КомментарийЭкономика

Люди вместо нефти

Пока европейские страны обсуждают «потолок цен» на российские углеводороды, расскажем, почему это на самом деле так важно

Этот материал вышел в «Новой рассказ-газете» за декабрь 2022
Читать
Дмитрий Прокофьев

Фото: А. Сапаров / Фотохроника ТАСС

Тайна нефтяной иглы

Дело в том, что цены на нефть, а точнее, размер нефтяных доходов, которые российское правительство может извлекать благодаря продаже сырьевых ресурсов, — это практически единственное, что реально определяет состояние экономики страны. И не только потому, что приток нефтедолларов позволяет власти финансировать свои расходы и вкладывать остатки в экономику, а потому, что высокие цены на нефть, обеспечивающие сверхдоходы власти, позволяют ей «оставить экономику в покое» — и дать людям возможность заниматься своими делами.

Дело здесь не в том, что «Россия села на нефтяную иглу» и никак не может с нее «слезть». СССР (включавший в себя Россию) «сел на нефтяную иглу» 60 лет назад, исходя из глубокого макроэкономического соображения — Советскому Cоюзу нужно было «труд» замещать «капиталом» — поскольку трудовой ресурс был близок к исчерпанию.

Вся сталинская индустриализация держалась на запредельной эксплуатации человеческого ресурса: забираем из деревни продукты по минимальной цене, продаем их в городах — хочешь их купить — беги из деревни в город — становись к станку.

А поскольку таких, как ты, много — за твой труд мы платим тебе мало. Что с точки зрения макроэкономики происходит, когда мы ставим крестьянина к станку? Мы перемещаем трудовой ресурс из сектора с низкой добавленной стоимостью (сельское хозяйство) в сектор с высокой добавленной стоимостью (промышленность) и получаем рост производительности.

Но в какой-то момент получается, что забирать ресурс из деревни больше нельзя — некому будет кормить рабочих в городах. А производительность начинает падать, потому что заводы, построенные в 1930-е, надо обновлять. Выжимать еще больше ресурса из рабочих — тоже не получается,

в начале 1960-х подушевой доход трети рабочих и служащих в СССР оказался ниже прожиточного минимума.

И добыча нефти в этом случае — идеальное решение — добыча капиталоемка, но не трудоемка, инвестиции в добычу нефти выглядели более эффективным способом производства «зерна» (его покупку, естественно), чем инвестиции непосредственно в «добычу зерна».

Читайте также

Читайте также

Как все шло по плану

95 лет назад началась первая пятилетка. Закончилась она плохо — репрессиями

«Барщина» и «оброк»

И это сработало, потому что доходы от нефти, которые начала получать советская власть в середине 1960-х, позволили снизить нагрузку на остальную, «ненефтяную часть экономики». Именно это обстоятельство, а никакие не «косыгинские реформы», обеспечили экономический рост в конце 1960-х (самая удачная «пятилетка» в СССР). Власти хватало денег от нефти — она оставила в покое людей, и у них сразу же появились и лишние деньги, и желание их тратить.

Альтернативой «нефтяной игле» был роспуск колхозов и свободные цены на хлеб, что выбивало бы у власти ключевой экономический рычаг управления страной — до последних своих дней СССР держался за регулируемые цены на продукты, потому что это позволяло начальству манипулировать ценой труда. Причем это была сложная манипуляция — да, может быть, мы тебе и не доплачиваем, говорила власть человеку, но зато в магазине всегда буханка хлеба двадцать копеек, а бутылка водки — по три рубля шестьдесят две копейки.

В принципе, российскую власть можно сравнить с помещиком, страну с поместьем, а цены на нефть — с урожайностью зерна.

У помещика есть два варианта эксплуатации своих крепостных людей: прямо заставлять их отрабатывать барщину или «отпускать на оброк». Если урожай хорош, то смысла заставлять крестьян тянуть барщину помещик не видит — пусть «на оброке» занимаются чем хотят. А вот если урожай плох, то помещик сначала отправит крестьян на барщину, а уже потом позволит им заниматься чем-то своим.

Так же и с нефтью — высокие цены на нефть позволяют власти изымать достаточно ренты, чтобы финансировать себя и оставлять людям немного больше произведенного ими продукта — и экономика начинает развиваться. Как только цена на нефть падает, власть примеряется, как бы сделать так, чтобы забрать у людей побольше. Забирать можно по-разному, например, высокая инфляция позволит власти уменьшить свои обязательства — условно — налоги она будет собирать «дорогими деньгами», а зарплаты выплачивать уже «дешевыми».

Но если власть будет «недополучать свое» от нефти, она будет отбирать это у людей. И вот тут-то экономика и начнет тормозить.

Фото: Андрей Соловьев / ТАСС

Дефицит, «убивший» экономику СССР

А как же падение нефтяных цен в 1980-е, которое якобы привело к разрушению советской экономики?

К разрушению советскую экономику привело не падение цен как таковое, а то, что советская экономика в ее тогдашнем виде не могла обеспечить страну потребными для нее ресурсами.

На макроуровне власть в СССР в ситуации падения цен сыграла в ту же самую игру — раз у власти нет нефтедолларов — значит, людям не оставят денег на потребление, потому что недостаток нефтедолларов надо было компенсировать рублями, собранными с народа.

Вернее, формально деньги у людей как раз были — именно в это время предприятиям разрешили самостоятельно устанавливать фонд зарплаты, номинальные зарплаты выросли — но товаров в магазинах почему-то не оказалось,

по-настоящему пустые полки в советских магазинах были в самом конце 1980-х. Потребительская экономика, которую кое-как разрешил строить Леонид Брежнев в 1960-е, исчезла неизвестно куда.

Дурную шутку с людьми сыграла официальная советская политика «государственных цен на все», за которую держалось политическое руководство (на самом деле советская власть очень любила повышать цены под любым предлогом, но с разным успехом). В рыночной экономике рост наличной денежной массы в конце 1980-х обернулся бы ростом цен в магазинах, а в СССР он обернулся дефицитом товаров в магазинах — и ростом цен там, где товары можно было купить «без очереди».

Это страшно обозлило людей — если у тебя нет денег, ладно, ты сам лузер, но если нет товаров в государственных магазинах — значит, что-то не так с государством.

Плюс, помните, сколько стоила «советская зарплата», выраженная в долларах по «реальному курсу» в 1990 году — доллар тогда уже легко продавали с рук за 20 рублей, значит, на советские 300, 400, 500 рублей зарплаты можно было купить потребительских товаров на 15, 20, 25 долларов. Это означало резкое снижение «цены труда» в реальных издержках «государственных советских предприятий», работавших на экспорт. И сверхприбыли для их распорядителей. И мотивацию к обращению этих прибылей в свою пользу. Фундамент состояний современных хозяев экономики РФ был заложен именно тогда.

Читайте также

Читайте также

Вверх по эскалатору, идущему вниз

Как найти стабильность в российской экономике? Очень просто — в карманах граждан. Новая статистика и заявления правительства

А как же решить проблему дефицита товаров?

Как только власть разрешила предприятиям устанавливать цены, так очень скоро дефициту пришел конец. А если у тебя нет денег покупать по новым ценам — ну извини, сказало начальство, так рынок порешал, ищи работу, меняй профессию. Люди просили полных прилавков — вот, товаров хоть завались, а деньги — иди, повышай свою производительность. И люди повысили производительность, кстати, что тут же дало власти новый ресурс.

А в конце 1990-х правительство еще раз сыграло с людьми той же картой — в условиях низких цен на нефть резко девальвируем рубль и отказываемся от выплат по долговым обязательствам.

Люди стоят в очереди в магазин, 1990 год. Фото: Геннадий Бодров / Коммерсантъ

Результат — «отечественная промышленность задышала»: реальная цена труда по отношению к издержкам предприятий резко снижается, и у новых «постсоветских» владельцев заводов/пароходов образуется избыток капитала, которым они:

  • щедро делятся с властью;
  • да, инвестируют в обновление производства.

А в начале нулевых, когда растущие цены на нефть позволяют власти легко аккумулировать сырьевую ренту, снизили уровень изъятия ресурсов из потребительской экономики — и тут же мы получили сетевые супермаркеты и кофейни, автозаводы и автосалоны, бренды, кредиты и путевки «все включено».

Но как только власти не будет хватать денег от нефти, она заберет деньги из потребительской экономики — у людей.

Труд вместо нефти

Сейчас затеянная властями «структурная трансформация экономики» — она как раз про то, как в условиях возможного падения нефтяных сверхдоходов создать механизм для нового взимания с людей налога «трудовым ресурсом» — перемещение людей из «высокопроизводительных секторов» (допустим, всякая креативная экономика и высокотехнологичные производства) в «низкопроизводительные сектора» (допустим, копание рвов). У вас меньше денег, у власти и хозяев — больше ресурсов.

Читайте также

Читайте также

Большое казино власти

На что сделало ставку азартное правительство, и стоит ли другим игрокам ставить на ту же фишку

Самый очевидный пример — как власть видит изъятие трудового ресурса в свою пользу через «структурную трансформацию»: это трансформация российского авторынка. В макроэкономическом смысле это выглядит так — раньше человек, желавший купить машину, работал за «французский/японский/американский» автомобиль (собранный в РФ), и который продавался за 20 тысяч долларов, сейчас он работает за «китайский» автомобиль (привезенный в РФ), и который продается за 40 тысяч долларов.

Понятно, цена условная — здесь важен принцип. Вот по такому же принципу и будет «трансформироваться» потребительский российский рынок —

если у власти станет меньше доходов от нефти, она сделает так, что вам придется больше работать, чтобы купить те товары, которые вы хотите купить. Это и есть изъятие трудового ресурса.

Этот материал входит в подписки

«Новая рассказ-газета»

Журнал о том, что с нами происходит

Про ваши деньги

Экономика, история, госплан: блиц-комментарии

Добавляйте в Конструктор свои источники: сайты, телеграм- и youtube-каналы

Войдите в профиль, чтобы не терять свои подписки на разных устройствах

ДЕЛАЕМ ЧЕСТНУЮ ЖУРНАЛИСТИКУ ВМЕСТЕ

В стране, где власти постоянно хотят что-то запретить, в том числе — запретить говорить правду, должны быть издания, которые продолжают заниматься честной журналистикой.

Ваша поддержка поможет нам, «Новой газете», и дальше быть таким изданием. Сделайте свой вклад в независимость журналистики в России прямо сейчас.

  • Банковская карта
  • SberPay
  • Альфа-Клик
  • ЮMoney
  • Реквизиты
Нажимая кнопку «Стать соучастником», я принимаю условия и подтверждаю свое гражданство РФ
shareprint

К сожалению, браузер, которым вы пользуетесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров.

Добавьте в Конструктор подписки, приготовленные Редакцией, или свои любимые источники: сайты, телеграм- и youtube-каналы. Залогиньтесь, чтобы не терять свои подписки на разных устройствах
arrow