КомментарийПолитика

«Семь лет достаточно!»

Это сказал президент. Выборы в Казахстане: чем они похожи на российские и чем отличаются от них?

Иван Жилин, Риза Хасанов

Фото: Валерий Шарифулин / ТАСС

20 ноября в Казахстане пройдут досрочные выборы главы государства. В них участвуют шесть кандидатов, но победителя предугадать не сложно — им наверняка станет действующий президент Касым-Жомарт Токаев. Его кандидатуру выдвинули все три парламентские партии: как правящая «Аманат», так и оппозиционные — правая «Ак жол» и социалистическая «Народная партия Казахстана».

Институциональная поддержка оппонентов куда слабее: их поддерживают непарламентские партии и общественные объединения. При этом никто из оппозиционных кандидатов Токаева всерьез не критикует: на состоявшихся 11 ноября дебатах конкуренты главы государства атаковали преимущественно друг друга. Сам Токаев — россиян этим не удивишь — на дебаты не пришел, его представлял лидер «Аманата» Ерлан Кошанов.

Всего в выборах примут участие шесть кандидатов, хотя изначально о своих президентских амбициях заявили двенадцать человек. Пятерых отсеяли по формальным признакам: двоим не хватило подписей избирателей, у двух не оказалось достаточного стажа госслужбы (необходимый минимум — пять лет), а историка Хайруллу Габжалилова сняли из-за того, что он не является гражданином республики по рождению.

Нуржан Альтаев. Фото: соцсети

Единственный же серьезный скандал был связан со снятием кандидатуры экс-депутата нижней палаты парламента Казахстана Нуржана Альтаева: он выдвигался на выборы от объединения «Мукалмас» (позиционирующего себя как движение независимых наблюдателей для демократизации населения), однако вскоре в самом объединении произошел раскол: часть его членов заявила, что кандидатура Альтаева была выдвинута обманом, активисты добились отмены протокола о выдвижении через суд. Сам Альтаев обвинил в произошедшем «агентов» Комитета национальной безопасности страны.

Связаны ли силовики с отстранением Альтаева или нет (на казахстанского Навального он все-таки не тянет), но перед выборами они собрали серьезную жатву:

только за неделю с 11 по 18 ноября были задержаны не менее двенадцати политических активистов, семерых из которых заподозрили в планировании массовых беспорядков

(в Казахстане это уголовное преступление, за которое предусмотрено до 10 лет лишения свободы), а еще пятерых — в «нарушении порядка проведения мирных собраний» (административная статья, до 15 суток ареста), причем — за акцию, проведенную еще в августе.

Действия силовиков выглядят не вполне логичными, если учитывать, что основной антирейтинг Токаева сформирован как раз жестким подавлением январских протестов, к которым пришлось привлечь даже войска стран ОДКБ, костяк группировки которых составила армия России. После январских событий президент Казахстана заявил о намерении ускорить процессы демократизации в стране. Для этого, например:

  • провел Конституционную реформу, сократившую привилегии первого президента республики Нурсултана Назарбаева и членов его семьи (в том числе — отменяющую полную неприкосновенность имущества Назарбаева и близких членов его семьи, отменяющую его пожизненное право входить в Конституционный совет республики и даже бесплатный проезд по территории Казахстана);
  • и объявил о досрочных выборах главы государства, ограничив возможность президента пребывать на своем посту одним сроком, правда — длящимся семь лет вместо пяти. «Семь лет — это достаточный период для реализации любой амбициозной программы», — заявил Токаев.

Президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев. Фото: imago images / Xinhua

Впрочем, стоит отметить, на своем посту действующий президент таким образом (конечно, если победит на выборах) задержится все на тот же десятилетний срок и даже чуть больше: он возглавляет республику с марта 2019 года.

Все вышесказанное, конечно, похоже на ситуацию с выборами в России. Но что кардинально отличает ситуацию в двух странах — это риторика президентов: Касым-Жомарт Токаев публично подчеркивает желание усилить интеграцию Казахстана в международное сообщество. Отсюда и пассажи о квазигосударственности «ЛНР» и «ДНР», и прозвучавшее 17 ноября заявление о важности укрепления взаимодействия между Казахстаном и Европейским Союзом.

Нельзя сказать, что Казахстан идет на обострение отношений с РФ, но они становятся все более осторожными.

Комментарий эксперта

Газиз Абишев,

политолог:

— Если речь идет о президентских выборах в РФ и РК, то сравнивать их сложно, так как последние выборы в России были четыре года назад, можно сказать, совершенно в другой эпохе. В Казахстане следующая ситуация. Потенциальные кандидаты, состоявшие или состоящие в правящих элитах и в партии парламентского большинства, не готовы бросить вызов Токаеву. Они понимают, что если сделают это, то им придется пройти серьезное давление со всех сторон, что скорее всего закончится их поражением.

Относительно популярные оппозиционные кандидаты либо имеют судимость (Жакиянов, Джакишев), либо жили или живут за рубежом (Кажегельдин, Жакиянов), либо не владеют в достаточной мере государственным языком (Джакишев). Плюс барьер, требующий от кандидата пятилетнего стажа госслужбы, отсекает немалое число потенциальных кандидатов (эту норму необходимо менять). К тому же реальная оппозиция по целому ряду причин не может объединиться и выдвинуть единого кандидата, хотя ей вроде как никто и не мешает.

Уверен, что если бы кто-то из реально оппозиционных кандидатов соответствовал всем критериям и выдвинулся бы — против него могли бы развернуть настоящую политическую информационную войну, но уж точно не стали бы заводить уголовные дела и искать скелеты в шкафах и прочее грязное белье. Касательно того, как в такой ситуации поступают в нынешней РФ — вам лучше знать.

Есть ряд факторов, которые не зависят от отношений Токаева и Путина, и вообще отношений любых лидеров. Меняется демография, советских людей все меньше, доля молодых казахов растет. Среди них все больше владеющих казахским как основным или единственным языком. Другими словами, все меньше постсоветских сантиментов и чувства некой естественной общности с Россией. Казахстан в силу изменения языковой ситуации, проникновения интернета — все больше выскальзывает из российского информационного пространства, из-под его влияния. Этому способствуют в том числе недружественные высказывания российских политиков, ставящие под сомнение суверенитет и территориальную целостность Казахстана, после каждого из которых в Казахстане вспыхивают антироссийские настроения. Власть, даже нехотя, вынуждена дрейфовать вслед за электоратом.

Кроме того, нынешнее положение России диктует Казахстану необходимость принять комплекс мер по внешнеэкономической и внешнеполитической диверсификации. Астана занимается поиском альтернативных путей экспорта и импорта, инвестиций, политических союзов, способных гарантировать безопасность. Нужны сетевые структуры, которые стояли бы на страже неизменности границ. РФ много говорила о своем миролюбии, но мы видим, что происходит, и соответственно оцениваем риторику в адрес Казахстана.

Таким образом, да, температура отношений становится чуть менее идеальной. Но все же свыше 7 тысяч километров общей границы, взаимная логистическая заинтересованность — не дадут Казахстану и России поссориться. По крайней мере, Казахстан будет строить с Россией дружелюбные рациональные отношения. Скорее всего, не будет вступать в воспринимаемые Россией откровенно враждебными проекты и будет с пониманием относиться к российским интересам, которые сам оценивает как стратегические и не противоречащие интересам Казахстана.

Не думаю, что Казахстан после выборов рванет проводить тотальную демократизацию. Думаю, что процесс будет неспешным и последовательным (слово «неспешно» тут главнее). Важным является перестройка общественного сознания, отход от персоналистского в пользу институционального мышления. Чтобы в будущем общество — не только народ, но и системные политические силы и сама бюрократия — не позволили установиться новому персоналистскому режиму с сопутствующими ему непотизмом и семейным олигархатом. Казахстанской спецификой (в сравнении с Китаем) будет наличие альтернативных системных партий, публичный делиберативный* процесс, к которому прислушиваются, допустимость критики со стороны оппозиции.

* Делиберативная демократия — модель демократии, при которой принятие политических решений основывается на делиберативном общественном мнении. Под делиберативным общественным мнением понимается мнение, формирующееся в рамках рационального и аргументированного публичного дискурса, направленного на достижение консенсуса.

Этот материал входит в подписку

Другой мир: что там

Собкоры «Новой» и эксперты — о жизни «за бугром»

Добавляйте в Конструктор свои источники: сайты, телеграм- и youtube-каналы

Войдите в профиль, чтобы не терять свои подписки на разных устройствах

ДЕЛАЕМ ЧЕСТНУЮ ЖУРНАЛИСТИКУ ВМЕСТЕ

В стране, где власти постоянно хотят что-то запретить, в том числе — запретить говорить правду, должны быть издания, которые продолжают заниматься честной журналистикой.

Ваша поддержка поможет нам, «Новой газете», и дальше быть таким изданием. Сделайте свой вклад в независимость журналистики в России прямо сейчас.

  • Банковская карта
  • SberPay
  • Альфа-Клик
  • ЮMoney
  • Реквизиты
Нажимая кнопку «Стать соучастником», я принимаю условия и подтверждаю свое гражданство РФ
shareprint

К сожалению, браузер, которым вы пользуетесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров.

Добавьте в Конструктор подписки, приготовленные Редакцией, или свои любимые источники: сайты, телеграм- и youtube-каналы. Залогиньтесь, чтобы не терять свои подписки на разных устройствах
arrow