КомментарийОбщество

Учебная тревога

Стоит ли опасаться возвращения НВП в школы и военруков, вернувшихся из зоны боевых действий

Макар Ситкин

Фото: Роман Храмовник / ТАСС

Школьное образование продолжает политизироваться. За последние несколько лет родителей и детей «обрадовали» нововведениями: советниками по воспитанию (фактически — политруками), профилактическими беседами с теми, кто подписан на оппозиционные паблики, государственным флагом по утрам, «разговорами о важном», юнармией. Военная спецоперация и частичная мобилизация не могли не отразиться на жизни российских школ: уже со следующего года в образовательных учреждениях страны введут курс по начальной военной подготовке, сообщил Министр просвещения Сергей Кравцов.

Разъясняется, что эти курсы для учеников 5–9 классов школы могут вводить самостоятельно, а войдут они в программу по ОБЖ в виде двух новых модулей. Сначала формат этих занятий хотели сделать внеурочным, но затем первый замглавы комитета Госдумы по образованию Яна Лантратова заявила, что уроки НВП станут обязательными, а в 10-м классе для учащихся даже предусмотрены некие «полевые выезды».

Портал РИА «Новости» формулирует так: «Школьники будут изучать строевую подготовку, средства индивидуальной защиты и оказание первой медицинской помощи, оружие и правила обращения с ним, основы стрельбы, использование и устройство ручных гранат. Кроме того,

старшеклассники научатся действовать в современном общевойсковом бою, изучат состав и вооружение мотострелкового отделения на БМП, инженерное оборудование позиции солдата и узнают, что такое одиночный окоп».

Российские официальные лица окоп для школьника одобряют.

Владимир Павлов,

депутат Госдумы от ЕР:

«То, что мы мальчишкам и девчонкам расскажем, как оружие устроено, ничего не изменит. Они могут и в интернете найти то же самое. Мы же системно расскажем, как обращаться с оружием и оказывать раненым помощь. Эти знания помогут в рамках получения водительского удостоверения, там тоже есть раздел медицины. Как наложить шину, остановить кровотечение — такая информация точно не будет способствовать повышению агрессии», — приводит его слова «Дума-ТВ»

Глава фракции СРЗП Сергей Миронов считает, что «преподавать этот предмет должны участники боевых действий. Кстати, мы одновременно решим вопрос и трудоустройства тех, кто будет возвращаться с фронтов. Мы считаем, что в нынешних условиях каждый юноша в случае необходимости должен уметь обращаться с оружием».

Стоит сказать, что парламентарии вновь не очень понимают, о чем говорят: раздел военной подготовки уже включен в программу по ОБЖ. Когда я учился в 10-м классе (2019–2020 учебный год), то мы изучали устройство автомата Калашникова (разбор и сборка его на скорость), армейские звания, противогазы, средства гражданской обороны (вплоть до типов бомбоубежищ), как вести себя в случае захвата заложников.

Более того, для мальчиков, обучающихся в 10-м классе, существует целый военно-патриотический недельный факультатив: на протяжении 5 рабочих дней вместо школы надо ходить в военное учебное заведение. Там эта милитаризированная программа чуть углублена:

рассказывают про военную технику и виды оружия, учат строевой подготовке и, безусловно, занимаются промывкой мозгов: «мы в кольце врагов, НАТО наступает».

Фото: Владимир Смирнов / ИТАР-ТАСС 

Меня хватило на один день посещения. Все остальные четыре я, как и добрая половина класса, прогулял.

Казалась бы, ну куда еще? Все и так в хаки…

Вот мнение главы Альянса учителей Даниила Кена (включен Минюстом в реестр «иноагентов».Ред.):

«И «Разговоры», и НВП усилят невротизацию общества и приведут к большому числу личных драм: в семьях [частичная] мобилизация, политические ссоры. Учитель из уважаемого и поддерживающего человека становится или пропагандистом, или просто показывает себя нечестным и трусливым человеком»

Родители волнуются по поводу того, что самое страшное заключается далеко не в новой волне милитаризации детского сознания, а в том, что такое «обучение обращения с оружием» может увеличить случаи школьного шутинга. За последние несколько лет подобные трагедии и так происходят регулярно: Казань, Керчь, Пермь, Ижевск. И все нападавшие были так или иначе связаны со своими учебными заведениями — не «террористы с улицы».

Мнения психологов и экспертов расходятся. И есть ощущение, что эти расхождения связаны не с различными научными подходами, а со степенью вовлеченности в государственную идеологию.

Элеонора Никитина,

кандидат педагогических наук, доцент начальник департамента педагогики института педагогики и психологии образования ГАОУ ВО МГПУ:

— Уроки военной подготовки в настоящее время актуальны в контексте воспитания коллективизма, физического развития детей, а также формирование знаний о действиях в экстремальных ситуациях. Но возможно внедрить военную подготовку во внеурочную деятельность и в систему дополнительного образования массовой школы. В качестве обязательного урока в массовой школе эта важная задача, скорее всего на первом этапе, будет решаться неэффективно, так как отсутствует кадровая, научно-методическая, технологическая база для проведения таких уроков. 

По-старому, как в советские времена, военная подготовка приведет к уже известным проблемам — формализации и негативизму, поэтому нужны новые формы и средства, а также новое содержание военной подготовки в школе, что будет иметь развивающий эффект для школьников и поможет избежать милитаризации детства.

С осторожностью нужно обращаться к тем, кто вернулся недавно из СВО, посттравматические расстройства могут быть опасны в образовательной среде при общении с подростками. Педагоги, имеющие боевой опыт, должны быть вовлечены в военную подготовку школьников, но, скорее всего, в команде с классными руководителями и психологами и специально подготовленными педагогами НВП.

Как всегда, в образовании решаются задачи воспитания, развития и формирования необходимых для жизни в обществе качеств личности, поэтому многое будет зависеть от особенностей личности педагога НВП. Цели патриотического воспитания должны здесь доминировать, поэтому необходима подготовка учителя НВП на базе педагогического образования. Политика возникнет тогда, когда появится социально-политическая структура, транслирующая свою идеологию. На данный момент, скорее всего, рассматривается введение в содержание образования новой области знания и опыта социальной жизни.

Сергей Насибян,

программный директор Forbes Ontology

— Как вам кажется, насколько целесообразно возвращение таких уроков со времен СССР в нынешнюю образовательную среду?

— Целесообразно, как и введение любого урока, направленного на развитие навыков, которые невозможно развить иначе, чем в школе. Называя этот предмет как «уроков времен СССР», вы неверно интерпретируете саму идею. Начальная военная подготовка — это возможность показать ребенку путь через армию как один из многих социальных лифтов. Как известно, больше половины представителей элит во всех культурах и странах — выходцы из армии и участники боевых сражений. 

— На ваш взгляд, как проведение таких уроков скажется на психике детей? Увидим ли мы милитаризацию детства?

— Милитаризация детского сознания происходит через влияние на них разного рода компьютерных игр в большей степени, чем уроки НВП. И сейчас мы видим, что в частные военные компании и добровольцами идут как раз те, кому не преподавали этих уроков и, наоборот, игры в пейнтбол оказались недостаточно эмоциональными. На психике детей сказывается не информация, а контекст ее преподавания. Нас в советских школах учили защищать девочек, семью и родину. А не нападать или убивать. 

— Люди, вернувшиеся из зоны боевых действий, зачастую имеют психологические или психические расстройства. Могут ли они грамотно и качественно преподавать? Не является ли назначение ветеранов военных операций педагогами опрометчивым решением?

— Насколько мне известно, решения о преподавании лицами, прошедшими специальную военную операцию, не принято. Но даже если это так будет, то выявлять психически нездоровых людей — прямая обязанность Министерства просвещения и здравоохранения. К детям в принципе не стоит пускать половину людей с образованием пединститутов.  

— Видите ли вы во всем этом политический подтекст? Можно ли говорить о пропагандистской составляющей таких уроков?

— Политический контекст можно увидеть даже там, где его нет вовсе, если очень захотеть его увидеть. Недостаточная политизация общества привела нас туда, где мы все оказались. Именно неспособность граждан иметь свою политическую волю обычно является проблемой, а не наоборот. 

Я не знаком с программой этого предмета, поэтому могу опираться только на свой опыт более чем 30-летней давности. Политики в уроках НВП было меньше, чем в уроках математики. Как будет сейчас, я не знаю.

Фото: Владимир Смирнов / ИТАР-ТАСС

Дмитрий Леонтьев,

профессор, Доктор психологических наук:

— Современное отечественное образование бьется за то, чтобы успевать реагировать на новые вызовы современности и изменяться вместе с изменением окружающего мира. Идея возвращения НВП ведет нас в противоположном направлении, к архаичной структуре и содержанию образования, и мешает реагировать на актуальные вызовы, подменяя настоящее прошлым.

Скорее всего, все это обернется формализмом и профанацией, как во времена моего школьного детства. Хотя некоторый риск [милитаризации детского сознания] есть.

Политико-пропагандистский смысл видится единственным обоснованием в пользу введения этих занятий, другие не просматриваются, но и здесь результаты, как мне кажется, будут очень далеки от того, на что рассчитывают авторы этой идеи.

— А как быть с идеей привлечь в качестве педагогов людей, вернувшихся из зоны боевых действий?

— Вот тут риск гораздо более серьезный. Воевать и обучать детей, даже военному делу, — это совершенно разные вещи, требующие абсолютно разных качеств и компетенций. И, конечно, нет оснований считать, что вернувшиеся с фронта смогут успешно взаимодействовать с детьми и передавать им знания, больше оснований, действительно, опасаться, что они могут внести в пространство школы нездоровую психологическую атмосферу. Это сложный вопрос, требующий детального изучения специалистами, но цена такого опрометчивого решения может быть слишком высока.

— Согласны ли вы с мнениями экспертов, полагающих, что уроки НВП полезны, будут развивать некие навыки, воспитывать коллективизм и учить защищать слабых?

— Я как психолог исхожу из позиции и интересов самих учащихся. Мнения других экспертов исходят из других точек зрения.

В том-то, судя по всему, и дело. Власти со своими инициативами, направленными на детей, исходят из чего угодно, только не из интересов школьников. Но, как говорят многие учителя и психологи, все эти инициативы имеют общую черту: они никак не организованы, у них отсутствует конкретная цель. Потому и заканчивается все профанацией и строчками в отчетах.

Детей пытаются «накрыть» стихийной пропагандистской волной и для этого вводят политруков и «нравоучителей» по всем направлениям,

которые стараются, как могут, на уроках и переменах в школе, на парах и «факультативных, но обязательных» мероприятиях в вузах. Но могут плохо.

Как будто у государства задействовано только первая сигнальная система: молодежь вышла на митинги в поддержку Навального — вот вам политруки в школах, которые им объяснят, что так делать нельзя; началась военная операция — вот вам номинальные мероприятия по поднятию флага и гимна, а теперь и обучение оружию, пошив носков для бойцов.

Читайте также

Читайте также

Больше не зумеры

Как санкции и контрсанкции сказываются на системе российского высшего образования

Но нет никаких свежих идей, как «воспитать» из протестной молодежи ядерный электорат несменяемых десятилетиями политиков. Все это похоже на метод простого подбора возможностей, который выискивают в старых пыльных методичках: перепишем учебники, запретим фильмы и музыкальных исполнителей, устроим «телевизор для детей», откроем «ЧВК-Вагнер Центр» и сгоним туда школьников. Авось что-нибудь сработает, и подрастающее поколение перестанет думать своей головой.

У всего вышеперечисленного есть неоспоримое преимущество: все это плохо работает в резко отличающейся от прошлого века реальности. Только детского времени жалко.

Этот материал входит в подписку

«Новая рассказ-газета»

Журнал о том, что с нами происходит

Добавляйте в Конструктор свои источники: сайты, телеграм- и youtube-каналы

Войдите в профиль, чтобы не терять свои подписки на разных устройствах

ДЕЛАЕМ ЧЕСТНУЮ ЖУРНАЛИСТИКУ ВМЕСТЕ

В стране, где власти постоянно хотят что-то запретить, в том числе — запретить говорить правду, должны быть издания, которые продолжают заниматься честной журналистикой.

Ваша поддержка поможет нам, «Новой газете», и дальше быть таким изданием. Сделайте свой вклад в независимость журналистики в России прямо сейчас.

  • Банковская карта
  • SberPay
  • Альфа-Клик
  • ЮMoney
  • Реквизиты
Нажимая кнопку «Стать соучастником», я принимаю условия и подтверждаю свое гражданство РФ
shareprint

К сожалению, браузер, которым вы пользуетесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров.

Добавьте в Конструктор подписки, приготовленные Редакцией, или свои любимые источники: сайты, телеграм- и youtube-каналы. Залогиньтесь, чтобы не терять свои подписки на разных устройствах
arrow