, в которых есть места, — я выбирала между ними. Смотрела сайты, спросила какие-то отзывы у знакомых, которые здесь живут. Мне сказали, что хорошая школа — англо-французская. Больше я ничего особо о ней не знала. Посмотрела на сайте фотографию прекрасного улыбчивого директора. И решила, что мы пойдем сюда.

В школу нас приняли довольно быстро. Я позвонила в четверг, и уже во вторник на следующей неделе дочка пошла.

Никаких собеседований, экзаменов. Ты просто заполняешь форму на сайте, куда прикрепляешь все свои документы. Я долго мучила администрацию просьбами: «Скажите мне, что купить, что принести с собой». Мне сказали, что ничего не надо, все будет.

Ванкувер. Фото: Chris Cheadle / EAST NEWS

Никаких ручек, карандашей, тетрадок. Нужно только утром собирать ребенку с собой ланч-бокс. В школах не кормят, поэтому еду нужно приносить.

Я в целом довольна. Хоть нам и далековато приходится ездить на автобусе.

Как у нас

Как у нас

Уроки почитания

Единые программы, единый учебник, «Молодая гвардия» в списке обязательного чтения — все это уже стало обязательным для литературы в школах или скоро станет

Конечно, я очень переживала, что дочка не знает языка. Я спрашивала у администрации, как нам с этим быть. На что мне отвечали: «Не переживайте, все будет хорошо, она — не первый ребенок, который приходит, не зная языка». Дети очень быстро адаптируются. Повезло, что у Ксюши в классе оказалась еще одна русскоязычная девочка, и они подружились. Но в целом, конечно, это очень стрессовое погружение. Ты сразу попадаешь в новую среду, где проводишь день, ничего не понимая, и при этом от тебя все чего-то хотят, ты должен что-то делать — это тяжело. Но дочка справляется отлично, она смотрит на других детей, повторяет за ними. И учителя настроены очень доброжелательно. Я знаю, что в каких-то школах есть специальные тьюторы, которые прикрепляются к ребенку и помогают ему. У нас, к сожалению, такого нет. Но все стараются находить общий язык.

Когда нужно что-то сказать конкретно ей, чтобы она поняла, — используют гугл-переводчик.

А так она адаптируется по ситуации, уже нахваталась каких-то хаотичных фраз, уже очень хочет говорить на английском, только пока словарный запас этого не позволяет.

Канадская школа совсем не похожа на российскую. Тут нет четкого деления на уроки и перемены, все перетекает из одного в другое. Сначала они спели песенку, потом почитали книжки, потом порисовали, потом поучили какую-то букву. Погуляли, поели, и вот так день проходит… Нет такого, что мы все сидим за партами 45 минут, потом 5 минут носимся на перемене, потом опять сидим. Это очень мягкая игровая система обучения.

Что отдельно мне нравится: какие-то интересные мероприятия у них проходят в городской среде, в лесу. Если хорошая погода — урок на улице.

На математике они рисовали классики, писали на них цифры, прыгали по ним и считали. Нет определенного правила, как именно надо это делать. Классики кто-то рисовал в форме сердечка, кто-то просто выстроил цифры в одну длинную линию. Как-то они ходили смотреть на нерест лосося в лес, изучали там листики, деревья.

Еще один плюс — это отсутствие родительских чатов. И вообще каких-либо чатов. Никаких разборок, сборов на подарки и прочего.

Здесь есть русская школа. Она работает по субботам. Я пошла туда работать, а дочка пошла туда дополнительно учиться. Я сначала не очень хотела, чтобы она туда шла, потому что, мне казалось, шесть дней ребенку учиться — это слишком. Но она очень просила. И это оказалось правильно, потому что для нее было очень важно — почувствовать себя в той среде, где она все понимает. Она прямо обожает русскую школу, очень ее ждет. Хотя это такая школа-школа, со всеми атрибутами, к которым мы привыкли: со звонками, заучиванием стихотворений наизусть, с домашними заданиями. В канадской школе домашних заданий нет.

Я всегда была противницей раннего развития. Всегда говорила, что мы не будем специально торопиться учить читать к какому-то определенному возрасту, решать примеры. Потому что ребенок должен играть до семи лет и свободно себя чувствовать без зубрежки. В итоге в пять лет у моего ребенка две школы на двух языках. Вечера мы проводим, заучивая стихи, которые задали в русской школе. И еще дополнительно занимаемся английским по видеоурокам. Вот так жизнь иногда твои планы и представления о том, как надо, переворачивает. Но это, конечно, не самое страшное, что случилось с людьми в этом году.

«С моим ребенком про ценности в Москве никто не говорил»

Анна,
дочка пошла в школу в Стамбуле:

— Еще не улетев из Москвы, я занялась поиском школы в Стамбуле. Читала стамбульские чаты, безумные отзывы о турецких школах, о том, что там по 50 человек в классе, что русские бабушки каждое утро говорят своим турецко-русским внукам: «Приходи пораньше, чтобы занять место поближе». Рассмотрела все варианты русских школ в Стамбуле.

В школу при посольстве не хотелось идти по простым причинам: если мы слушаем гимны и посещаем уроки патриотизма в российских школах, то что нам может предложить школа, которая транслирует то же самое — только из-за границы? Мы от этого убежали. Зачем нам к этому возвращаться?

Школьный двор. Стамбул. Фото: Walter Schmitz / EAST NEWS

Тая закончила в Москве первый класс. И здесь попала во второй. Нужно было забрать из московской школы личное дело ребенка. Перевести его на турецкий язык, сделать нотариальное заверение. Иностранцы могут попасть в государственную школу в своем районе — для этого нужно подать документы, подтвердить наличие вида на жительство. Но в государственной — обучение на турецком языке.

Наша международная школа дала нам три месяца на подготовку документов, потому что они прекрасно понимают, что многие родители приезжают экстренно, не подготовленными. Мы и квартиру искали, отталкиваясь от школы. Сначала выбрали школу, пришли на очную встречу, ударили по рукам и начали искать жилье рядом.

У нас частная школа. Обучение стоит 6600 долларов в год. Обсуждаются комфортные графики платежей. Чаще всего можно платить каждые три месяца.

Есть более дорогие международные школы. Но там нужно платить гораздо больше, 20 тысяч долларов за год. Мы бы, конечно, такое не потянули.

У Тайки был английский язык еще до школы. И это очень помогло сейчас — она легко влилась. В классе дети как минимум из восьми стран. Из Алжира, Ирана, Сирии, Китая, Ганы, США, Таджикистана, Азербайджана. Учительница — молодая турчанка с потрясающим английским языком. Раз в месяц классный руководитель звонит родителю и общается целый час о ребенке. Это не формат нашего классного часа, где кто-то краснеет, кто-то радуется за своего ребенка, где, как на базаре, решаются вопросы. О покупке занавесок разговоров нет. А повседневная коммуникация — в вотсапе. Каждый родитель получает индивидуальное сообщение.

Вообще, у школы очень продвинутый процесс отчета перед родителями за детей. Нам присылают фото, информацию по каждому предмету — чему они учились на испанском, на робототехнике.

Если в Москве я отдавала Тайку на продленку, чтобы не делать с ней домашку, — здесь у них отдельный урок, где учат, как делать домашку. Ребенок все делает сам.

Тая в Стамбуле. Фото предоставлено семьей

У нас есть форма. Это требование школы. Поло, пиджак или кофта с длинным рукавом. Можно купить поло другого цвета. Можно юбку, можно брюки. Тайка как-то целый день просидела в дождевике. В нем пришла, в нем ушла. Спрашиваю: тебе кто-то что-то сказал? Нет.

У нашей школы есть своя программа. Шесть тематических блоков. И все предметы так или иначе затрагивают центральную тему — тематический блок. Первая наша тема была — ценности. Общечеловеческие, моральные, семейные. Удивительно, но с моим ребенком про ценности в первом классе в Москве никто не говорил.

Школа потрясная. Я абсолютно счастлива. Единственное беспокойство, которое у меня есть, связано с моим собственным опытом. Мы учили математику, делали задачи, все эти учебники Петерсон.

Здесь же все настолько лайтово… Я переживаю, получает ли мой ребенок знания. Потом сама себя успокаиваю тем, что у моего ребенка все занятия проходят на английском языке. Так или иначе, с этой базой можно учиться и в другом месте.

Если Турция станет не финальной точкой нашего пути, а всего лишь перевалочным пунктом.

«В свои семь лет я училась писать и читать, а мой ребенок в свои семь лет учит английский, французский, армянский и математику»

Анна,
сын пошел в школу в Ереване:

— Мой ребенок ходит в Ереване во французский лицей имени Анатоля. Ему исполнилось семь лет в этом году.

В Москве мы ходили на одно собеседование, ничего не получилось — а потом переехали сюда. Этот лицей нашли родственники мужа. Здесь все необычно.

Во-первых, здесь ребенок попал сразу во второй класс по результатам собеседования. Поступления как такового не было, школа платная, туда можно прийти и учиться. В классе много детей из других стран. Но, в основном, армяне и русские. Есть англоязычные ребята. Языковой барьер как бы есть, но хорошо, что он там именно в таком виде.

Это французский лицей, и все преподавание идет на французском. Мой ребенок никогда не говорил на французском, и сейчас у них очень активное погружение, поэтому рано или поздно дети смогут между собой договориться на интернациональном французском языке внутри школы.

Все кажется непривычным. Но в хорошем смысле. Преподаватели поддерживают, к детям относятся как-то очень по-доброму. На собрании нам говорили, что у них будут специальные выездные мероприятия, чтобы детей сдружить между собой. Они очень четко следят, чтобы не было никакого насилия, ни физического, ни вербального, чтобы дети между собой дружили. Проводятся проектные работы, где детей миксуют между собой, чтобы не было такого, чтобы они по кучкам собрались и друг с другом не общались.

Урок танца в школе, Ереван. Фото: Sevi / ZAMAN / SIPA / EAST NEWS

Пока я в абсолютном восторге, памятуя о том, что такое российские школы. Понятно, что первое время было тяжеловато. Я видела, что ребенку трудно. Я помню по себе, что в семь лет я училась писать и читать, а мой ребенок в свои семь лет учит английский, французский, армянский и математику. Я думаю, что сейчас он получает очень много информации и,

несмотря на то, что школа ему правда нравится, все равно он иногда просит меня: «А можно я не пойду?», «А может быть, давай пропустим?». Однажды пошутил, говорит: «Хочу в школу. Чем раньше приду, тем раньше уйду оттуда». Тяжело, да.

Я искренне верю, что, как только французский язык будет пониматься им хотя бы на каком-то интуитивном уровне, — будет попроще.

Читайте также

Читайте также

Давление на пустоту

Чем тоталитарная беспомощность власти отличается от выученной беспомощности народа

«Российские родители учатся здесь расслабляться и не нервничать»

Наталья,
дети пошли в школу в Нови-Саде, (Сербия):

— Мы из Калининградской области. Муж — программист. Я — преподаватель английского. Оба работаем удаленно. После 24 февраля мы дружно приняли решение, что будем переезжать. Стали собирать вещи и выбирать страну, куда ехать. У нас трое детей, девочки тогда учились в восьмом и третьем классе, а младшей было пять лет.

Мы сидели в очень многих телеграм-чатах о переезде: в кипрском, германском, черногорском, сербском. Они есть по каждой стране, люди делятся опытом. Постепенно мы сужали поиск, куда хотим и куда можем поехать. Выбирали страну, куда можно переехать довольно быстро и куда не нужна виза.

Я как-то быстро наткнулась на чат Нови-Сада. Это чудесный городок на севере Сербии. Он небольшой, в нем есть университет, театры, балет, опера, очень красивый старый город. Мы подумали, что это все должно хорошо сказываться на жизни в городе — раз в нем есть университет, значит, в нем есть хорошие школы, которые к этому университету готовят. Скорее всего, есть кружки, студии. Мы выбрали Нови-Сад за его образовательно-культурную направленность.

У Сербии с Россией подписан договор о взаимном признании дипломов об образовании, поэтому при переходе в сербскую школу никаких особых сложностей не возникает.

Нужно забрать личное дело из российской школы, привезти его в Сербию, уже внутри Сербии перевести на сербский язык и заверить у нотариуса. Дипломы признаются один к одному, то есть если ребенок переехал в середине пятого класса, тут он тоже пойдет в середину пятого класса.

Детские рисунки в сербской школе. Фото: OLIVER BUNIC / AFP / East News

Сложнее переезжать со старшеклассниками. Основная школа здесь — это восемь классов. После восьмого класса нужно либо поступать в гимназию, в которой ребята учатся четыре года и потом имеют право поступать в университет, либо идти в училище, там учиться три года и потом идти работать. Я знаю, что многие семьи со старшеклассниками хотели бы поступать в гимназию, но для поступления в гимназию нужно сдать экзамены на сербском языке и учитываются оценки за последние три года. А если ребенок переезжает в начале восьмого класса: удастся ли ему за полгода выучить сербский на должном уровне и показать хорошую успеваемость в сербской школе?

В Нови-Саде есть две частные школы. Это школа Clever и школа Кирилла и Мефодия. Clever предлагает старшеклассникам Кембриджскую программу. После восьмого класса тоже нужно учиться четыре года, получить Кембриджский аттестат и потом с ним можно поступать в международные вузы. Многие российские семьи пришли сюда, мы в том числе. Моя старшая дочь сербский не знала. А английский знала. Я — учитель английского, у меня все дети говорят на английском.

Стоимость детского сада в Нови-Саде — от 200 до 300 евро в месяц. В Белграде дороже. Стоимость частной школы, куда ходят старшие дети, — от 450 до 550 евро в месяц, зависит от класса. Вступительных экзаменов в платную школу как таковых не было. У них преподавание на английском, они смотрели уровень языка.

Мы были на одной из встреч русскоязычных семей, ходили в поход большой компанией. Моя средняя дочка прошла по всем детям, спросила: «А куда вы ходите? В какую школу?» Это были семьи, которые переехали еще весной. Она сама собрала отзывы, пришла ко мне, сказала: «Мам, вот ребята ходят в эту школу, им там нравится, я тоже туда хочу». И это тоже оказался Clever.

У старшей и у средней в классах — по 10–12 человек. Классы интернациональные. В Нови-Саде много семей из Китая, потому что в Сербии много китайских компаний. И у девочек в классе есть один-два-три человека из Китая. Есть ребята из Америки, Австралии, Чехии, Германии. Мне нравится, что у девочек такая интернациональная компания в школе. Мне кажется, это очень сильно меняет взгляд на мир, когда ты учишься среди людей разных культур.

Мои старшие девочки постепенно учат сербский язык. И мы с мужем тоже занимаемся изучением сербского. Мы стараемся ассимилироваться. Мы не знаем, как долго будем жить в этой стране, потому что мы уже научились ничего не загадывать. Но пока мы живем, мы стараемся уважать правила и культуру этой страны и знать ее язык как минимум на уровне бытового общения.

Про сербские школы в целом: мои дети не ходят в сербскую школу, но я общаюсь с родителями, которые перевезли сюда своих детей и отправили в сербскую школу. Непривычно, что нет такого глубокого вовлечения родителей в жизнь школы. Нет родительских чатов. Нет электронного журнала. Сербы вообще очень доброжелательные люди, всегда улыбнутся, скажут доброе слово, очень любят детей, ребенка всегда найдут, за что похвалить. В садике все съел, что-то красиво нарисовал, они ему говорят: «Браво». Я очень рада, что у моих детей есть возможность расти в принимающей обстановке. Нет тревожности, что ты заболеешь, что-то не так сделаешь.

Любимое выражение у них, мне кажется: «Нема проблема». Вот у моего ребенка что-то не получается — «нема проблема, все будет отлично».

Тут меньше контроля. Накануне первого сентября по родительским чатам у российских мам было видно тревогу. Они спрашивали: «А какую форму купить, а какие учебники, а какие тетрадки, какого размера?» Мы настолько привыкли, что нам еще весной дают по списку, какого цвета должна быть форма, какого размера обложки, какого цвета ручки. Тревожность у российских родителей зашкаливала! А тут: ну если вам хочется что-то принести — принесите тетрадку и карандаш. Заранее ничего покупать не нужно, они говорят: «Ну все же будет в магазине весь учебный год, оно же никуда не денется, чего вы нервничаете?»

Этот материал входит в подписку

«Новая рассказ-газета»

Журнал о том, что с нами происходит

Добавляйте в Конструктор свои источники: сайты, телеграм- и youtube-каналы

Войдите в профиль, чтобы не терять свои подписки на разных устройствах

ДЕЛАЕМ ЧЕСТНУЮ ЖУРНАЛИСТИКУ ВМЕСТЕ

В стране, где власти постоянно хотят что-то запретить, в том числе — запретить говорить правду, должны быть издания, которые продолжают заниматься честной журналистикой.

Ваша поддержка поможет нам, «Новой газете», и дальше быть таким изданием. Сделайте свой вклад в независимость журналистики в России прямо сейчас.

  • Банковская карта
  • SberPay
  • Альфа-Клик
  • ЮMoney
  • Реквизиты
Нажимая кнопку «Стать соучастником», я принимаю условия и подтверждаю свое гражданство РФ
shareprint

К сожалению, браузер, которым вы пользуетесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров.

Добавьте в Конструктор подписки, приготовленные Редакцией, или свои любимые источники: сайты, телеграм- и youtube-каналы. Залогиньтесь, чтобы не терять свои подписки на разных устройствах
arrow