РепортажиОбщество

Загранвойска

Репортаж из автобуса, едущего в Казахстан

Иван Жилин

Пограничный контроль на границе с Казахстаном. Фото: Иван Жилин / «Новая газета»

Шесть дней назад, 21 сентября 2022 года, президент России Владимир Путин объявил в стране частичную мобилизацию. И началась новая волна эмиграции. До этого, с 24 февраля по 22 августа, только в Европейский союз, по данным агентства ЕС по безопасности внешних границ Frontex, уехали 998 085 россиян, количество уехавших в Азербайджан, Узбекистан, Таджикистан уже к маю исчислялось десятками тысяч человек, а в Армению и Казахстан — сотнями тысяч. Как россияне уезжают в другие страны, что говорят, как проходят границу и о чем спрашивают сотрудники погранслужбы — в материале «Новой газеты».

не пропустите

Этот материал выйдет в №6 «Новой рассказ-газеты».

***

— Вот эти листы нужно заполнить: фамилия, имя, номер паспорта, цель выезда, — кричит, стоя среди салона, водитель автобуса Екатеринбург–Костанай. — Кто последний заполнит — принесет их мне.

Протягивает высокому парню лет двадцати пяти планшет А4 с двумя пожелтевшими разлинованными листами бумаги.

— А это зачем вообще? — раздается вопрос с задних кресел.

— Да в армию вас сдавать будем! Вон военком уже подъехал, — смеется водитель.

Таким спросом автобусы из столицы Урала в Казахстан не пользовались, кажется, никогда. Билеты забронированы на три-пять дней вперед, и если вдруг кто-то свой билет сдает, можно не сомневаться — уже через минуту он будет выкуплен.

Из 54 пассажиров 52 — мужчины. Преимущественно 20–35 лет на вид. Разные: и хорошо одетые, аккуратно стриженные «хипстеры», и совсем простые, едва ли не сельские мальчики.

— Даже весной мы ездили полупустые, — говорит мне водитель. — А со среды (с 21 сентября) — каждый день полная загрузка.

Читаю цели выезда, указанные пассажирами: туризм, туризм, туризм. Редко когда бескрайние степи Костанайской и Акмолинской областей, восточный берег Каспия и горы в Алматы так манили отдыхающих из России.

Фото: Иван Жилин / «Новая газета»

Николаю* 25 лет. Он говорит, что принял решение отдохнуть в Казахстане вечером 21 сентября.

— Поехал, потому что переживаю за свою безопасность. Не уверен, что не окажусь в окопе на востоке Украины. И переживаю за близких: каково будет им, если меня отправят на [спецоперацию]?

В военном билете Николая указано, что он ограниченно годен к службе в армии (категория «В»). Министр обороны РФ Сергей Шойгу пообещал, что мобилизовать будут только тех, кто уже отслужил, имеет боевой опыт и востребованную военно-учетную специальность: артиллеристов, стрелков, снайперов. Но Николай на слова министра не надеется.

— Родственники мое решение уехать одобрили. Не было такого, чтоб говорили: «Ты что? Нужно Родину защищать». Хотя когда в феврале началось, отец хотел отправиться в Донбасс. Но в итоге все-таки остался дома и с моим отъездом спорить не стал. На работе тоже отнеслись нормально: мой начальник из Донецка, в 2014 году еще там жил — все понимает. Мы договорились, что я буду месяц работать удаленно, а дальше — посмотрим по обстановке: если будут и вторая, и третья волны мобилизации, если будут забирать вообще всех — останусь здесь.

— Не боишься уголовного преследования [за неявку в военкомат]?

— Я повестки не получал и никакого преступления не совершаю.

***

На стоянке на границе Свердловской и Челябинской областей пьем кофе с токарем Валентином, работающим на одном из уральских машиностроительных заводов. Он сорвался в Казахстан в свой выходной. Валентин — один из самых возрастных пассажиров автобуса — 44 года. Уехал, никого не предупредив, как отреагирует начальство — не знает, но потерять работу готов.

— До среды мы все смотрели на происходящее, как на кино, — рассказывает он. — И везде же был успех: тут город «освободили», там поселок, тут уничтожены тысячи «нацистов». А в день мобилизации нам Шойгу говорит: «У украинцев убито 60 тысяч человек, а у нас — всего 5000».

Валентин едет с небольшой суммой — на руках у него всего 40 000 рублей. Но, говорит, надеется подрабатывать в Казахстане: «Я и ремонты делать умею, и в строительстве понимаю. Человек с руками нигде не пропадет».

— А вы изначально-то к спецоперации как относились? — спрашиваю я.

— Да нормально я относился. Вроде и должны мы с Украиной быть заодно. А сейчас думаю: блин, до февраля все вроде хорошо жили — и мы, и они. Чего дернуло-то?

Фото: Иван Жилин / «Новая газета»

В салоне слышу разговоры айтишников, один мужчина говорит, что работает в турбизнесе: водит группы в походы по России.

Все без исключения, кажется, мониторят чаты, в которых обсуждается ситуация на границе. Периодически оттуда приходят тревожные новости: «перестали пропускать», «развернули», «дежурят военные и вручают повестки». Почти все подобные сообщения на поверку оказываются фейками, хотя 25 сентября пятерых человек действительно развернули, вручив выдержку из Федерального закона «О мобилизации», согласно которому «гражданам, состоящим на воинском учете, запрещается выезд с места жительства без разрешения военных комиссариатов». По какому принципу отбирались те, кому отказали в выезде из России, пока не ясно.

Другой, немало интересующий всех вопрос: не выдаст ли Казахстан уехавших России?

«Наши официальные учреждения не будут выдавать виды на жительство лицам, которые не представят документов, подтверждающих, что страна их гражданства не возражает против их переезда в Казахстан», — заявлял 22 сентября спикер сената страны Маулен Ашимбаев. Правда, он же отмечал, что «предоставление политического убежища, признание беженцами, какое-то социальное обеспечение — это другой вопрос».

Если в февральскую волну эмиграции россияне рассматривали Казахстан скорее как транзитную территорию (всего с начала года в республику приехало 1,66 млн человек, а выехало из нее — 1,64 млн), то теперь, кажется, многие здесь планируют остаться: в чатах часто спрашивают, как законно жить в Казахстане по истечении 90 дней после въезда в страну (установленный миграционным законодательством республики срок). Хотя и вернуться в Россию, признают между собой пассажиры, многим тоже хочется. Но — не сейчас.

Читайте также

Читайте также

Частичная мобилизация в России

Главное, что о ней нужно знать к этой минуте

***

Из Екатеринбурга и Челябинска в Казахстан уезжают не только уральцы. Кирилл, менеджер среднего звена в одном из рекламных агентств Москвы, прилетел специально к автобусу. А ведь билет на самолет стоил 40 тысяч рублей! Столько же стоят билеты из столицы и до других приграничных регионов РФ.

— Ну жизнь дороже стоит, — отшучивается Кирилл и замечает, что оставил в Москве многое: работу с зарплатой больше 100 тысяч рублей, квартиру, друзей, родственников. — И многие поступили так же, — говорит он. — У меня сейчас нет оффера от каких-то зарубежных компаний, но работу я найду. Мне 29 лет, мне кажется, у меня неплохие шансы вернуться в совершенно новую Россию.

Очередь к пропускному пункту «Бугристое» растягивается километров на пять. Сначала — километр фур, затем еще четыре километра легковых автомобилей. Автобус проезжает мимо этой вереницы без остановки, для него — отдельная полоса. Кто-то идет к границе пешком, и по пути водитель подсаживает еще десяток пассажиров. Пограничник, зайдя в автобус, чтобы пересчитать людей, удивляется: «Куда ты их столько набил?»

Сам погранконтроль оказывается не жестким. Женщина-офицер спрашивает пассажиров о цели выезда из страны и вполне удовлетворяется стандартными ответами: «Туризм», «Еду к родственникам», «Хочу открыть банковскую карту».

Мне почему-то внезапно, глядя в документы, задает вопрос: «Кто вы по гороскопу?» «Дева», — отвечаю я. «А когда родились?» Называю дату.

— Проходите, — говорит офицер.

Через четыре километра — большая растяжка над аркой КПП «Кайрак»: «Добро пожаловать». Пройти здесь — еще проще: пограничник ставит штамп в паспорт, не задавая никаких вопросов.

— Ну что, ребята, как-то повеселее стало? — бросает один из пассажиров, когда все снова садятся в автобус. Напряженные до этого люди улыбаются.

24 сентября 2022.

Читайте также

Читайте также

«Че такой счастливый?»

В Москве снова прошли акции против частичной мобилизации — участников и прохожих задерживали жестко. Репортаж Василия Полонского

А в это время

Почти на 15 километров растянулась автомобильная очередь на границе России и Грузии. На столько же — на границе России и Казахстана со стороны Астраханской области. В Монголию за счет бурятских диаспор всего мира организовали автобусы из Бурятии. Столпотворения зафиксированы и в аэропортах.

* Личные данные пассажиров изменены: все же слишком долгий отдых за границей сейчас чреват для россиян неприятностями на родине.

Этот материал входит в подписку

«Новая рассказ-газета»

Журнал о том, что с нами происходит

shareprint

К сожалению, браузер, которым вы пользуетесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров.

Добавьте в Конструктор подписки, приготовленные Редакцией, или свои любимые источники: сайты, телеграм- и youtube-каналы. Залогиньтесь, чтобы не терять свои подписки на разных устройствах
arrow